Манящее касание

      Этот выродок спасся сейчас только тем, что улетел.       Он всё видел… Боже, мне не спастись. Эти глаза готовы прожечь во мне дыру, а потом и вовсе сжечь меня полностью своей ненавистью и злобой. Ненависть… Вдруг он и правда испытывает по отношению ко мне сейчас это чувство? За то, что я поступила так. Я замираю на месте, ноги вросли в асфальт. —Может объяснишь какого хрена это сейчас было? -раздался вдруг около меня голос, что имел гневный тон, —Зачем ты увязалась за ним? Летел бы себе. Скатертью дорожка, -он недовольно смотрит на меня. —Я…я…-слова не вяжутся в адекватные предложения, голос предательски дрожит. Мне страшно. —Мямля, -оскалившись он резко хватает меня за руку, практически волоча за собой идёт к мотоциклу. —Томас, что ты…-он насильно заставляет меня сесть, и сам садиться спереди, после чего давит на газ.       Я резко обвиваю руками его талию, и прижимаюсь к спине. Даже шлем не дал одеть и сам без него погнал. Мне это совсем не нравится. Он снова гонит как ненормальный, и я жмурюсь от боязни врезаться в кого-нибудь или что-нибудь. Рёв мотора вновь заглушил все окружающие звуки, а ветер будто хотел оторвать от меня волосы. На такой бешеной скорости мы ещё никогда не ездили. Безумный страх полностью затмевает разум, мне хотелось закричать. Только какой от этого толк? Он не успокоиться и не станет меня слушать…       Поворот за поворотом, показания спидометра не менялись. Порой из-за поворота мы находились под таким углом, что мне казалось будто я вот вот коснусь земли головой. Наконец знакомая улица. Я уже готова на всё, лишь бы поскорее остановиться. Мотор заглушен. Я стараюсь перевести дух, но Томас не позволяет мне сделать этого. Резко схватив меня за кисть он волочёт в сторону квартиры, не давая мне возможности сопротивляться. Чёрт его дери.       Он заводит меня в свою светлую и приятную комнату, которая сейчас станет для меня неким подобием клетки. Он запирает дверь на замок. Но зачем? Ведь дома никого нет… Джош так не делал, хоть мы и были одни в доме. Я боязливо прислоняюсь к стене, а он вслед за мной. Своим худым телом он прижал меня с несвойственной для такой фигуры силой. Мне тяжело даже дышать. Толи от волнения, толи от того, что моё тело словно зажато с двух сторон.       Взгляд, что имел не одно значение смотрел мне в глаза. Злость, которая показывается его нахмуренными бровями, растерянность, что показана его бегающим туда сюда взглядом, волнение, которое чувствуется благодаря его сбитому дыханию. Его эмоции вновь перемешиваются друг с другом и от такого ничего хорошего ждать не стоит.       Я боялась, что сейчас он сорвётся. Ведь если он всё-таки сделает со мной это, то точно догадается о моей невинности. Внезапно поток моих мыслей оборвался. Я не чувствую, как ноги касаются ковролина, зато чётко чувствую его ладони на своих ягодицах. Я не успеваю сообразить, как оказываюсь в горизонтальном положении на кровати. —Ни один выродок больше не посмеет коснуться тебя и твоих губ, -со злобой шипит он, коснувшись губами моей шеи, а затем с напором целует в губы. Мне становится это жутко неприятно. В этом поцелуе лишь один гнев и озлобленность, который я немедленно прерываю, оттолкнув его. —Томас, прекрати! Дай мне хоть что-то сказать, а лезь сразу тр…-теперь меня уже заткнули этим поцелуем. Упрямая дылда! Какое же неприятное ощущение, когда через поцелуй человек передаёт лишь негативные чувства. Я не могу это терпеть. С рвением я вновь отталкиваю его, и резко встаю с кровати отойдя на пару метров от него. —Какого хрена ты запрещаешь мне целовать тебя? С какого перепуга этому «дружку» позволено делать это?! После того, как он поступил когда-то, -резко выдохнув он сжимает руки в кулаки. —Томас, мы…-я не хочу больше врать. Я обманула Джоша использовав его. Не хочу поступать также с Томасом. Ведь его я по-настоящему полюбила, и не желаю врать ему, —Мы с ним переспали, -на выдохе отвечаю я, подписав себе тем самым смертный приговор.       И я снова оказываюсь прижатой к холодной стене. Впервые вижу, как Томас оскалился от злости и уже готов закипеть от неё. Он резко выдыхает через нос, его руки сжаты в кулаки настолько сильно, что костяшки пальцев белеют, а брови нахмурены до предела. —Не смей говорить это, -наконец отвечает он, после чего со злости бьёт по стене. Я вздрагиваю и жмурюсь от столь резких действий, —Я же просил тебя держаться от него подальше, почему ты не послушала меня?! Дура, -он пытается принять это, но лишь сильнее начинает беситься. По щекам стекают слёзы. Мне невыносимо больно, что я довела его до такого состояния, и что в прямом смысле предала его. Измена причиняет больше боли, чем какой-либо физический удар. Я не могла смотреть на него. Мне просто хотелось сесть в каком-нибудь уголке обняв колени, и тихо рыдать там. —Зачем ты это сделала? Зачем? -снова удар по стене и громкий выдох через нос. Рука нервно заглаживает растрёпанные волосы, —Мы с тобой столько раз вплотную подходили в к этому, и ты столько раз оставляла меня в том состоянии. Ощущение знаешь ли не из приятных, особенно для меня, -он как и раньше начинает ходить из стороны в сторону, пытаясь успокоиться, —Я ведь столько времени уделял тебе, даже отменял некоторые важные дела, чтобы провести время в твоей компании. Что я по итогу получил? Что ты потрахалась с другим, -я слышу усмешку, которая перетекла в истерический возглас. Это звучало так, будто он иронично удивлён этому. —Да ты сам виноват, Томас! Нужно было заканчивать начатое, а не обрывать прямо сразу! -выпалила я не подумав. —Что ты сказала? Я виноват? Уж извини если я подумал, будто тебе этого не хочется. Включай голову наконец и думай, что ты делаешь, и до чего доводишь меня, -он потыкал указательным пальцем в висок намекая мне на то, чтобы я включила мозги, —Или просто воспользуйся такой замечательной вещью как логика. Очень полезная штука знаешь ли, -профырчав ответил он. —Я просто… Ты никогда мне не давал понять, что происходит между нами, -я пытаюсь уйти от интимной темы, —Любовь? Если только невзаимная… —Ты реально дура или просто издеваешься надо мной? -поставив руки по бокам, он иронично усмехается, —Разве бы я стал ревновать и ухаживать за девушкой, к которой равнодушен? Идиотка. Я сбита с толку. Он заставляет меня невольно замолчать от таких резких заявлений. —До сих пор не понимаешь, о чём я говорю? -досадливо выдохнув он переводит взгляд на меня. —Томас…-я в оцепенении. —Да люблю я тебя, бестолковая твоя голова, поняла? -он чуть ли не сорвался на крик.       В его репликах была доля правды. Но я думала, что он лишь игрался со мной. Сейчас же его признание ввело меня в ступор, но в глубине души я была рада его признанию. —Прости, что так поступила… Мне и вправду нельзя много пить. То, что произошло между мной и Джошем… Я пообещала, что не буду жалеть о том что…-мне вновь не удаётся закончить, меня вновь прервали поцелуем. Это был словно поцелуй раскаяния, мы будто бы извинялись друг перед другом, выражая это через неторопливые касания губ друг друга. Практически через пару секунд почувствовав доверие его поцелуй стал более напористым и страстным. Он не стремился подавить негативные эмоции, а лишь хотел выразить свои чувства через него. —Ты теперь только моя, слышишь? Никакого Джоша в твоей жизни больше нет, и никогда не будет. Ни он, ни кто-либо ещё не посмеет с тобой сделать всё это, -его тон становился постепенно спокойным, а под конец слов уже более возбуждённым.       Я понимала, что мы больше не можем сдерживать друг друга и что я не хочу его оставлять в изнывающем состоянии. Все его слова. Всё это было правдой, которую я так упорно не видела, и накручивала себя. Внутри всё сжимается в единую кучу напряжения, которое так и требует высвобождения. Ладони покрываются холодным потом. Его взгляд смягчается, а поток горячего дыхание обжигает мои щёки. —А я ведь только и стонала тогда твоё имя, и просила быть более грубым, -внезапно выдаю я. Зачем я это сказала? Боже. —Ты сама не хотела этого признавать. Хочешь погрубее? Ох, поверь, я могу тебе это обеспечить. Заодно мне будет компенсация за твои поступки, -дерзкая усмешка, за которой следует самодовольная ухмылка. Негодник.       Я резко обвиваю руками его шею и всем телом прижимаюсь к нему, затягивая в очередной поцелуй. Он буквально терзал их, кусал и облизывал. Мне также впервые довелось испытать на что способен его язык. Он целовал так, словно я вот вот испарюсь, старался прочувствовать, запомнить. Я снова перестаю чувствовать пол под собой. На смену этому я чувствую его напряжённое тело, которое словно начинает гореть. Его ладони прямо-таки впиваются в мой зад, от чего я невольно стону. —Я заставлю тебя стонать ещё громче…-выдаёт он, чувствуя, что возбуждение накрывает его с головой. Я не осознаю этого, но очень хорошо чувствую внутренней стороной бедра. Он буквально изнывает от того, что хочет получить. Что я творила с ним…и как я раньше не понимала этого?       Снова я оказываюсь на кровати, и уже явно не собираюсь покидать её, пока мы не закончим давно начатое. Я расставляю ноги, а Томас вновь ложиться на меня. Теперь я в полной мере, и уже не бедром ощущаю его желание. Снова это зудящее чувство в самом низу живота, и влажность в том самом месте. —Растерзай меня как свою жертву, хищник, -игриво шепчу я, поражаясь самой себе.       Руки тянутся поскорее избавить его от тёмно-синей обтягивающей водолазки. Она подчёркивала каждую деталь его прекрасного худого тела. Но без неё ему идёт больше. Отбросив её в сторону Томас прерывает мои действия и быстрее меня снимает с меня верхнюю одежду, оставляя только бюстгальтер. Да и то он недолго задержался. Холодные ладони касаются плеч, идут в ключицам и опускаются к груди. Они настолько холодные, что я невольно вздрагиваю и покрываюсь мурашками. Ловкие пальцы касаются набухших сосков, пока в это время другая рука норовит оказаться под остатками нижнего белья. Из меня снова вырывается блаженный стон, от которого он лишь шире заулыбался. —Ты только моя, -неустанно шепчет он. Как же сильно он меняется в зависимости от своего состояния. Настоящий актёр.       Отпрянув от груди он расправляется с моими джинсами, и отбрасывает в неизвестном направлении. Жаждущий, и словно голодный взгляд изучает меня вдоль и поперёк. На мне почти ничего, а он ещё в джинсах. Плут. Потянувшись к пряжке его ремня я быстро расстёгиваю его, после чего также быстро избавляю его от джинс, как и он меня. Он блаженно выдыхает. Похоже эти джинсы конкретно утягивали его в этом месте.       Слишком возбуждающе он облизывает свои пересохшие губы, после чего прижавшись оголённым торсом к моей груди ловко избавляет меня от последнего элемента одежды. —Прелюдия никто не отменял, -усмехнувшись он закрывает глаза, и губами касается моего левого плеча. Внезапно, когда он дорожкой поцелуев опускается до груди я понимаю, что в ход пошёл язык, который опускался по животу. Хочется зажать ноги, но я знаю, что он мне этого не позволит. По телу пробегает волна мурашек. Когда кончиком языка он касается заветного места я выгибаюсь в спине, запрокинув голову. Стон перемешался с громким выдохом. Что он творит? Я словно покидаю своё тело, оказываясь на грани удовольствия. До чего искусно ему удаётся это делать. —Но они не могут быть вечными, -вновь облизнув губы, он привстаёт на колени, и скидывает с себя боксёры. Вновь я вижу его, но теперь всё будет иначе.       Он сразу резко с разгона входит в меня, от чего я вскрикиваю. Какое терзающее ощущение. Я словно покидаю земную орбиту. Он жмурится. Кажется сам пытается привыкнуть к этому. —Вот чёрт. Уже и сам забыл каково это, -говорит он полушёпотом.       Как только он сам свыкается, то постепенно начинает двигаться. Толчки были резкими и практически вдалбливающими. Наши стоны перемешались в единый крик. Слыша, как ему нравилось это я чуть ли не теряю себя. Невозможно описать какое блаженство мне это доставляло. Он едва ли успевал целовать меня, скорее даже кусал мои губы, на что в ответ я кусала его.       Длинные густые волосы постепенно прилипли ко лбу, и стали ещё больше взъерошенными. Притянув его к себе за шею я беспощадно кусаю его губы, оттягивая пряди этих манящих волос.       Всё быстрее и грубее, с укусами и царапинами. Мне было мало, хотелось больше. —Быстрее, Томас, быстрее…-кричу я. Такое странное чувство. Дежавю. —Всегда к твоим услугам, — тихо шепчет он, и резко отпустив меня переворачивает на живот. Потянув за него он велит мне встать на четвереньки, после чего я расставляю ноги. Такого ещё не было.       Снова резко поддавшись он заполняет меня изнутри. По-прежнему холодные ладони касаются груди, после чего резко и внезапно шлёпают меня по ягодицам. Как же мне нравилось это. Я уже опустила голову, как вдруг он взял меня за волосы и потянул на себя, продолжая конкретно уже вдалбливаться в меня. Одна рука тянула меня за волосы, а другая беспощадно шлёпала меня по заду. Я чувствую, что вот-вот обессилено упаду. —Я люблю тебя, -прижав мою спину к своему разгоряченному телу он ставит меня на колени. Другая рука сжимает мою шею, но не слишком сильно. —И я тебя, -чувствую, что он постепенно замедляется, а потом резко, с небольшой периодичностью снова вдалбливается.       Снова это чувство, только оно ярче в разы. Я словно взлетаю, чувствуя как вскоре приземляюсь на мягкое облако. Всё напряжение разом покинуло тело. Лишь громко вскрикнув от накрывшего меня ощущения я чувствую, что падаю в темноту. Тело немеет, сил не остаётся. Я отключаюсь. —Сангстер, чёрт тебя подери. Какого хрена ты снова заперся? -послышался агрессивный крик сестры с утра пораньше, сопровождающейся стучанием в дверь.       Не раньше не позже. Ладно что не вчера вернулась. Найти бы ещё что одеть. Не хотелось ничего искать, потому подняв простыню, которая благополучно оказалось на полу я обернул её вокруг бёдер. Если эта неугомонная разбудит Рин я точно ей по голове надаю. Этот дьявольский ангел словно скрылся под постельным бельём. Пусть спит. Ава только сильнее стучала по двери, агрессивно что-то крича. Поднявшись с кровати я наконец отпер дверной замок, и открыл дверь. —Ты что… В каком ты виде вообще? -заглянув в комнату Сангстер младшая попыталась достроить логическую цепочку событий, —Опять ты кого-то притащил? Сколько можно уже! Непостоянный балбес —Сделай мне одно одолжение, помолчи. Я всё потом объясню, -не дождавшись её ответа блондин прямо-таки захлопнул дверь перед носом сестры.       Вытянув руки вверх я открыла глаза, тихо зевнув. Повернувшись она увидела Томаса, который сидел на кровати уже одетый, но к ней спиной. Услышав зевок девушки тот обернулся, и тут же заулыбался. —Сильно же ты измоталась, -посмеявшись ответил он, —Доброе утро. —Доброе… Кажется я вчера… Блин, -я лишь помню, как резко отключилась, практически сразу после конца. —Потеряла сознание. Да, я так и понял. Ты как безжизненная туша плюхнулась лицом в подушку. Не переживай, -ласковая улыбка, —Одевайся, я буду на кухне, -кивнув он одарил меня лёгким поцелуем, после чего покинул комнату.       Лениво встав с кровати я начала по полу собирать свою же одежду, и быстро натягивать её на себя. Я и правда потеряла сознание? Как такое вообще возможно. Томас сказал не переживать по этому поводу, значит…это вполне нормально? Боже. Мне никогда не было так хорошо, как вчера. Сознание, осязаемость, силы, всё это покинуло меня вчера по завершению. Наступила темнота. Тихо выдохнув я закончила приводить себя в порядок и вскоре присоединилась к Томасу на кухне. Его сестра. Ох боже. —Погоди… Марина? -девушка была в крайнем изумлении при виде неё, —Ты же обычно двоих не приводишь дважды. Удивляешь меня, -скрестив руки на груди она переводит взгляд на блондина, —Неужто осознал, что девушки не игрушки для твоих желаний? —Я кажется ещё раньше просил тебя помолчать, вот что ты лезешь, куда не надо? -недовольно проворчав ответил он.       Вот блин. Как же неловко я чувствую себя сейчас. Не дай бог они ещё поругаются из-за меня. —Неужели вы, -она переводит взгляд на меня, —Неужели вы встречаетесь? -взгляд девушки был ожидающим. Я замешкалась, не зная что и ответить ей. Внезапно я чувствую холодную руку на своём плече, а следом тёплое касание губ на щеке. —Именно, -с улыбкой отвечает он. —Да неужели? О, боже! Наконец! -она облегчённо выдыхает, —У моего брата появились мозги и он понял хоть что-то. —Если у тебя появится функция «Не орать», то возможно ты будешь приглашена на свадьбу. —Что ты там сказал? Свадьба? -она презренно щуриться, —Сангстер, я слишком хорошо тебя знаю, кого ты надурить пытаешься? —Я абсолютно серьёзен, -скрестив руки на груди он недоверчиво смотрит на сестру. —Какие мы серьёзные, утю-тю-тю. Утёнок. Так значит, мне можно ждать племянника или племянницу? А мне ещё и тридцати то нет, -девушка иронично усмехается.       Что? Свадьба? Племянники?! Они совсем охренели? А меня почему никто не спросил?! —С радостью займусь этим, -он смотрит на меня с этой самодовольной ухмылкой. Идиот. —Ой да иди ты, придумал ещё, -отвечаю я, гордо задрав нос и отвернувшись в сторону.       Но несмотря на всё это я осознала, что приняв мои поступки через столь сильный гнев Томас простил меня. Я боялась, что он возненавидит меня и пошлёт куда подальше, но он этого не сделал, и чёрт возьми как я рада этому. Этот человек по своему уникален. Мне безумно нравилось в нём то, как он меняется в зависимости от ситуации и его настроение. Всё это безупречно выражалось в его мимике, повадках, и взгляде. Постепенно я осознаю, что только сильнее влюбляюсь в него.