Говорила мне мама меньше общаться с эксгибиционистами!

      Сумерки незаметно опустились на поместье, погрузившееся во мрак. Только стрекотание цикад разбавляло тишину, повисшую в нем. Дом, как и люди в нем, спал, поглощая любой нарушавший безмолвие звук. Лишь в одной комнате можно было заметить еле видимый огонек. Он освещал только что уснувшую волшебницу, которая зачиталась книгой. Ее голова покоилась на краю кровати, а рука сжимала ладонь парня, который спал на этой самой кровати.       Девушка немного поворочалась, сильнее сжала руку и снова спокойно засопела, затянутая в объятья снов. Дневные переживания совсем вымотали ее, но не сломили. Она никому не рассказала о том, что теперь знает, похоронив эту тайну глубоко в себе. Такие секреты делают лишь больнее, но она сильная, поэтому справится с чем угодно.       Парень зашевелился и попытался разлепить свои веки, но не получалось. Они словно налились свинцом, настолько отяжелели. К тому же, что-то сдерживало его руку и мешало подняться. С третьей попытки ему удалось увидеть свет, но он плыл перед глазами и не собирался в единую картинку. Повернув голову в сторону утяжелителя, он лишь увидел темное пятно, которое, по-видимому, и держало его за руку. Через несколько минут ясность зрения все же вернулась к нему, и он смог рассмотреть девушку, которая так трепетно сжимала его руку. Золотые волосы разметались по простыне, наполовину прикрывая прекрасное личико, плечи сгорблены, но они никак не мешают ее прекрасному виду, и рука, которая крепко сжимает его, передает свое тепло ему, ледяному магу.       Когда способность двигаться хоть немного вернулась, парень попытался встать, но получилось лишь немного приподняться. Даже этого шума хватило для того, чтобы золотая макушка оторвалась от кровати и уставилась на него своими еще мутными ото сна глазами.       — Дрейк? — охрипшим голосом, почти что шепотом спросила она.       Фуллбастер кивнул. И тут же его опрокинули обратно на кровать. Лейла прижалась к нему, говоря между всхлипами «живой» и «я рада». Она обнимала его никак друг, а как кто-то, кто намного ближе. Ему была несильно понятна эта ситуация, но он принимал ее и тоже обнял девушку, позволяя ей высказать все. После пятиминутной радости он все же получил подзатыльник за то, что так подставился. Но все же видеть ее радостные глаза было намного приятней.       — Наконец-то мы сможем покинуть этот особняк, — разминаясь, сказала Драгнил. Она была готова хоть сейчас отправляться в путь.       — И сколько же я проспал? — даже сквозь шум воды, доносившийся из ванной, девушка разобрала его слова.       — Сегодня начался седьмой день, — в ванной что-то упало, а затем последовали ругательства. — Мы тоже этому не сильно рады, но мог бы ты выражать свое недовольство более спокойным способом?       Девушка собирала вещи парня в рюкзак. Конечно, стоило бы сразу сообщить всем о его пробуждении, но нужно сначала узнать подействовало ли зелье заказчицы.       — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? — послышалось невнятное мычание, а потом шум воды прекратился. — Тут тебя, кстати, Сакура приворотным зельем поила, ничего странного не ощущаешь?       В этот раз парень упал прямо на пороге ванной комнаты, из которой выходил. Выпученными глазами он смотрел на Лейлу, пытаясь найти подвох в ее словах.       — При-приворотное зе-зелье? — заикаясь, спросил он.       — Ага, — девушка с беззаботным видом собирала вещи и старалась никак не выдать себя. Ей было слишком интересно узнать ответ, подтвердить свои догадки.       — Ничего, — Дрейк осмотрел себя с ног до головы, пощупал, но ничего не изменилось. — Только голова немного кружится.       — Тогда все в порядке, — Драгнил улыбнулась и продолжила собираться.       Остальное время до утра они провели в тишине. С одной стороны было неловко и ей, и ему, а с другой — они понимали, что должны вести себя как раньше. У парня из головы не выходила спящая Лейла. Она была слишком милой, слишком спокойной для себя. А Драгнил все думала, как не выдать то, что ей рассказал Себастьян. Она понимала, что Дрейк все делал неосознанно, а значит и любит он ее только подсознательно. Не факт, что эти чувства когда-нибудь выйдут на поверхность.       Обоим было тяжело признавать то, что они, друзья еще с пеленок, вдруг влюбились друг в друга.       Яркая полоска солнца показалась на горизонте, являя миру новый день. Послышались голоса первых проснувшихся птиц, застрекотали кузнечики в траве на краю леса. Мир просыпался, а чувства, только что рожденные и осознанные, погрязали во сне, отправленные туда своими хозяевами.       — Ты за мной постоянно присматривала? — тихо спросил Дрейк.       — Первые три дня это была Сакура, а потом, видя твое плачевное состояние, меня попросила Мелиса. Знал бы ты, сколько каверзных ситуаций она подстроила. Наверняка расскажет все Майе, и они вдвоем будут долго и упорно снова пытаться свести нас, — слова давались тяжело, но нужно было вести себя как раньше.       — Спасибо.       — Забудь. Друзья всегда помогают друг другу, — отмахнулась от него девушка и пошла к двери. Пришло время покинуть это место.       А друзья ли?