Первый отряд

Донхёку было пятнадцать, когда он выступал в московском цирке вместе с родителями. Донхёку было шестнадцать, когда отец с матерью отправляются на гастроли в Германию, откуда не возвращаются. По некоторым сведениям из компетентных источников, остаются за рубежом с целью сотрудничества с иностранными спецслужбами. Официально объявляются врагами народа. Шестнадцатилетний Ли Донхёк поступает в детское исправительное учреждение (московская область) для детей врагов народа. В том же году за отличное поведение переводится в экспериментальный учебно-исправительный интернат им. Сванидзе (Минская область) при Специальном отделе ВЧК-ОГПУ-НКВД (директор интерната – генерал Лиё, настоящее имя, по некоторым данным, Ли Тэён). Март 1941 – Ли Донхёк становится действительным членом военно-разведывательного Пионерского отряда № 1. Помимо него в отряд входят еще 4 воспитанника интерната им. Сванидзе: – Ли Минхён (Семнадцать, Псковская область, из семьи раскулаченных, с 6-месячного возраста – сирота; состоит на учете в психоневрологическом диспансере) – Ли Джено (Шестнадцать, БССР, деревня Стуньково; отец арестован за «вредительство», мать арестована по обвинению в троцкизме; состоит на учете в психоневрологическом диспансере) – Чжон Ченлэ (Пятнадцать, Киевская область, родители неизвестны; состоит на учете в психоневрологическом диспансере) – Хуан Ренджун (Семнадцать, Ленинградская область, сын врагов народа; состоит на учете в психоневрологическом диспансере) На самом деле ребята познакомились еще за год перевода Донхёка в интернат. Было лето, он решил выйти на улицу и покататься на велике по неровным дорогам,что были в деревне. Прохладный ветерок дул на загоревшую кожу мальчика, но ему в ноги упало красное яблочко. Донхёк поднял голову вверх, к дереву, растущему около забора. На самой вершине стоял, опираясь одной рукой за сук другой, держа кучу яблок, парень. Его блондинистые волосы взъерошились от сильного потока ветра, а кожа светилась белизной. - Воруете наши яблоки? Это не хорошо... - Да, простите. Я Минхён, а вы? – дружелюбно сказал блондин. Донхёк оставил свой велосипед и подошел ближе, протягивая руку вверх, к новому знакомому. - Донхёк. - Очень п..! – не успел договорить Минхён, как его нога сорвалась с дерева и он начал падать прямо на мальчика. Донхёк попробовал поймать его, но вышло не особо удачно и оба оказались на земле. Смотря прямо друг другу в глаза, щеки начали заливаться румянцем. Это бы длилось вечно, если бы их не прервали друзья Минхёна, подобравшие все упавшие яблоки. Джено – высокий, сильный и красивый парень, Ренджун – чуть ниже Джено, с красивыми рыжими волосами, Ченлэ – младшенький, с улыбкой до ушей. Как-то раз ребята даже посетили выступление Донхёка в цирке, тогда Минхён ещё принес ему букетик роз. Парни в тот день в парк развлечений сходили, вы бы видели лицо Ренджуна и Ченлэ, когда Минхён выиграл в тире милый брелок-мишку для Хёка. После того как Донхёк оказался в интернате, он начал военную подготовку со всеми остальными. Задания начиная от бега заканчивая преодолением препятствий с завязанными глазами. Даже при таких обстоятельствах ребята часто собирались и веселились. И так в один день Донхёк и Минхён собрались на прогулку. Ближе к вечеру было не так опаляюще жарко, как днем. Эти двое гуляли в лесу и остановились на полянке с невысокой травой. Донхёк лег прямо на траву. Поэтому Минхён пристроился рядом с ним. - А ты кем хотел бы стать в другой жизни?- спросил Минхён. - ... Тем, кто мог бы различить кто врет, а кто нет. Тогда я понял бы любишь ты меня или нет… – Я люблю тебя. – Да? – ДА. – Скажи еще раз. – Люблю тебя. Я люблю тебя. – И всегда меня будешь любить? – Ага. – Нет, я серьезно! – Я тоже. – Всегдавсегда, даже в следующей? – Да. – Даже если ты будешь… даже если ты родишься не в Советском Союзе? Даже если ты родишься… ну… родишься… врагом? Он щекочет ему губы травинкой,и потом целует. - Обещаю. Но я надеюсь, что не рожусь… не родюсь… как это... – А кем ты родишься? – Я пока не решил. – Ну, Минхён! – Не знаю. Разведчиком… Или артистом… А волосы будут… Какой цвет волос тебе нравится? – Как у тебя. – А волосы у меня будут, как у меня. – Он смеётся…. – а я… – И ты… полюбишь меня с первого взгляда. Они лежат рядом в траве и смотрят в чистое вечернее июньское небо. Ногам становится холодно. – Смотри, Мин! Там самолеты… Он щурит глаза. Поднимается. Подает Хёку руку. Снимает травинку с волос. Они стоят рядом, замерев, не дыша. Они смотрят на стайки серых гудящих; мошек выныривающих из темной щели горизонта, ползущих в их сторону, вперед, по небесному своду. Он говорит: – Я пойду. Я должен идти обратно, к ребятам… – Я с тобой! – Нет. Тебе лучше спрятаться. Так, чтобы даже я не нашел. – С чего ты решил… Он обрывает его на полуслове: – Пока гнерал в отъезде, за старшего я. Ты должен спрятаться. Считай, что это приказ. Донхёк молчит. Минхён берет его за руку. – Не бойся. Я вернусь, обещаю. Он обнял Хёка и уходит прочь. Не оборачиваясь, не сомневаясь. Он смотрит, как мелькают в траве его детские щиколотки. Он смотрит, как Мин уходит. Уходит, уходит, уходит. «Остановись, – просит он беззвучно. – Посмотри на меня. Скажи что-нибудь на прощание.» Он останавливается. Он поворачивает к нему голову: – Не забудь влюбиться в меня с первого взгляда!