Ты моя ошибка

      Армия Южного короля, действительно была готова воевать за старые обычаи, и подгоняемые этими мыслями, были легко захвачены магией Оруэла, чтобы эльфы не посмели повернуть назад. Тела наполнились силой, благодаря черной магии. Для этого боя Южный король пожертвовал всеми эльфийскими младенцами королевства, которые родились за этот год. И этот грех навсегда очернил правление Правителя Юга. Эльфы требовали казни своего бывшего короля. Охтарон, не доверявший силам своих эльфов, был недостоин народа, которым правил. До исполнения казни, бывшего правителя посадили под стражу. Но ненадолго и спустя три дня прилюдно казнили Охтарона.       Южане, отвергнув короля Юга за его поступок, присягнули на верность Вэону, а те кто, все равно был против, отправились вслед за королевой Тинтур, надеясь на ее покровительство. Теперь молодой король Запада, стал полноправным королем всех эльфов на этом материке. С ним же теперь будет править Амелия. Это первый законный союз между эльфом и человеком. А Северные границы обосновали гномы. Построив огромное подземное царство.       Я стояла под кленом, собирая в ладони падающие снежинки. Маленькие белые пушинки оседали на руках и тут же таяли. Холодало, закутавшись сильнее в меховую накидку, присела рядом с могильным камнем. Клубы белого пара разлетались вокруг моего лица при каждом выдохе. Погладив холодный камень, вынула из кармана старую, потертую курительную трубку. Покрутила в руках, внутри она давно почернела от частого использования, кое-где появились царапины.       - Эй, Бакстер, ты, наверное, хотел бы, чтобы тебя похоронили где-нибудь с видом на море, но боюсь, твое тело не выдержало бы поездочки. Надеюсь, ты не в обиде. – Я усмехнулась, посмотрев на серый, молчаливый камень рядом. Глубоко вздохнув, встала на ноги и отряхнулась, повернулась к безмолвному собеседнику. Рассматривая серую глыбу, ласково провела по ее краям.       - Он тебе все равно не ответит, и как джин не вылетит, сколько не наглаживай. – От голоса за спиной даже вздрогнула. Винсент сложил руки за спиной. Он не улыбался, смотря на камень перед собой. Капюшон ему был уже не нужен. Больше никто не захочет его убить за его происхождение. Острые кончики ушей покраснели, как и ровный нос с вздернутым кончиком. Волосы он остриг, и темные волны не доходили даже до плеч, пара прядей собраны сзади в хвост, чтобы не лезли в глаза. Губы поджаты до белой полоски, а черные глаза почти наполнялись слезами.       - Не старайся шутить, как он, молчаливым, ты мне больше нравился. Не подражай, будь собой. – Тихо проговорила я. Он повернулся ко мне, приподняв одну бровь. Он ласково улыбнулся, снова посмотрел перед собой. – Он просил передать. – Я вытащила триакс и протянула камень Винсу. Он все так же горел в моих ладонях розовым цветом. Итилгаил жив, и теперь у нас есть второй шанс быть вместе. – Бакстер сказал, что контрабанда твоя забота, и триакс он возвращает. – Я все так же стояла с протянутой ладонью, а Винс, словно боялся взять камень в руки. Боялся узнать, какого цвета триакс станет в его руках. Выдохнув, Винсент закрыл глаза и взял камень в ладони, спустя несколько секунд посмотрел на камень. Зеленый. Меня немного расстроил этот цвет. – Значит, уходишь, да? – Я поджала губы, отводя взгляд в сторону. Винсент взял меня за руку.       - Я не буду заниматься контрабандой, я стану торговцем, буду перевозить драгоценные камни. Море меня притягивает. А тут… - Парень приподнял мое лицо за подбородок, заглядывая в мои глаза. – Тут твое место. Элли, ты теперь мне сестра навсегда. Если из-за этого беловолосого ты прольешь слезы снова, я узнаю, и он лишиться глаз. – Винсент притянул меня к себе, крепко прижав к груди. Уткнувшись носом, вдохнула родной запах шоколада. Мы отстранились друг от друга, и Винс последний раз бросив взгляд на меня и могильный камень Бакстера, улыбнулся. - Пока Бакстер, пока Элли. – Его спина быстро удалялась. Посмотрев слегка в сторону увидела светлую фигуру в неизменных серебряных одеждах. Итилгаил стоял около дерева, не решаясь ко мне подойти, белые волосы развивались на ветру, сливаясь со снегом.       Положила деревянную трубку около могилы друга, последний раз провела ладонью по серому камню.       - Прощай, Бакстер. – Прошептала и направилась к мужчине, что терпеливо ждал, когда я попрощаюсь с друзьями и теперь до конца жизни его не покину.       Задорно улыбнулась, замечая покрасневшие на морозе щеки и уши. Поддавшись эмоциям, приложила свои горячие ладони к его щекам. Итилгаил прикрыл глаза, наслаждаясь моими прикосновениями. Спустя мгновение он снова посмотрел на меня, а в холодном серебре глаз танцевали озорные огоньки.       - Слышала новость? – Итилгаил слегка сощурился. Я удивленно подняла брови вверх. Мужчина откашлялся. – Вчера одна из человеческих женщин, что была «Кале», родила. – Лунный свет не прекращал улыбаться. А я нахмурилась, еще помня рассказ Оруэла о том, что происходило с бедными девушками после родов. Итилгаил, поняв ход моих мыслей, поспешил успокоить. – Элизабет, нет, она жива, те времена прошли. И скажу больше. – Он сделал театральную паузу. – Родился один малыш, полуэльф. – Он ласково обнял меня за талию и притянул к себе, а я только и смогла открыть рот, не задумываясь, для приличия, закрыть.       - Так это значит… - Я не договорила свою мысль, приложив ладошку ко рту.       - Элизабет, скажи, я же не ослышался, когда там, на поле битвы, услышал твою благодарность Таурэтари? – Итилгаил приблизил свое лицо ко мне. Я в смущении отвела глаза. - И почему зимой пошел дождь?- Не унимался Лунный свет. – А Оруэла почему молния сожгла? – Мы почти столкнулись носами.       - Да, я молила ее о спасении, но даже предположить не могла, что она услышит мой зов. – Я оттолкнула эльфа, отвернувшись, приложила ладони к горящим щекам.       - Она слышит всегда, но, похоже, только человеку дано до нее дозваться, потому, что к моим мольбам она была глуха. - Итилгаил погладил мои плечи и опустил голову куда-то в шею, пряча холодный нос в вороте платья. Я подняла руку и пропустила пряди волос между пальцев.       - Значит, теперь эльфы свободны, ты спокойно снова можешь жениться на какой-нибудь эльфийке, у вас будет много детей… - Наигранно обиделась, театрально надув губки. Я ожидала, что он просто посмеется, но Лунный свет повернул меня лицом к себе и серебряные глаза похолодели.       - Никогда не смей так говорить. Ты единственная, кого я люблю и кто мне нужен. А дети… - Итилгаил ласково провел пальцем по моей шее, надменно смотря на меня сверху вниз. – Сколько бы мне хотелось. Одного? – мужчина поцеловал меня за ухом, я тут же зарделась. – Двух? – Губы скользнули к шее. – Трех? – Эльф прижался ближе. Я застеснялась, отстранилась.       - А меня спросить не забыл? – Хитро сощурилась.       - И сколько же хочет моя принцесса? – Итилгаил нежно погладил мои волосы. Я приложила палец к губам, задумавшись.       - Одного для начала. Мальчика, похожего на тебя. С таким же добрым и чутким сердцем. – Улыбнулась, прижавшись щекой к руке эльфа.       - И твоими храбростью и упрямством. – Итилгаил щелкнул меня по носу и как маленький мальчик отскочил назад, собрав в руках снежок. Быстро кинув холодный шарик в меня, широко улыбнулся.       - Ну, я тебе сейчас задам! – Заразившись азартом, помчалась за мужчиной, кидая в него снежки.       Матушка приняла нас и благословила. Конечно, не забыв припомнить мои слезы и взяв с Итилгаила обещание беречь меня лучше, чем самый драгоценный камень на планете, обняла. Поблагодарила за то, что переправил часть деревни на восток. Их здесь приняли и дали кров. Знахарка Руби стала местной старейшиной в деревне, не забрасывая обязанностей знахарки.       - Я знала, что ты справишься, мальчик. – Женщина взяла в свои морщинистые ладони руку эльфа и ласково провела пальцами. Итилгаил выпрямился и взял меня за руку.       Вэону нужен советник на место Оруэла, и мы никак не ожидали, что король попросит Итилгаила занять эту должность. Мы согласились и теперь жили при дворе. Матушка осталась на востоке, лелея свой уютный домик и сад, который она разбила под окнами. Свадьба Амелии и Вэона стала величайшим событием для эльфов и людей. Гуляли две недели, не меньше, славя новых короля и королеву эльфов. Людвиг был невероятно горд, и на свадьбе веселился громче всех остальных. Вино лилось рекой, а столы ломились от яств. танцы и музыка не прекращались, зазывая народ праздновать. Но долг звал короля Людвига, оставив свою дочь править вместе с Вэоном, вернулся на Восток.       Вэон, как новый правитель всех эльфов материка разрешил Итилгаилу расторгнуть брак с нелюбимой женщиной. Геарлинд в последний раз попыталась предъявить права на Итилгаила, но попытка осталась бесплодной. Эллет уплыла на корабле вместе с остальными, кто не пожелал жить бок о бок с людьми.       Оставшиеся эльфы очень близко подружились с людьми, и некоторые, даже создавали семьи.       Мир и покой основались в этих краях.

***

      - Отец! – Полуэльф окликнул мужчину, что собирал травы между деревьев. – Я нашел те листья, что ты просил! – Полуэльф сел рядом с мужчиной протягивая пучок трав.       - Элендил, не мни их так, сколько раз говорить. – Эльф скривился. – Садись, отдохни, ты весь взмок.- Мужчина постучал по траве рядом с собой.       Элендил плюхнулся, вытянул ноги и посмотрел в небо. Лазурные глаза внимательно наблюдали за стайкой птиц, которые летели ровным строем. Белоснежные волосы растрепались по плечам, и даже тугие косички, что были бережно сплетены сзади, разлохматились. Итилгаил цокнул языком и властно потребовал развернуться полуэльфа к себе спиной. Элендил поддался и тонкие ловкие пальцы, бережно расплетали волосы, чтобы заново их собрать и привести в порядок.       - Отец… - полуэльф на секунду смолк, заглядывая себе за плечо.       - Ммм, что? – Итилгаил не отрываясь от своего дела, поднял глаза на сына.       - Расскажи еще раз, как ты встретил маму. – Элендил внимательно смотрел на отца. Итилгаил глубоко вздохнул и развернул сына затылком к себе, продолжая заплетать косы.       - Я так часто рассказывал тебе эту историю, не устал слушать? – Но говоря это, Итилгаил улыбался.       - Нет. Не устану. Порой мне так ее не хватает. Отец, сколько мне отведено? – Элендил склонил голову. Итилгаил остановился в своем занятии, развернул сына к себе, кладя руку на плечо. Элендил посмотрел на отца и уловил в серебряном омуте отблеск одиночества и толику боли.       - Сынок, никто этого не знает. – Итилгаил взял в руки цветок и стал перебирать пальцами лепестки. – Твоя мама никогда не задавалась этим вопросом и просто жила. Люди так хрупки, они могут прожить и восемьдесят лет, а могут всего тридцать. Я-эльф, тоже не бессмертен и когда-нибудь покину этот мир. Но этому нельзя помешать. – Лунный свет усмехнулся. – Так что живи и не задавай вопросы, на которые я не знаю ответа. Тем более, послезавтра твой день рождения. Чтобы ты хотел получить? – Эльф толкнул локтем сына, широко улыбнулся.       - Отец, мне уже больше ста, может, хватит со мной как с ребенком. – Элендил надул губы. – И вообще, ты обещал мне тренировку с мечом. – Полуэльф подскочил с места, отряхивая штаны от травинок. – Кстати, мне сегодня утром Тринели показывала классный трюк, она так красиво управляется с огнем! Жаль, я так не умею. – Элендил подхватил корзину с травами. Итилгаил усмехнулся и медленно поднялся, сложив руки за спиной.       - Кому-то дано управлять магией, а кто-то этого лишен, но это не значит что ты хуже. – В глазах Итилгаила блеснули смешинки.       - Легко тебе говорить, ты и долгожитель и исцелять умеешь. – Надул губы Элендил. Полуэльф двинулся по тропе между деревьями.       - В такие моменты, ты слишком похож на свою маму. Все - таки не зря она дала тебе это имя - Элендил, сияешь, словно и правда со звездами дружишь. – Итилгаил сцепил руки в замок. Пошел следом за сыном.       - Так ты расскажешь, как вы повстречались? – Звездный друг покраснел от смущения, подпрыгнул и встал перед отцом, шагая спиной вперед.       - Ладно, уговорил. – Лунный свет блаженно прикрыл глаза, удаляясь в воспоминания. – Я охотился в лесу…