Твои сигареты - мои губы

      Джеймс ненавидит сигареты. Вонючее маггловское изобретение. Он до сих пор не может в полной мере представить бешенство Вальпурги, когда Сириус наполнил дымом семейный особняк. А теперь еще и их общую спальню. В гостиной Блэк курит нечасто, потому как в любой момент может нагрянуть МакГонагалл, а вот на улице или в спальне он позволяет себе подымить всласть.       Джеймс морщит нос — то ли от запаха сигарет, то ли от заинтересованных взглядов девчонок на его лучшего друга. Блэк выглядит так, словно его выстругали из слоновьей кости, а черные волосы, собранные в пучок на затылке, лишь добавляют контраста. Если бы Сириус был произведением искусства, то непременно статуей — статной, из белого мрамора, вокруг которой собирались бы толпы, не в силах отвести от него глаз. Но Блэк — живой и теплый, а последний пункт все равно остается неизменным. Поттер моргает и толкает лучшего друга плечом, наугад кивая на стайку девчонок неподалеку.       — Это Роуз, а не твоя Эванс, романтичный болван, — тонкие губы, сжимающие сигарету, растягиваются в улыбке, а в глубоких серых глазах пляшут смешинки. — Или ты настолько отчаялся, что подойдет любая рыженькая?       Блэк играет бровями и широко улыбается, в то время как Джеймс закатывает глаза, но не менее широко улыбается в ответ.       Джеймса откровенно раздражает Марлин. Первое время он хотел ее использовать, чтобы подобраться к Эванс, но потом Сириус стал флиртовать с МакКинон, и та незаметно стала появляться в их компании все чаще. Сириус уверял, что они не встречаются, но по глазам гриффиндорки было видно, что она планирует это изменить. И каждый раз, когда длинные девичьи ноги оказываются закинуты на ноги Блэка, Поттер непроизвольно скрипит зубами. Еще чуть-чуть, и придется обращаться к колдомедикам — не хотелось бы стереть их в порошок окончательно. Эванс игнорирует любые попытки сближения, и в плохие дни у Джеймса опускаются руки.       — Ты всегда так говоришь, — хлопает его по плечу Бродяга и шепчет на ухо: — Пройдет пара дней, и ты снова будешь готов на любовные подвиги ради своей лисички.       — Знаешь, когда тебе отказывают шесть лет подряд, энтузиазм потихоньку угасает, — ворчит Джеймс.       — Ох, действительно, мне ли не знать, — насмешливо фырчит Бродяга, закуривает и быстро переводит тему на разработку очередной шалости.       Джеймс прекрасно знает, что однажды Эванс будет его. Но от того не перестает исподтишка любоваться лучшим другом или нарочито случайно лишний раз касаться его. Ну, потому что это Сириус. Родной Сириус, который, кажется, был рядом с ним всегда. Сириус, который сам постоянно льнет к нему, обнимает, похлопывает по спине, ерошит и без того взъерошенные волосы и отбирает очки, чтобы водрузить на свой нос и передразнивать его, удирая по гостиной под смех гриффиндорцев всех возрастов. Является ли Блэк кинестетиком, для Джеймса это до сих пор остается загадкой, потому что несмотря на любовь Сириуса прикасаться к нему, остальных трогать он не сильно стремится.       Джеймс прикрывает глаза и втягивает носом сигаретный дым. В этот раз он лучше, чем в сотню предыдущих — не разъедает легкие, а лишь окутывает какой-то приторной сладостью вишни. Они сидят под раскидистым дубом у Черного озера на расстеленных мантиях. Лунатик отдыхает, прислонившись к темному с потрескавшейся корой стволу, прикрыв глаза. Прошлая ночь была тяжелой для каждого из них. Сложней всего сейчас Питу — невыспавшимся он вынужден закрывать долги по Травологии у профессора Спраут. И Джеймс ему сейчас совсем не завидует. Он вдыхает сигаретный дым и наблюдает за Сириусом через полуприкрытые веки. Волосы Блэка снова собраны на затылке, солнце и тень от дерева лишь заостряют его скулы, делая лицо более хищным и холодно-благородным, как и у всех из его семейства. Меж губ зажата почти догоревшая сигарета, а длинные пальцы перебирают струны гитары. Сириус мурлычет под нос какой-то мотив из шестидесятых, а Марлин лежит рядом, положив голову ему на колени и медленно болтая ногами в такт мелодии.       — А давай каждый раз, когда ты будешь хотеть курить, я буду целовать тебя? — это звучит будто невзначай, но Джеймс усмехается и прячет улыбку в уголках губ. Эту игру Марлс затеяла около месяца назад, пытаясь отучить своего почти-парня от сигарет. Она предлагает сотни вариантов замены сигаретам, но Блэк лишь отшучивается и тянется за новой дозой никотина. Казалось, война проиграна, но МакКинон не сдается — настоящий гриффиндорский дух! Однако это предложение возвышается над другими по своей наглости. Сириус прекращает играть и внимательно смотрит на девушку. Долгим пронзительным взглядом. Поттер замирает, а сердце пропускает удар, когда Марлин достает изо рта Блэка окурок и приподнимается на руках, чтобы быть ближе, и наконец поцеловать того, кто покорил ее хрупкое девичье сердце. Сириус наклоняется ближе (а Джеймс понимает, что совсем не дышит) и вытаскивает из лежащей рядом с девушкой пачки еще одну сигарету. Он качает головой, хитро улыбается и возвращается к игре на гитаре, когда Джеймс заставляет себя сделать вдох. Марлин смеется и толкает ногу Блэка, хотя во взгляде и натянутой улыбке слишком отчетливо читается разочарование.

***

      Джеймс морщится и толкает ногой полог на кровати Сириуса. Они развалились на ней вдвоем в позе валета: Поттер бесцельно пялится в потолок, заложив руки за голову, а Блэк курит, прикрыв глаза.       — Бродяга, реально заканчивай. Твои сигареты воняют хуже навоза дракклов.       Где-то в ногах Блэк усмехается и пускает в потолок очередную струйку дыма.       — Я серьезно. Может, тебя уже не спасти, весь пропитался дымом, но о вещах подумай! Полог уже ни одна чистка не спасет, — Джеймс метко заряжает пяткой в печень другу, от чего тот охает и начинает отбиваться. Сигарета выскальзывает из зубов, пока лучшие друзья шутливо борются, пытаясь спихнуть друг друга с кровати, но в результате все же оказываются на полу оба. Джеймс смеется и откидывает голову назад, на сбитое постельное белье, пока Блэк мягко устраивает голову на его коленях и закуривает очередную сигарету.       Джеймс вздыхает и смотрит на прикрытые глаза Сириуса, его размеренное, спокойное, красивое лицо, черные, как смоль, волосы, разметавшиеся по его ногам — завораживающе. Он смотрит на тлеющий огонек на конце сигареты, пока Сириус выдыхает из носа сизый дым. Поттер делает вдох и дым скользит в его ноздри, струясь по трахее так же легко, как дурные мысли окутывают его мозг. Он до сих пор поражен последним предложением Марлин, и в то же время то, что Сириус не ответил согласием, теплом отдается где-то в груди. Джеймс закусывает губу и запускает пальцы в волосы друга, начиная массировать кожу. Блэк едва ли не урчит от удовольствия и поудобней ерзает головой на коленях Джеймса, от чего тот неожиданно тушуется. Это довольно привычный момент для обоих, но в этот раз что-то идет не так, и Поттеру совсем не хочется, чтобы Сириус почувствовал это пока незаметное «не так» и не услышал сбившееся дыхание.       Или хочет?..       — Меняй свои сигареты на мои губы, — выпаливает Джеймс и смотрит широко раскрытыми глазами на замершего друга. Сириус медленно открывает свои проницательные серые глаза и смотрит с прищуром. Взгляд пронизывающий, изучающий и вместе с тем слегка насмешливый. Джеймс не знает, как его растолковать, но уверен, что сейчас собственное сердце выскочит у него из груди. Сириус перекатывает кончиком языка сигарету в другой уголок губ и садится рядом, все еще не сводя с него нечитаемого взгляда. Джеймс протягивает руку и вынимает сигарету из чужого рта, чувствуя себя абсолютно глупо, словно в дежавю, только теперь на месте МакКинон он сам. Собственной персоной рушит многолетнюю дружбу. Хотя есть еще шанс перевести все в шутку, думает Поттер, но Блэк забирает у него сигарету, щелчком пальцев отправляет ее куда-то за спину и медленно, изучающе целует. Поцелуй выходит довольно легким — лишь осторожное касание губ — и Джеймс начинает отвечать только под конец, когда Сириус уже отстраняется.       — У меня еще три пачки припрятано, — Блэк усмехается и с вызовом смотрит в карие глаза напротив. Сбежит или пойдет на попятную? — Согласен ли ты сам на эти условия?       Джеймс широко улыбается и кивает, теперь уже сам подаваясь вперед и сладко целуя Сириуса. Они сталкиваются губами, кусаются и жадно сплетаются языками, пытаясь вдоволь насытиться друг другом, и количество сигарет тут совсем ни при чем. Впрочем, если понадобится, Джеймс самолично купит Блэку еще не одну пачку.