Неужели моя смерть такая стремная?

      Мама всегда говорила, что я — не подарок. Оказывается, она очень даже ошибалась. Горилла подарил меня щуплому очкарику.       Итак, дамы и господа, отныне зовите меня Хедвигом.       Паренёк - школьник. Значит изредка, да буду летать. Говорят, все, что ни делается — к лучшему.       Чтож, летал я и вправду вдоволь, особенно, когда дрыщ учился. Летом будто возвращался в магазин. Взаперти. Иногда даже в голоде держал меня дистрофик. Я ему показал кузькину мать! Ночами царапал клетку. Не забывал и про навыки пения в жанре соул. И, конечно, расколол паренька.       Однако его родственники были больными ублюдками. Так однажды в голову им пришла мысль заколотить окна комнаты скелета. А он - хоть бы хны. Если б не рыжее безобразие, я б сдох.       Ась? Почему я отзываюсь о моих спасителях нелестно? Да потому, что они едва ли лучше родни очкарика. Мелкие все время лапали меня, домогались, как могли. Те, что с одинаковыми физиономиями, хотели ставить надо мной эксперименты. Их остановила старая толстуха.       Осенью все возвращалось на круги своя. Я снова дышал полной грудью. Чувствовал свободу во время полётов. Принимал только отборные печеньки. Ибо труд должен быть заслуженно оплачен. Не забывал ворковать с местными пернатыми.       Так пролетели три года.