У каждого есть свои секреты

      У каждого есть свои секреты. У кого-то маленькие, у кого-то – большие. У кого-то ужасные скелеты в шкафу, а у кого-то – так, мелкие неприятности. Бывают Тайны, а бывают «секреты Полишинеля». Свои собственные секреты люди хранят как зеницу ока, а если узнают чужие, в большинстве своем пренебрежительно фыркают, мол, ну что в этом такого страшного и секретного?       У Рона Уизли тоже были секреты. И тоже разные. Он боялся пауков, не любил собственную бедность, ему трудно давалась учеба. После поступления в школу это всем стало известно. Там же, в школе, обнаружился еще один из многих его недостатков – «диапазон чувств как у чайной ложки». Рон с этим бы не согласился. Вот тут начинаются его настоящие секреты.       Он все прекрасно чувствовал. Он все прекрасно понимал. Но не знал, что ему с этим знанием делать. Он всю жизнь искал что-то, в чем он был бы не посредственностью, а хотя бы очень хорошим исполнителем. Он всегда был в тени окружающих. Старшие братья, Билл и Чарли, прекрасно закончили Хогвартс и нашли хорошую работу. Перси тоже. Секретарь министра – это вам не просто так. Близнецы Дред и Фордж – мамина головная боль – постоянно что-то изобретали и в итоге открыли собственный, довольно прибыльный магазин. Джинни – прекрасная сестра, жена, мать, спортсменка и просто красавица. Гарри – знаменитость, причем с каждым годом все больше и больше. Гермиона – умнейшая ведьма последнего столетия. Куда податься бедному волшебнику?       Рон испробовал очень многое. Волшебные шахматы, квиддич, лаборатория и магазин Волшебных Вредилок, драконология, министерство, журналистика… Ничего. Нигде. Вот и думай тут, как ты докатился до жизни такой. И он думал. Долго думал. Пока Гарри на его день Рождения не подарил ему гитару и музыкальный самоучитель. «Ты совсем скис, дружище! Как говорит Гермиона, тебе стоит поменять сферу деятельности…»       Вот тут-то Рона и понесло. Сначала простейшие аккорды, постановка рук, какие-то легкие пьески и романсы. Потом сложнее, сложнее, и вот уже Рон сам придумывает аккомпанементы к стихотворениям, сами стихотворения. Он записывает их в нотную тетрадь и совсем никому не показывает. Он подрабатывает в Волшебных Вредилках, вечером приходит в Нору, запирается у себя в комнате и пишет, пишет, пишет… Слова и музыка рождались сами; из воздуха возникало вдохновение творить.       Рон покупает еще книги. Маггловские. По музыкальной теории, по гармонии, по истории музыки. Он слушает и узнает великих композиторов, писавших в самых разных направлениях и стилях, в самое разное время, на самые разные темы. Рон погружается в мир философии, он узнает, что все искусство взаимосвязано, что существует абсолютно единая теория музыки. Что совершенно не связанные друг с другом поэт, художник и композитор могут говорить друг о друге, говорить об одинаковых вещах. Потому что искусство – едино. Само по себе, для одного и для всех. Рон думал, и чем больше он думал, тем больше понимал, что если бы все хотя бы на минуту задумались об этом, что если бы все захотели задуматься об этом, то все люди бы поняли что-то такое, из-за чего исчезли бы все конфликты. И не было бы войн, террора, страха людей, боящихся друг друга. Люди называют себя цивилизованным обществом, но законы в нем живут доисторические. Если бы они поняли, что все это не так важно, что за всеми ссорами они только теряют драгоценное время, которое им дано на что-то другое, доброе, чистое, светлое, если бы…       Но в мире волшебников его не поймут. Да и ему уже нужно что-то другое. И он собирает вещи, прощается с семьей и друзьями. Он обещает, что когда-нибудь все-все им расскажет от начала и до конца.       Это что-то другое, доброе, чистое, светлое.