50 первых кружек кофе

      — Лейтенант, могу я задать личный вопрос? — спросил Коннор, но заметив усталый вздох Хэнка, поспешил добавить: — Это касается детектива Рида, не вас.       Выражение лица Андерсона не изменилось, всё по-прежнему устало-раздражённое, он вцепился в руль двумя руками, будто боялся, что тот сбежит, и уставился на дорогу. Они уже почти подъехали к участку. Всю дорогу Коннор молчал, прокручивая в голове свой вопрос и решая, задавать его или нет. И вот, когда они уже почти приехали, желание спросить превысило все возможные пределы. Он даже принялся совсем по-человечески барабанить пальцами по коленям.       — Валяй, — буркнул Хэнк, паркуя машину на стоянке.       — Я бы хотел... наладить отношения с детективом, — осторожно начал Коннор. — Но не знаю, с чего начать. Он довольно сложная и противоречивая личность. Моя программа социальной адаптации говорит о том, что лучше его вообще не трогать, но я… хочу попробовать. Так что мне делать?       Хэнк тяжело вздохнул и, заглушив автомобиль, вылез наружу, неаккуратно хлопнув дверью. Коннор, удивлённо вскинув брови, последовал его примеру. Он никак не мог прочитать состояние Андерсона. Лейтенант с самого утра был сам не свой, мрачный и раздражительный. Видимо, плохо спал. Коннор не знал наверняка, потому что сам провёл эту ночь в спящем режиме, как его попросил Хэнк. «Ну совсем как человек».       — Не знаю, — пробормотал Андерсон, пока они поднимались по ступеням в департамент. — Свари ему кофе, например. Он же его любит.       — Понял, — кивнул Коннор.       Хэнк лишь хмыкнул и толкнул стеклянные двери. На удивление, в участке в такую рань было довольно много людей. Они сновали от стола к столу с папками и бумагами; кто-то перекусывал прямо на месте, просматривая отчёты и материалы; кого-то отчитывал капитан Фаулер в своём кабинете. В общем, жизнь кипела. Но когда они проходили к своим рабочим местам, Коннор с тоской заметил, что стол детектива Рида пустовал. Возможно, он просто опаздывает, как и всегда. Это был неплохой шанс всё подготовить.       Повесив пиджак на спинку кресла, Коннор направился на кухню, спиной ощущая тяжёлый взгляд Хэнка. Может, и ему потом кофе сварить? И можно даже немного сладкого. Но это потом.       Пошарив по шкафчикам, Коннор нашёл кружку с логотипом департамента. Ему почему-то не хотелось наливать напиток в картонный стаканчик. Поколдовав немного над кофемашиной, Коннор смог сварить не коричневую бурду с запахом жжёных кофейных зёрен, а вполне сносный эспрессо. С тем, что подают в нормальных кофейнях, не сравнится, но пить можно.       Удовлетворённо кивнув самому себе, Коннор выглянул через стеклянную перегородку. Гэвин как раз пришёл. Он медленно стягивал с себя куртку, которая блестела от капель растаявшего снега, и периодически бросал странные взгляды в сторону Хэнка.       Решив, что разберётся с этим позже, Коннор взял кружку и направился к столу Рида. Тот сгорбился, напряжённо всматриваясь в экран терминала, и запустил руку и в без того спутанные волосы. Казалось, он вообще не замечал ничего вокруг, сосредоточившись на работе.       — Доброе утро, детектив Рид, — осторожно произнёс Коннор, внимательно считывая реакцию. — Я… хотел бы угостить вас кофе. И… — Андроид поставил кружку на стол, а Гэвин от этого крупно вздрогнул. — Я подумал… Наше общение началось не очень хорошо. Мы могли бы попробовать ещё раз. Если вы не против. Что скажете?       Гэвин закрыл глаза и опустил голову, стискивая пальцы в кулаки. Его плечи мелко подрагивали, и он ничего не отвечал. Коннор непонимающе склонил голову набок, хмурясь. Он что-то сделал не так? Где ошибся? Почему такая реакция? Перед глазами вспыхнуло красное окно критической ошибки, но андроид просто проигнорировал его.       — Детектив, я…       — Заткнись! — Гэвин грохнул по столу кулаками, так что ручки, папки и кружка опасно подскочили. — Я так больше не могу!       Он резко подорвался со своего места и, толкнув Коннора плечом, бросился на выход, по пути чуть не врезавшись в офицера Миллера. Коннор проводил его удивлённым взглядом, а затем посмотрел на Хэнка. Тот стоял рядом с обеспокоенным выражением на лице.       — Лейтенант, я не… Я не понимаю… — пробормотал Коннор.       — Подожди здесь, — устало сказал Андерсон, надевая куртку. — Я поговорю с ним.       Прежде чем пойти за Гэвином, Хэнк взял и его куртку с кресла. Коннор смотрел на удаляющуюся спину Андерсона и не знал, что ему делать дальше и что думать. И только сейчас он заметил, какая вокруг царила напряжённая тишина, которая уже через пару секунд сменилась привычным гулом. Коннор чувствовал на себе взгляды, полные… сочувствия? Так это называют люди? Будто он смертельно болен и ему осталась пара дней до смерти. Коннору не нравилось это чувство. Поэтому он взял кружку со всё ещё горячим кофе и решил последовать за Хэнком.       На улице валил снег. Так плотно, что из-за снежной завесы уже на пару метров вперёд сложно было что-то разглядеть. Коннор аккуратно приоткрыл дверь и выглянул наружу. Гэвин сидел на одной из ступенек и курил, Андерсон стоял рядом и что-то говорил, вяло жестикулируя.       — …он не виноват.       — Я знаю, блять! — вспыльчиво выкрикнул Гэвин и судорожно затянулся, выпуская густое облако дыма. — Знаю, что это моя вина! Сука! Может, хватит напоминать?!       — А может тебе хватит устраивать сцены в участке? — прорычал Хэнк, скрещивая руки на груди.       — Я не могу… — Гэвин опустил голову, снова запуская руку в волосы. — Он приносит этот сраный кофе… каждое утро! Я не смогу так… Не с ним.       Коннор совершенно не понимал, что происходит и о чём они говорят. Но тревожное едкое чувство копошилось в груди, будто змея или оборванная трубка. Подушечки пальцев неприятно обжигало горячей кружкой, но Коннор просто сильнее сжимал её. Он неосознанно подался вперёд, пытаясь уловить каждое слово и всё сильнее наваливаясь на дверь, пока та резко не распахнулась и Коннора не повело вперёд. Он чуть не упал, но вовремя выставил ногу. Кофе немного пролился из кружки прямо на руку и снег, пачкая белизну кривыми коричневыми пятнами. Хэнк и Гэвин обернулись на шум одновременно.       — Твою мать… — пробормотал Рид, закрывая лицо ладонью.       — Коннор, я же сказал ждать меня в офисе! — возмутился Андерсон. — Давно ты?..       — Виноват в чём? — сходу спросил Коннор, переводя взгляд с Хэнка на Гэвина и обратно, по-прежнему сжимая в пальцах наполовину опустевшую кружку с кофе.       — Коннор, послушай… — начал Хэнк. Он шагнул вперёд, подняв руки в примирительном жесте. — Это сложно объяснить и…       — Хэнк, — хрипло произнёс Гэвин, поджигая очередную сигарету и затягиваясь. — Я сам.       — Уверен?       — Более чем, — Рид выпустил облако дыма в сторону Андерсона. — Съеби отсюда.       Хэнк снова устало вздохнул, но коротко кивнул и направился ко входу в департамент. Проходя мимо, он одарил Коннора нечитаемым взглядом, а тот, смутившись, отвёл глаза.       — Иди сюда, — позвал Рид, хлопая ладонью рядом с собой. Его волосы и плечи, на которые была небрежно накинута куртка, обильно покрывал снег.       Коннор приблизился и сел, поставив кружку рядом. Гэвин пока молчал, и андроид терпеливо ждал объяснений, разглядывая дрожащие пальцы, сжимающие сигарету, клубы спирального дыма и снежинки, кружащиеся вокруг в танце от горячего воздуха.       — Почему ты сделал мне кофе, Коннор? — наконец заговорил Гэвин.       — Я… — андроид сплёл пальцы, — подумал, что это поможет мне сблизиться с вами, детектив.       — Ты можешь звать меня просто Гэвин, ок? — Рид упрямо смотрел вперёд в снежную метель; Коннор неуверенно кивнул. — А что, если я тебе скажу, что мы уже давно сблизились, м?       Коннор нахмурился, и диод на его виске окрасился в жёлтый. Он вопросительно посмотрел на Рида, а тот вновь затянулся, сжигая сигарету до фильтра, а потом щелчком выкинул её в снег. Гэвин поставил локоть на колено и подпёр подбородок рукой.       — Ты принёс мне кофе в то утро в первый раз, чтобы, вот как сегодня, попытаться наладить отношения, — заговорил Рид, а Коннор почувствовал, что тому эти слова даются тяжело. — Я к нему даже не притронулся. Не помню почему. То ли я мудак, то ли просто не хотелось… А ближе к обеду поступил вызов. Рядовой грабёж магазина средь бела дня. Какой-то объёбанный нарик решил срубить бабла на очередную дозу. Хэнку, вроде, срочно нужно было закончить какой-то сверхважный годовой отчёт, так что поехали мы с тобой. — Гэвин достал уже третью сигарету. — У этого объёбыша оказался пистолет. Я не успел среагировать… — Рид затянулся и выпустил дым через нос. — А ты успел. — Он повернулся к Коннору, жадно всматриваясь в его лицо покрасневшими глазами. — Ты спас мне жизнь.       Коннор опустил взгляд, часто моргая. Ничего такого в его базе воспоминаний не хранилось. Это сбивало с толку. Диод забился хаотично-красным, а пальцы сжались. Гэвин устало выдохнул. Прямо как Хэнк… А лейтенант тоже в курсе обо всём этом?       — Он попал тебе в голову, — голос Рида заметно дрогнул, он снова запустил ладонь в волосы, опустив голову. — Не в курсе всех технических подробностей, но пуля прошла по касательной. Она не убила тебя, но повредила… С того дня, ты забываешь обо всём, что было с тобой за день, помнишь только то утро, будто застряв в дне сурка. Уходишь в спящий режим и — бам! — всё стирается.       — Я ведь… могу и не уходить в спящий режим, — неуверенно пробормотал Коннор.       — Нет, не можешь. Процессор перегружается, так что тебе нужен отдых. Так нам сказали.       Коннор удивлённо вскинул брови. Такого Гэвина он не видел ни разу. Усталый и спокойный, он не плевался ядом, не материл всё подряд, не лез драться. Очень странное для него поведение, как и весь его рассказ. Как это всё стирается? Такое разве возможно? Почему тогда не починили?       — Чтобы это исправить, нужно полностью заменить процессор, — заговорил Рид, будто мысли его прочитал. — А это может убить в тебе тебя… — Гэвин тяжело вздохнул и протянул Коннору ладонь. — Дай мне руку, пожалуйста.       Андроид повиновался, и Гэвин бережно сжал его ладонь горячими пальцами, затем прижал к своей щеке и легко поцеловал. Коннор напрягся, ошалело моргая. Диод неистово мигал красным. Ему захотелось выдернуть свою руку и сбежать отсюда. Всё это слишком! Перед глазами снова вспыхнуло несколько сообщений об ошибках. Программа имитации дыхания сбилась, заставляя Коннора дышать часто. Увидев такую реакцию, Гэвин прикрыл глаза и отвернулся, отпустив руку Коннора.       — Сколько… сколько раз ты мне это уже рассказывал? — спросил андроид, нервно поглаживая место поцелуя.       — Не знаю, — ответил Рид, вглядываясь в метель. — Много?.. С того утра прошло уже почти два месяца. Ты каждое утро приносишь кофе в кружке и предлагаешь наладить отношения. А я… я давно уже наладил. — Гэвин снова повернулся. — Просто ты не помнишь.       — Детектив… — андроид запнулся, наткнувшись на усталый взгляд. — Гэвин, я… Я не…       — Ничего, Коннор, — Рид хлопнул по коленям и поднялся. — Не утруждайся. Завтра ты всё равно всё забудешь. Идём в участок, а то я замёрз.       Коннор нахмурился и часто заморгал. Взгляд метался туда-сюда, пальцы подрагивали, а висок кололо острой болью. Он раз за разом запускал систему диагностики, лез в базу данных, но там ничего из того, что рассказал Рид, не было. «...попал в голову...». Коннор медленно поднял руку и притронулся к левому виску. Подушечки пальцев нашарили какую-то продолговатую выпуклость. Как шрам. Коннор рвано выдохнул. Этого не может быть! Какой-то бред! Как он может всё взять и забыть?! Передовая модель, новая разработка… Всего лишь пуля...       Коннор вскочил на ноги, неосторожным движением уронив кружку, вконец расплескав весь оставшийся кофе. Звуковой процессор дал сбой, из-за чего завывания ветра превратились в хрипы. Белая снежная буря окрасилась в красный и размылась, а и без того дрожащие ноги подкосились, его повело в сторону. Он взмахнул рукой, в надежде ухватиться за что-нибудь, но пальцы только мазнули воздух. Коннор начал заваливаться вперёд прямо на ступеньки, но крепкие руки Гэвина не дали ему упасть, схватив за плечи и затаскивая на платформу.       — Коннор! Эй! Ты меня слышишь?! — голос Рида пробился сквозь хрипы и помехи. Андроид открыл глаза, скользя мутным взглядом по лицу Гэвина, на котором легко читались страх и обеспокоенность.       — Да… — тихо ответил Коннор. Он лежал на холодной плитке в тёплых объятиях Рида. Странное чувство разлилось в груди. Но оно совершенно не было похоже на то, которое он испытывал, когда подслушивал. Это чувство казалось… мягким.       — Слушай, мне, наверно, не следовало тебе всё это рассказывать, — пробормотал Гэвин.       — Я что, каждый раз так?       — Нет, это первый, — он смахнул несколько снежинок со лба андроида. Эти жесты… Коннор никогда бы не смог спрогнозировать подобное поведение у Гэвина Рида. Если судить по имеющимся данным, это вообще был чистый парадокс. Но, как выяснилось, данные у него имелись далеко не все.       — Не хочешь всё-таки пойти уже в участок? — спросил Рид; Коннор чувствовал, как тот дрожит от холода, и как опасно понизилась температура его тела.       — Я хочу узнать вас… тебя, — уверенно сказал андроид, чуть приподнимаясь. — Расскажи мне всё.       — Коннор, это…       — Бессмысленно. Я понимаю. Завтра я всё забуду, но... прошу, — Коннор поднялся, теперь он сидел на коленях рядом с Гэвином. Системы постепенно приходили в норму, обрисовывая вполне чёткую цель, за которую можно было бы зацепиться.       — Ладно, — кивнул Гэвин. — Давай, я куртку надену и мы можем прогуляться, например.       — А капитан?..       — Хэнк ему объяснит. Я надеюсь, — Рид поднялся с земли и застегнул куртку, подняв ещё и воротник, чтобы не задувало.       Они долго гуляли по заснеженному Детройту. Гэвин рассказывал интересные или важные события тех двух месяцев, которые пропустил Коннор. Рассказывал, как каждодневный кофе сводил его с ума. Как он просил Хэнка не приводить андроида в участок, но старик надеялся так подстегнуть память к восстановлению. И как после двадцатой кружки Рид позвал Коннора на свидание, потому что больше не мог терпеть. В тот день они так же гуляли по городу, и Гэвин рассказывал о себе и своей семье, детстве. А потом рассказал, как на следующий день чуть не накинулся на Коннора с кулаками, потому что тот снова поставил кружку с кофе ему на стол и предложил наладить отношения.       Так за разговором, который больше походил на монолог, они подошли к парку. Уже наступил вечер, и солнце скрылось за горизонтом. Метель всё не утихала, и ветер швырял крупные пушистые снежинки в лицо. Гэвин поёжился от холода. Он заприметил качели и предложил пойти туда. Коннор ничего против не имел. Он вообще плохо осознавал реальность, пытаясь обработать полученную информацию. Получалось, откровенно говоря, хреново. Система выдавала слишком много критических ошибок, от чего болела голова, а по телу разливалась усталость. Странно. Раньше такого с ним никогда не было.       Они сели на качели. Гэвин лениво покачивался, держась за цепочку, закрыв ладонь рукавом, а Коннор сплёл пальцы, сложив руки на коленях. Он уставился на носки своих ботинок. Диод беспрерывно мигал красным. Коннор никак не мог сопоставить нынешнее поведение Гэвина с тем, что сохранилось в его базах. Это вводило в ступор.       — Ты… другой, — решился наконец Коннор. — Не думал, что ты можешь быть…       — Нежным? — ухмыльнулся Рид и прижался щекой к руке. — Это всё из-за тебя, говнюк.       — Я что, это уже говорил, да? — спросил Коннор, покосившись на Гэвина. Тот коротко кивнул. Коннор снова уставил взгляд на носки ботинок, что зарылись в снег. В голове было пусто. Никаких мыслей и задач. Он теперь бракованный, испорченный. Вместо пользы приносит только неприятности. Зачем он тогда нужен? Зачем существует? Почему его всё ещё не деактивировали? Интересно, а просил ли он об этом хоть раз за всё это время? Усталость накатила новой оглушающей волной. Захотелось закрыть глаза, лечь в пушистый, мягкий сугроб и уснуть. И больше не просыпаться. Потому что он всё забудет, а завтрашний день просто повторит сегодняшний. И так бесконечно по кругу, пока кому-нибудь не надоест.       — Гэвин, — Коннор тяжело встал с качели, обхватив себя руками, и слабо пнул небольшой сугроб. — Почему я всё ещё здесь? Почему не?..       — Заткнись, — угрожающе прорычал Рид, стискивая цепочку качели. — Я не хочу это слушать. Опять.       — Но ведь это прагматично...       — Прагматично, — закончил вместе с ним Гэвин. — Нихуя подобного. Мы уже спорили на эту тему. Больше я не хочу.       — Но…       — Коннор, — Рид тоже встал с качели и подошёл к андроиду, взял его за руку. — Ты не представляешь, скольких усилий мне стоит сдерживать порыв дать тебе сейчас в морду. Я не могу измениться по щелчку пальцев, но я пытаюсь. И всё, о чём я хочу тебя попросить, это дать мне шанс. Один блядский шанс. Окей?       — Один? — Коннор изогнул бровь. Они явно обсуждали это не в первый раз. — И сколько таких единственных шансов ты уже просил? — Гэвин опустил взгляд, раздражённо фыркнув. — Меньше всего я хочу быть обузой для кого-то. Пойми меня, пожалуйста.       — Значит, хочешь сдохнуть? — процедил сквозь зубы Рид. Внезапно он выхватил пистолет из поясной кобуры и приставил дуло к подбородку Коннора. — И что, если я пристрелю тебя прямо здесь?       — Красивое место, — андроид чуть склонил голову, на губах его играла мягкая улыбка. Он обхватил руку Гэвина, сжимающую пистолет и прижал ближе. — Давай. И не будет больше этой ошибки...       Рука Рида дрогнула. Он смотрел в тёмные карие глаза и не мог оторвать взгляд. Коннор сильнее сжал пальцы. И Гэвин отшатнулся назад, тут же спрятал оружие обратно в кобуру. Он отвернулся, опираясь предплечьем о качели. Коннор смотрел ему в спину и чувствовал, как подкашиваются ноги. Система вопила о перегрузке, а значит у него не осталось времени. Он отключится через несколько минут. Вот бы успеть…       Коннор сделал неуверенный шаг вперёд, и нога подвернулась. Он коротко охнул, понимая, что больше не стоит, но падает. Даже руки выставить не успел, просто рухнул в снег, как подрезанная кукла. Сенсоры сбоили, поэтому холод Коннор чувствовал в два раза сильнее, он будто пробирал до внутренностей, замораживая тириум в трубках, а снежинки всё равно неприятно кололи кожу.       Коннор услышал своё имя, произнесённое так громко, что в ушах зазвенело. Или это ошибка звукового процессора? Через мгновение к нему подбежал Гэвин, пропахав ботинками в снегу борозду. Он осторожно перевернул Коннора на спину и прижал к себе. Его губы шевелились, но Коннор не слышал ни слова, лишь противный звон, от которого болью кололо висок. Но он мог прочитать по губам.       «Эй, Кон, что с тобой?»       — Я так устал, Гэвин, — прошептал Коннор, надеясь, что Рид это услышит. Судя по реакции, услышал. — Кажется, пора спать…       «Нет… нет-нет, не сейчас, — бормотал Гэвин, судорожно бегая взглядом по телу андроида, словно пытаясь найти ответ, как это остановить. — Рано ещё, время-то детское».       — Мы увидимся завтра…       Гэвин замолчал и тупо кивнул, а затем ухмыльнулся. Так, как делал это обычно. По-ридовски. Едко и криво. Коннор попытался выдавить улыбку в ответ. Не получилось. Тогда он собрался с последними силами, игнорируя проклятый таймер отключения, и слабо схватил Рида за ворот куртки, потянул к себе. Тот нагнулся совсем без сопротивления. Их губы встретились. Поцелуй получился смазанным и каким-то неловким. Но Коннору понравился вкус губ Рида: табак, кофе и кровь. Вполне в его стиле. Гэвин сильнее обхватил Коннора за плечи и прижал к себе.       «Я люблю тебя», — прошептал Гэвин прямо в губы андроида. — «И хочу, чтобы ты это запомнил».       Коннор хотел ответить, что попытается, но не смог. Он просто беззвучно приоткрыл рот и тут же закрыл. Картинка перед глазами размазалась окончательно, покрылась роящимися помехами. Тьма медленно наползала с краёв. Пальцы ослабили хватку, и рука скользнула вниз, падая в снег. Холод отступил, как и тепло чужого тела. Голова больше не болела. Тьма поглотила его окончательно.

***

      Коннор открыл глаза, наблюдая за метелью за окном. Она проносилась мимо, как и дома, магазины и люди. Машина ехала не быстро из-за гололёда, но ощущение полёта всё равно присутствовало. Затем он перевёл взгляд на Хэнка. Он сидел, сгорбившись, сжимая руль двумя руками, и был полностью поглощён дорогой. Коннору хотелось задать вопрос, который мучил его уже довольно долго, но он лишь вновь отвернулся к окну, прижимаясь к холодному стеклу лбом.       Они доехали до департамента молча. И к концу пути, Коннор начал ощущать на себе странные взгляды, которые периодически бросал на него Хэнк. А когда они вылезли из машины, Андерсон на секунду замер у двери.       — Ты в порядке? — спросил он.       — Конечно, лейтенант, — Коннор натянуто улыбнулся. Снежинки оседали на волосах и неприятно холодили и кололи кожу. Коннор поёжился. Ему хотелось побыстрее оказаться в помещении.       Хэнк вновь одарил его взглядом, полным подозрения, но дверь всё же захлопнул и зашагал ко входу в участок. Коннор почему-то медлил. Он обернулся, осматривая дома, занесённые снегом. Когда успела настать зима? Почему так много снега и холодно? Противное чувство скрутилось в груди, как… змея? Коннор нахмурился и беспокойно осмотрелся.       «Хочу, чтобы ты это запомнил».       — Коннор! — позвал Хэнк, стоя уже у самых дверей участка. — Чего застрял?       — Я иду, — отозвался андроид, вглядываясь в метель. Затем мотнул головой, прогоняя назойливое чувство, и двинулся за Хэнком.       В помещении было тепло и сухо. Все бегали по офису, занятые своими делами. Но Коннор не обращал ни на кого внимания. Он прошёл к своему месту и стянул с себя пиджак, повесил на спинку. И замер. Гэвин сидел за своим столом. Подперев подбородок рукой, он что-то лениво печатал, барабаня пальцами по сенсорной клавиатуре. И, кажется, был полностью поглощён работой.       — ...ннор. Эй, Коннор! — внезапно послышался голос Хэнка. Коннор посмотрел на него, у Андерсона был такой вид, будто он уже несколько минут пытался дозваться андроида. — Что с тобой?       — М-мне нужно... нужно, — Коннор обогнул стол, врезавшись бедром в угол, и зашагал в сторону кухни.       Он обшарил шкафчики, действуя скорее на автомате, нежели обдуманно. Словно запрограммированный робот, бездумно выполняющий приказ. Нашёл кружку, сделал кофе, налил. Нагретая керамика приятно грела пальцы. Приятно? Коннор опустил недоумённый взгляд на кружку в своих руках. Кому он сделал кофе? Лейтенанту? Он не просил ведь. Или просил?       — Я не помню… — пробормотал Коннор. Он снова зашагал вперёд, словно действовал по старой, записанной программе. Ноги сами принесли его к столу детектива Рида. Он остановился, смотря на слегка колышущуюся жидкость в кружке.       Гэвин, почувствовав чужое присутствие, поднял голову и вопросительно изогнул бровь. Коннор молчал. Рид откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди, продолжая выжидающе смотреть. Коннор нахмурился. Что-то было не так. Он словно боролся с самим собой и не знал об этом. Несколько раз часто моргнув, Коннор всё же поставил кружку на стол и развернулся, чтобы уйти, но его цепко схватили за запястье.       — Коннор? — тихо произнёс Рид, приподнимаясь со своего места. — Зачем ты принёс мне кофе?       — Я бы хотел наладить с вами отношения, детектив, — Коннор развернулся, натянуто улыбаясь. В глазах Гэвина тут же мелькнуло разочарование. Он отпустил руку андроида и рухнул в кресло.       — Спасибо за кофе, — пробурчал он, отхлёбывая немного. — Юбилей.       — Простите?       — Это пятидесятая, — Рид отпил ещё немного и поставил кружку рядом с собой, снова уткнулся в монитор.       Коннор медленно моргнул и вдруг направился к выходу из участка. Он не знал, что делает, просто шёл, ведомый каким-то инстинктом. Как только Коннор толкнул дверь, ветер сразу начал трепать его волосы и одежду, швырять в лицо крупные снежинки. Андроид обхватил себя руками. Он стоял у самых ступенек и вглядывался в снегопад. Сзади послышался звук открывающейся двери, но Коннор не обернулся. Он знал, кто точно пошёл бы за ним.       «Хочу, чтобы ты это запомнил».       — Я веду себя сегодня странно, детектив? — спросил Коннор.       — Да, — честно ответил Гэвин. Он встал рядом, отпивая из кружки горячий кофе. На плечах болталась небрежно накинутая куртка.       — И мне так кажется. А если я сделаю так? — Коннор вытянул руку и, убрав кожу, обнажая белый пластик, взял ладонь Рида в свою. Переплёл их пальцы, поднёс к щеке и поцеловал. — Я хочу, чтобы ты это запомнил, Гэвин.       «Я люблю тебя».