И на сломанных крыльях, возможно летать

            От лица Гарри       Запах моря пробирал до дрожи, а тихий звук волн создавал необыкновенную музыку... Здесь было так хорошо, что я готов был остаться в этом месте навсегда, но в первую очередь надо было разобраться с проблемами.       Сидя на берегу моря, я не отрывал от него взгляда. Да Северус сказал правду. Море от дома в двух шагах, причем в прямом смысле этого слова. Сюда мы прибыли ещё в тот же день после обеда, пробыли здесь, уже дня три, завтра возвращаться, а мы о произошедшем в его покоях, так и не заговорили, кто из на двоих избегал разговора, тяжело понять.       Когда Северус начинал, я, ссылаясь на усталость и сонливость, уходил в общую комнату, или засыпал в прихожей на диване. Чаще всего, правда, на гамаке под звук волн, но на утро всегда просыпался в постели.       А когда я пытался начать, Снейп ссылался на дела и просто уходил.       Я соврал им. Соврал крёстному и профессору. Своей паре... Я всё помню. Помню ту ужасную боль, в которой казалось, что сначала вырвали сердце, а потом крылья. Помню тропинку грани, помню взволнованное лицо Северуса и... Помню голоса, которые мне кричали о том, чтобы я не смел возвращаться. Они цеплялись за меня как липучки, удерживая до последнего момента, пока Северус не сказал, что я ему нужен.       Помнится при этих словах, я больше уже никого не слышал, или голоса затихли, боясь издать хоть какой-то звук, а у меня в груди начался пожар и ощущение что прыгни и я взлечу.       — Как бы я хотел снова их услышать... — еле слышно самому себе произнёс я, смотря на песок под ногами.       — Поттер, я дома! — как режет этот звук, словно гвоздём по стеклу, но в тоже время согревает сердце.       — Хватит, надо всё решить до возвращения — я с силой ударил кулаком по песку и пошёл к дому, правда тут же замирая на пороге, кроме Северуса, в доме был ещё один мужчина, что внимательно осматривал меня с ног до головы.       — Хм... А где знаменитый шрам? Очки? Взъерошенная внешность? — спросил незнакомец, удивлённо смотря на Северуса, а я даже не знал как реагировать, стоял и настороженно наблюдал за незнакомцем, кидая недовольные взгляды на Снейпа, который мог бы и предупредить о гостях.       — Да сколько можно объяснять! — рыкнул Северус и подойдя ко мне обнял за плечи. Впервые, за прошедшие дни он сам ко мне прикоснулся без должной необходимости — шрам исчез тогда же, когда пропала необходимость в очках! Наследие восстановило весь организм! Остались лишь те шрамы, которые не относились к магии — при этих словах я внутренне поёжился, никому никогда о них не говорил, даже Сириусу. — Только на сколько, я не могу узнать, поэтому тебя и пригласил.       Незнакомец удивлённо вскинул брови.       — Дорогой мой друг, а ты пытался? Ты вообще-то тоже можешь наносить диагностирующие чары и проверить магическое ядр...       — Это медицинские познания — рыкнул Снейп — а я сейчас даже раны не имею право заживлять с помощью магии! Мне вообще нельзя ещё две недели использовать светлую магию!       У меня тут щёлкнуло в голове. Ведь там, на грани я видел не только Северуса но и девушку, которая шла следом с ним по пятам, неужели это...       — Наследие суккуба? — я удивленно посмотрел на профессора и хихикнул, представляя лица учеников, если это выявится наружу, хотя что-то мне кажется слизеринцы знают, пусть и не все. Но они молчат, не то, что было бы в грифиндоре.       От мыслей о школе сразу настроение пропало.       — Да суккуб, об этом потом поговорим.       — Ты всё-таки решился, — удовлетворенно улыбнулся незнакомец и протянул мне руку — Андриан Долохов, врач специалист по колдовской медицины, главный хирург больницы Святой Марии.       Мне фамилия была знакома, но не в виде врача, а совершенно в обратном смысле. Северус сжал плечо, и я понял, что объяснение будет позже. Хотя, что мне удивляться? Нарцисса очень часто летом была в особняке Блэка, даже Люциус пару раз приходил (без Драко) и думаю что другие, так называемые пожиратели ничем не хуже.       — Как ты себя чувствуешь?       Я пожал плечами       — А как должен? Усталость не проходит, но и сильнее не становится, слабость, даже не смотря на то, что здесь я только и делаю что отдыхаю.       — А магия?       Я запнулся и отвел взгляд в сторону.       — После обморока я ей ни разу не пользовался.       — Ты не чувствуешь магию? Или не получалось?       — Просто не было необходимости       — Угу, хорошо — маг направил на меня палочку и произнёс заклинание, передо мной тут же появилось красноватое облачко. Андриан покачал головой — О! Вижу! Наполни ка магией вон тот стакан водой, стоя именно здесь и попробуй без палочки.       — Без палочки, а я что смогу? Я посмотрел на Северуса, тот кивнул головой, но не отошел от меня.       Что-то со всеми этими событиями и переживаниями я и забыл о том, что могу пользоваться магией. Обед подавали домовики, так же как и убирали в доме. Одеться я мог и сам, душ или ванную принять, так тут магия не нужна, да и я не на уроке, чтобы ей пользоваться.       Смотря на стакан, представил, как он наполняется водой и осторожно махнул рукой, направляя энергию на него. Из стакана полился фонтан, но он не выдержал такого давления и лопнул на множество мелких осколков, я тут же сжал кулак, как все затихло.       В комнате настала тишина, тяжело дыша, я, держался за ткань пиджака, в котором был Северус. Походу, когда произошёл брызг фонтана, он прикрыл меня, а я этого не заметил.       — Плохо — мрачно произнёс целитель, смотря на тёмно красное облако — очень плохо — взмахнув рукой, облако растаяло в воздухе — Скажите ка мне молодой человек, за последние, года три, испытывал ли ты, какие ни будь сильные или яркие эмоции? Это не обязательно должно быть радость, злость, обида… Проще говоря, отрицательные эмоции тоже к этому относятся.       — Почему?       — Как бы тебе объяснить. У магов при сильных или ярких эмоциях происходил магический выброс. Как случай с детьми. Его кто-то сильно обидел и ребенок от обиды разрушил все вокруг себя, или наоборот он радостен и вокруг него происходят яркие вспышки или цветут цветы, которые цвести не должны.       — Так вам нужно знать был ли у меня магический выброс? — он кивнул, а я задумался — В прошлом году, когда у дяди в гостях была его сестра. Она очень разозлила меня, что я мысленно пожелал ей надуться как воздушному шарику, что впрочем, и случилось.       — За время обучения такое было только один раз?       — Я не помню, что бы что-то похожее происходило.       — Причем тут красный показатель и магические выбросы? — задал вопрос до этого молчавший Северус.       — Сев, ты сам вспомни, как часто у тебя были выбросы в школе, до какого класса?       — Где-то до пятого — немного подумав, ответил он.       — А как часто?       — Боже, я был подростком, понятно что очень часто особенно из-за одной группы людей с которыми у меня соперничество было! — прорычал Северус, а я покраснел, прекрасно зная, что под группой людей он имел ввиду моего отца и его друзей.       — А у него за четыре года обучения только один выброс, понимаешь? О-дин! — по слогам произнес Андриан. — До 17-20 лет, выбросы происходят чуть ли не каждый месяц, пока не просыпается наследие. По тому, что ты мне рассказал о его случае, его наследие… ошиблось на тот момент. Он признал другого, а не тебя, как изначально было положено.       — А с чего ты взял, что я был изначальной его парой, может…       — Не может — тут же прервал Дохлов и потер одной рукой глаза. — Почитай лучше о связанных и о вейлах. Если бы ты не был его изначальной парой, то ритуал бы не помог и…       — Но были же случаи! — рыкнул Северус и отошел от меня к столу, чтобы налить выпивку.       — Не отрицаю. У нас в больнице я часто с таким встречаюсь, но знаешь, в чем разница между вами и теми, кого я видел? — улыбка на лице целителя стала кривой — Например, если вейле отказал эльф, то только эльф мог провести ритуал. Если отказал, наг, только наг, если демон….       — То только демон… — подвел итог Северу и сел на ровном месте, а я от ужаса обнял себя за плечи.       — Ты же сам сказал, что его изначальной парой был эльф, да еще и светлый, но ты-то демон – мужчина развел руки в стороны, — тут не сходится, знаешь ли.       — Но у того человека тоже могло быть наследие демона, по матери — вставил я слово, думая что наследие демонов Блэков и наследие Суккуба, все же больше связаны между собой.       — Кто вам такую чушь сказал? — мы с Северусом переглянулись — Демоническое наследие передается только по тёмной стороне. Наследие светлых эльфов, сильнее демонического и в союзной паре эльф-демон, у первых трех детей будет наследие эльфов. Только у четвертого или пятого может появиться демоническое. Это будто светлое наследие породило достаточно своего вида и уступает место тёмному.       — Это что же выходит… — я поднял взгляд на Северуса — Я мог умереть?       — Мог. — Кивнул головой Андриан — А может и не мог, а всего лишь лишился бы магии и жил как обычный человек. Мы это уже не выясним.       — Но наследие не может ошибаться!       — Не может — Долохов сел в кресло и потер виски — Тут и кроется дело в его эмоциях, а точнее в их отсутствии. Гарри, что ты сейчас чувствуешь?       — А? — я даже растерялся от такого вопроса.       — Я сейчас рассказал что ты мог умереть, а у тебя на лице испуг отразился всего на секунду, сейчас у тебя вообще нет никаких эмоций, даже растерянности. — Пояснил мужчина — Я задам тебе вопрос еще раз. Ты замечал, что ты ничего не чувствуешь и не испытываешь до того момента, пока не проснулось наследие?       Я сильно задумался, вспоминая свою учебу и жизнь последние три года, в тоже время пытался вспомнить, что чувствовал в той или иной ситуации, но мои мысли прервал Северус.       — Долохов, ты о чем!? Конечно, он испытывал! Как и все мы…       — А ты уверен, что это он испытывал?       — Но наследие…       — Что наследие? Мне напомнить, что его тоже можно ввести заблуждение одним ядом? И этот яд может сготовить и ученик первого курса, который знает основы зельеварения!       — Второй курс! — произнес я, вспомнив одну странность. Мужчины замолкли и посмотрели на меня. — На втором курсе, мы принимали оборотное. — Я посмотрел на Северуса — тот случай, когда Гермиона в кошку превратилась! Я тогда еще удивился, почему зелье имеет такой странный привкус, что-то… будто….       — Имбирь? — задал вопрос Антонин.       — Да! Точно, будто в составе зелья находится имбирь!       — И? — мужчина посмотрел на профессора ликующим взглядом — Какие еще доказательства нужны? Но вот еще что скажу Северус. Вам лучше обратиться к гоблинам и провести полную проверку крови.       — А почему именно к гоблинам? — задал я вопрос, вспоминая, что Сириус тоже что-то говорил о проверке крови, но в тоже время утверждал что это не к спеху.       — У них магия отличается от нашей. И в плане состава крови… они по ней могут видеть судьбу любого существа.       Я переглянулся с Северусом и задумался. Кто меня мог отравить сомнений не вызывало, но оставался вопрос зачем это надо было и почему вышло совсем наоборот?       К Драко я испытывал симпатию еще с первого курса и хотел пожать ему руку, но почему не пожал? Почему отверг его дружбу? Ведь если я правильно понимаю отраву мне дали на втором курсе. Да и тянуло меня к нему постоянно из-за этого и наши вечные перепалки… Нет, что-то тут не сходится, либо меня ни кто не травил, а Драко и являлся моей изначальной парой, либо у меня к нему такие эмоции по другой причине, которые смогут объяснить только гоблины. А это значит, что надо попасть к ним, как можно скорее.