Мой любимый демон

***

      Было очень трудно поверить в происходящее. Лишь неделю назад Чимин был простым школьником, сейчас же он визажист самого популярного дуэта Кореи. Но нельзя не согласиться, что если бы не Хани, то ничего этого не было бы. Он бы не попал в их гримерку, не сделал бы им макияж, возможно, не выиграл бы фотографии, которые разыграл Юнги. А фотографии ведь очень хорошие, качественные, дерзкие, такой Юнги похож на демона, дьявола, но, черт, ему так идет. А его выбеленные волосы, подведенные глаза, рваная одежда, Боже, это просто прекрасно, как-то по демонически, что ли. Странное сравнение, но ангела в Юнги увидеть нельзя, он действительно демон, а думать так причины есть, речь не только о его внешности.       За эту одну неделю Юнги хорошенько потрепал нервы бедному Чимину. От него у него не мало хлопот и проблем, будто он все это делает специально, назло ему. То он случайно потрет глаз, то случайно вытерет губы, то лицо умоет, хотя почти этого не делает, видите ли, забыл, что на его лице макияж, а стало так жутко жарко, что захотелось охладиться. А Чимину приходилось вечно все переделывать, будто это все так легко, это тоже труд, это тоже в какой-то степени мучение, а он так себя ведет. Попробовал бы сам. А так же он вечно чисто случайно задевает его задницу, но как ее можно случайно задеть, щипнув? А когда еще и предметы какие-то, по типу микрофона, чисто случайно тыкал в попу Пака, это уже сверх предела. Ну, что за извращенец? А ведь Пак и сделать ничего не может, ему нравится его работа, вот только Юнги ему перестал нравится, он начал его только бесить и раздражать.       С Тэхеном же проблем от части вообще нет, хоть ему спасибо. Этот парень вообще старается не контактировать с Чимином, будто ему вообще это не нужно. Он лишь приходил к нему с Юнги для того, чтобы сделать макияж, один к Чимину он никогда не приходил. Проблем из-за него не было, он следил за своим лицом, поэтому с макияжем проблем никогда не было. Он не домогается Чимина, как это делает Юнги. Он лишь посылает Чимину какие-то совсем нечитаемые взгляды, Пака это чуть напрягает, но он пытается не обращать на это внимание. Ну, смотрит и пусть смотрит, ну, что в этом такого?       В школу он больше не ходит, если только с Хани встретиться, бывает, заходит. Но прежде связывается с ней, чтобы узнать, Хосок в школе или нет, потому что с этим парнем ему, ну, ни капельки не хотелось бы контактировать, мало ли, что он вздумает. А ведь он может.

***

      Сегодня у Хани день рождения, Чимин хотел устроить ей сюрприз, он еще вчера сказал ей, что не приедет, потому что будто бы у него завал, но на самом деле у парней сегодня только одна фотосессия, которая скоро должна начаться, а после он весь день будет свободен, поэтому он сразу же после нее поедет в школу. Он уже успел купить для нее подарок, одно дорогое платье, размеры он ее знает, а так же знает, что она не ровно дышит к этому платью, а из-за новой работы он смог позволить купить такой подарок. Да и подарки Чимин любит дарить, а не получать.       Чимин закончил с макияжем парней, сегодня у них какой-то слишком вызывающий стиль фотосессии. Хотя фанатки, которые их шипперят, будут выть от счастья, вот только приехала еще и модель какая-то, видимо, и с ней будут фотографии. Парни же сейчас заканчивали с переодеванием, на них были широкие брюки и рубашки, которые полностью на них висели, они были немного прозрачными, одежда не была заправлена, а наоборот немного растрепана, у кого-то что-то немного было заправлено, у кого-то не все пуговицы расстегнуты, но главное, у Юнги, блять, был расстегнут ремень, это почему-то выглядело слишком пошло. А растрепанные волосы придавали им вид дорогих шлюх. Но Пак не мог отвести глаз от Мина, почему-то такой Юнги ему нравился.       Вот Пак и не ошибся, потому что, переодевшись, девушка вышла к парням. На ней была одна, вашу мать, рубашка, которая почти ничего не прикрывала, конечно же, на ней было кружевное белье, волосы, как и у парней, у нее были растрепаны.       Фотосессия началась, парни встали с каждой стороны от девушки. Они становились в какие-то слишком уж пошлые позы, но Чимину совсем не было противно. Противно ему стало, когда эта девушка подошла к Юнги со спины, обняв, одной рукой коснувшись шеи, а второй до груди, и все бы было нормально, если бы она не докоснулась губами до его шеи. Пак и сам не заметил, как его руки сжались в кулаки, почему это еще вообще бесит? Он ведь просто его фанат, он не имеет права так реагировать. Но тело Пака содрогнулось, когда его глаза встретились с глазами Юнги, тот с прищуром и с какой-то усмешкой смотрел на него. Чимин же не мог совсем терпеть этот взгляд, его это бесило, поэтому он просто повернулся и ушел в гримерку.       В гримерной Чимин сел на кресло у зеркала, он схватился за одежду в области груди, почему-то было больно, а еще больнее представлять, как сейчас эта девушка закидывает на него ноги, почему-то он уверен, что она это сейчас делает, она может не сделать что-то другое, но это сделает обязательно. Почему она лезет своими ручонками именно к Юнги, а не к Тэхену, например? Почему именно Юнги?

***

      Чимин настолько сильно ушел в свои мысли, что даже не услышал шум, который исходил из зала, в котором сейчас происходила фотосессия, он так же не услышал, как дверь в гримерную открылась и вошел Тэхен, он впервые был один. Ви бросил беглый и немного рассеянный взгляд на Чимина, который все еще держался за область груди. — Больно. — Прошептал Пак. — Подожди, — Ви вдруг подошел к Чимину, сев рядом с ним на колени, он докоснулся до его груди, — дыши глубоко. — Я пытался. — Прохрипел Пак, который был готов вот-вот заплакать. — Просто глубоко дыши. — Как-то грубо сказал Ви.       Чимин не стал больше противиться, поэтому, послушав его, он начал хватать ртом воздух, а затем он понял, что воздуха ему не хватает, его глаза забегали, Чимин схватился за руку Тэхена, которая была на его груди. Но Тэ посмотрел на него так, будто говорил: «Дыши!», и Чимин задышал, ему действительно стало даже легче, боли в сердце больше не было, и он смог вновь дышать. Только вот что это было несколько секунд назад?       Но подумать об этом Чимину не дал вошедший в гримерку Юнги, который стал еще хмурее, когда увидел на коленях перед Паком Тэхена, а когда он увидел, что рука Тэ лежит на груди Чимина, Мин стал хмурее самой темной тучи. — Не слишком ли? — Плюхнувшись на кожаный диван, закинув ногу на ногу, спросил Юнги, одарив Тэхена темным и пугающим взглядом. — Этот мелкий не так хорош для тебя. — Юнги как-то слишком сильно выделил последние два слова, но, видимо, Тэхен понял смысл, поэтому сразу же встал, убрав руку с груди Чимина. — Юнги, — Тэхен повернулся к Мину, — я знаю, кто для меня, а кто нет.       Больше ничего не сказав, Тэхен просто взял и ушел, он ушел в том в виде, в котором был на фотосессии. Хотя если его и сфотографируют фанаты, то подумают, что он проиграл спор или вообще ничего не подумают, потому что они привыкли к странному стилю своего кумира. Однако, что это вообще только что было? Они поссорились или нет? Но главное, какого хера Тэхен оставил его один на один с Юнги? — У меня болело сердце, — зачем-то начал оправдываться Чимин, — он мне помог. Мне действительно стало лучше. — Мы не поссорились, — будто знал, о чем думает Пак, ответил Мин, — он, как и я, через пару часов остынет. Завтра все уже будет в порядке. — Я не хотел, чтобы вы из меня ссорились. — Мы не из-за тебя, и я повторюсь: мы не ссорились.       Чимин опустил голову, он чувствовал себя нашкодившим ребенком, которого сейчас оправдывает папочка, хах, папочка, почему-то это прозвище шло Юнги. Чимин сразу же начал мотать головой, нашел, о чем думать. — Кстати, — Юнги рывком встал на ноги, а через мгновения он уже был перед Чимином, наклонившись, он упирался руками в грядушки, Паку из-за этого пришлось вжаться в кресло, слишком близко, — не думаешь, что неправильно смотреть на человека так по-собственнически? Она ведь просто модель и выполняла свою работу. — Что? — Глаза Чимина стали по пять копеек. — Я., нет, я не смотрел. — А что ты делал? — Усмехнулся Мин. — Мы оба знаем, что смотрел, оба знаем, что ушел ты именно по этой причине. — Я ведь говорил, у меня болело сердце, я ушел по этой причине. Вы здесь не причем. — Кого ты пытаешься обмануть? — Вдруг Юнги наклонился к уху Чимина и как-то по пошлому прошептал. — Тебе бы ведь хотелось бы быть на ее месте? Я ведь знаю, твое тело лучше ее. Не беспокойся, сейчас ты не напортачил, но, когда напортачишь, папочка накажет тебя.       Глаза Чимина расширились еще больше, какого черта? Как-то громко усмехнувшись в ухо Пака, Мин, выпрямившись, начал стягивать с себя рубашку, чтобы наконец-то переодеться. Паку не хотелось смотреть, нет, врет, хотелось, поэтому он и смотрел. Мин, как шлюха, сейчас снимал с себя одежду, но, когда он дошел до брюк и ремень начал немного звенеть, Чимин заставил себя прикрыть глаза, на что услышал вновь смешок. Но вдруг Пак наконец-то пришел в себя. Хани. Чимин, вскочив с места, побежал вон из гримерки, он даже немного удивил Мина.

***

      Чимину повезло, потому что он приехал довольно быстро, он бежал по коридору в поисках класса, в котором сейчас у Хани скоро должен закончиться урок. Ну, как скоро, через 17 минут, но все равно. Найдя класс, Пак встал у подоконника, подарок для Хани он оставил в машине, чтобы подарить его ей там, а потом они просто поедут куда-нибудь посидеть. Сегодня он все оплатит, сегодня он подарит Хани счастливый день.       Но все его мечты оборвались, рухнули, когда он увидел Хосока, который шел сейчас прямо к нему. Он был зол, очень зол. Пак хотел убежать, но не успел, потому что сразу же был схвачен Чоном за плечи, а затем вообще прижат к себе. Чимин даже затаил дыхание от такого проявления нежности. — Ты чего? — Прошептал Чимин. — Я думал, не увижу тебя. — Хосок прижал Чимина к себе еще ближе, такие объятия даже причиняли боль. — Прекрати, — Пак начал вырываться, а вернее просто дергаться, — мне больно, прекрати. — Почему ты так себя ведешь? Ты мне не безразличен, неужели тебе настолько плевать на меня? Я не могу без тебя! Я пытался тебя найти, пытался узнать адрес и номер, но у меня ничего не вышло, будто тебя вообще не существует, как человека. — Хосок, пожалуйста. — Начал чуть ли не плакать Чимин. — Ты ведь знаешь, я не люблю тебя, я совсем ничего к тебе не испытываю. Я благодарен тебе за то, что из-за тебя ко мне никто не приставал, благодаря тебе я мог нормально учиться, правда, спасибо. — Почему ты врешь?! — Чимин почувствовал, как тело Хосока напряглось. — Я знаю, что тебя все равно избивали, я видел замазанные косметикой ссадины, я видел, как ты не занимался на физкультуре, я все видел. Зачем ты меня благодаришь?! — Потому что не было больно так, как могло бы. — Ты счастлив? Счастлив быть со своим кумиром? — Да, — улыбнулся Чимин, как вдруг он не заметил, как его же руки обвили талию Хосока, а лицо прижалось к его груди, — иногда он бывает просто невыносим, но он все равно мне нравится. Это так не правильно, ведь я парень, как и он. — Чимини, — прошептал Хосок, — пожалуйста, будь осторожнее, многое не так, как тебе кажется. — Отошел от него! — До них вдруг донесся будто рык зверя, от которого по телу пробежали мурашки. Приподняв голову, Чимин увидел Юнги, от которого будто черная дымка шла. Но Хосок даже не двинулся. — Отпустил его!       Какого черта происходит?