Цвет мира, в котором обитает мафия...

Ямамото вошел в кабинет с кружкой крепкого кофе в руках. Гокудера сидел в своем кресле, разглядывая потолок и удерживая во рту тлеющую сигарету, пепел которой испачкал пиджак дорогого костюма. Парень намеренно стукнул кружкой по столу, привлекая внимание друга. Его зеленые глаза слезились, а под ними были синяки от недосыпания. — Выпей кофе, раз уж спать все равно не собираешься, — Такеши мягко улыбнулся, как умел лишь он один из хранителей, передавая свою заботу и спокойствие. — Ты же не отстанешь, да? — раздраженно бросил Хаято и взял кружку. Выпив все до последней капли, он поставил её на край стола и вернулся к своему ноутбуку, вновь принимаясь за работу. Вот только присутствие хранителя дождя стало настораживать. — Какого черта ты все еще… — Гокудера перевел взгляд на кружку, после чего посмотрел на добродушные глаза друга. — Что было в кружке, Ямамото? — Потом на меня накричишь, идет? — отозвался парень и увидел, как хранитель урагана пытается справиться с нахлынувшей волной сна. — А сейчас просто расслабься, Гокудера. Ямамото дождался пока снотворное подействует и перенес друга в его кровать, после чего покинул комнату, морально настраиваясь на завтрашнюю взбучку. Он дошел до кабинета, где собрались оставшиеся хранители Вонголы, чтобы обдумать план действий. — Он выпил кофе? — удостоверился Сасагава и получил одобрительный кивок. — Что-нибудь выяснили о стрелявшем? — Ничего конкретного. Я не некромант, а иллюзионист, — устало отозвался Рокудо и потер переносицу. Даже перепалки с Хибари теперь не доставляли никакого удовольствия. — Только выяснил, что в последний раз он находился в южной части Неаполя. — Где имел шлюху в одном дешевом борделе, — закончил хранитель облака, присаживаясь в кресло. — Этот парень был обычным офисным планктоном. Бывшая жена, двое детей, лучший друг дантист, что изменяет своей жене. В общем, нет никаких прямых нитей, указывающих на его связь с мафией. — Ну что-то же должно быть, — высказался Бовино и потер опухшие глаза. В данный момент он больше переживал за босса, что не отходил от постели своей жены, надеясь на её скорое пробуждение. — Босс сейчас в ярости, и если мы что-нибудь не скажем ему, то… — перед глазами всплыла картина, как Савада убивает парня за свою возлюбленную, отчего паренек дернулся. — Не переживай, — Такеши похлопал того по плечу и вернулся к разговору: — Хибари, а кто держит бордель? Ты не узнавал? — Та часть города находится под покровительством семьи Шалоя. Надеюсь ты их еще помнишь? — О… та маленькая синьорина? Думаю, что тогда мы с Гокудерой завтра к ним заглянем, а пока всем стоит хоть немного отдохнуть. Все переглянулись между собой и приняли предложение хранителя дождя, отправляясь в свои комнаты. Мужчины были на взводе уже три дня, сбиваясь с ног в поисках полезной информации, однако каждый раз натыкались на тупики, возвращались обратно и бродили по замкнутому кругу неизвестности. Именно поэтому каждый из них начинал звереть, представляя восторг при поимке виновного, на котором они отыграются вдоволь прежде, чем он предстанет на коленях перед боссом Вонголы.

***

Голова раскалывалась, однако во всем теле чувствовалась небывалая легкость. Мужчина с трудом открыл глаза, а затем реальность проникла в затуманенный от сна разум, заставляя буквально подскочить с постели. Гокудера знатно выругался на Ямамото, который обманул его самым наглым образом, отчего расследование приостановилось на целых…двенадцать часов?! Он проспал аж двенадцать часов?! Хранитель урагана открыл окно и закурил сигарету, пытаясь справится со злостью и стыдом. Да, он испытывал стыд, что спал, пока Джудайме не отходил от кровати своей возлюбленной и ждал от него результатов расследования. — Как я жалок… а еще правая рука босса Вонголы… — сигарета переломилась пополам, а зеленые глаза наполнились отвращением к самому себе. Дверь в комнату отворилась, и послышались тихие, спокойные, но уверенные шаги. Так ходил лишь один человек в этом особняке. — А ты смелый. Знаешь же, что сейчас мне хочется подорвать тебя на месте за совершенное. — Знаю. Но зато ты отдохнул, — сказал Ямамото, мягко улыбаясь. Хаято посмотрел ему в глаза, однако ничего кроме спокойствия не увидел. Беззаботный придурок. — Есть одна зацепка. Поедешь со мной её проверить? — тот не ответил, просто вновь закурил и пошел к шкафу. Хранитель дождя покинул комнату старого друга и направился к машине, дабы дождаться его, а затем отправиться к семье Шалоя. Поездка прошла в молчании, однако оно не угнетало хранителей. Такеши уже давно привык водить машину, пока Гокудера изучал кучу бумаг, пытаясь построить логические цепочки и заметить то, что другие могли пропустить. В этом была незримая суть работы правой руки босса Вонголы — проверять других хранителей. И пусть были некоторые недовольные, однако все с этим смирились. Шумно выдохнув, хранитель урагана откинулся на кресло и посмотрел на безмятежный пейзаж за окном. Он невольно вспомнил их беззаботные дни в старшей школе, когда они могли веселиться, как нормальные дети, а слова о мафии многие переводили в шутку или игру. Так глупо, если честно, однако…сердце скучало по тем временам, терзая душу воспоминаниями. — Вспомнил времена, когда мы жили в Намимори? — спросил Ямамото на японском, хотя они уже давно привыкли говорить на итальянском. Хаято повернул голову в сторону давнего друга и легко улыбнулся. Иногда создавалось впечатление, будто тот умеет читать мысли. — Эти пейзажи вызывают сентиментальность. — Сентиментальность присуща только тебе и Ламбо. До сих пор не понимаю, как этот мальчишка стал хранителем. Он же… — Тупая корова? — хранители мимолетно посмотрели друг на друга, а затем засмеялись, вспоминая кое-что из юности. Глупости, но сколько их они совершили в те времена? Слишком много, чтобы сосчитать или все помнить. — Но ты все-таки к нему стал относиться…теплее. — Он хранитель грозы. И должен соответствовать своему статусу. Нравится мне это или нет, но это тоже часть моей работы, — особняк семьи Шалоя стал возвышаться впереди, отчего Гокудера заметно напрягся. Вновь придется стать серьезными и забыть о прошлом, даже если того требует душа. — Довольно открытая местность. Много снайперов? — Хибари тогда насчитал семнадцать, — сказал Ямамото, остановив машину у парадного входа в особняк. Мужчины вышли из автомобиля и, к их удивлению, дворецкий еще не успел сделать и шагу из дома, как на ступени уже выбежала маленькая девочка. Серые глаза сияли от радости, а каштановые волосы разлетались на небольшом ветру. Такеши не смог сдержать улыбки, когда звонкий голосок произнес: — Синьор, я Вас уже заждалась! Вы обещали послушать мою игру! Вы еще помните об этом? — Синьорина Летиция, разве я мог забыть о Вас? — мужчина опустился перед девочкой на одно колено, а затем поцеловал маленькую ручку, отчего та чуть смутилась, но держалась достойно. — Я с нетерпением ждал нашей встречи, чтобы услышать Вашу игру. — Что здесь происходит? — вставил свои пять копеек Гокудера, отчего хранитель дождя виновато ему улыбнулся, а затем смущенно потер свою шею, пытаясь подобрать слова. — Хотя, не важно. Мне нужно поговорить с боссом семьи Шалоя. — Тогда прошу следовать за мной, — сказал дворецкий, и Хаято последовал за ним, взглядом прося Такеши не делать ничего необдуманного. Этим они с Хибари были весьма похожи. Хранитель шел по особняку, не отставая от дворецкого. Статный мужчина в возрасте внушал доверие и немного нервировал, что было только на пользу для отпугивания нежелательных гостей. Если кто-то занервничает перед ним, то тогда в силу вступит допрос и проверится подготовка снайперов, коих парень насчитал около трех: один на балконе и двое на мансарде, скрытые вентиляцией и цветами. Умно. Дворецкий привел Гокудеру в кабинет босса семьи Шалоя. — Синьора Аличе, прошу прощения за столь внезапный визит, — сказал парень с ходу, легко поклонившись. Он выпрямился и позволил себе быстро осмотреться. От женщины это не скрылось. — Это довольно неожиданный, но приятный визит. Я наслышана о Вас, синьор Гокудера Хаято, «Ужасная правая рука» десятого Вонголы. Не волнуйтесь, здесь Вам ничего не грозит, — Аличе легко улыбнулась и поправила свои темные волосы, что напоминали жидкий уголь. — И я уже не замужем. Мой муж умер два года назад. — Простите. Я думал проявить уважение к вашему покойному мужу, синьорина, — он посмотрел в её серые глаза, а она рукой предложила присесть на стул. Не воспользоваться данным предложением было бы некрасиво. — Я здесь, чтобы получить Ваше согласие на помощь в нашем расследовании. Вероятно, Вы слышали о свадебной церемонии, которая… — Хаято чуть осекся, вспоминая события того дня. — На сколько я знаю, то Вонгола Дечимо убил стрелка прямо на церемонии. Или я не права? — сказала босс семьи Шалоя, но по взгляду мужчины поняла все не так просто, как кажется. — Вы ищите кукловода, верно? Чем я могу помочь? — Стрелявший был замечен в дешевом борделе в южной части Неаполя, что находится на Вашей территории, синьорина, — женщина серьезно задумалась, после чего встала со своего кресла, обошла стол и подошла к камину. Хранитель урагана не стал оборачиваться, понимая, что это будет дурной тон. Аличе легко улыбнулась, открыла сейф и достала нужные бумаги. — Это документы на два борделя, что находятся на территории моей семьи, — сказала она, отдавая бумаги Гокудере. — Я сообщу моим помощникам, чтобы они помогли Вам всем, чем могут. И передайте мои искрение сожаления Десятому Вонголе. Надеюсь, его жена вскоре поправится. — Благодарю, синьорина Аличе, — сказал Хаято, встав с кресла и легко поклонился женщине. — И еще раз простите за беспокойство. Покинув особняк, хранитель урагана увидел необычную картину — девочка, которую Ямамото назвал Летицией, стояла на капоте машины и что-то рассказывала хранителю дождя. Тот внимательно слушал с доброй улыбкой, а та была этому рада. Такеши перевел свой взгляд на друга, отчего маленькая синьорина поняла — гости покидают особняк. Летиция приняла помощь от мужчины, а затем задала неожиданный вопрос: — Сколько Вам лет, синьор? — Ямамото был весьма удивлен подобному вопросу, а Гокудера замер у открытой двери машины, наблюдая за этими двумя. — Мне двадцать пять лет. — Двадцать пять? Значит, наша разница всего семнадцать лет… Хорошо, — маленькая Шалоя счастливо улыбнулась и пошла по ступеням в дом. У самой двери она обернулась и посмотрела на хранителя дождя взглядом взрослой женщины, которая точно знает, чего хочет от этой жизни. — Через десять лет придите к нам вновь, синьор, чтобы послушать мою игру на фортепиано. Будьте уверены, она Вам придется по душе. — Я постараюсь, синьорина Летиция, но мир мафии непредсказуем, — сказал Такеши, отчего девочка задумалась. — Верно. Он непредсказуем. Не забывайте об этом, — Летиция зашла в особняк, и двери захлопнулись за ней, отчего хранители переглянулись. Ямамото улыбнулся, а затем достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет. Предложив одну напарнику, он вытащил сигарету зубами, после чего вернул пачку на законное место. Друг любезно поделился огнем, и они оба выкурили по сигарете прежде, чем покинуть особняк семьи Шалоя. О произошедшем парни не разговаривали. У каждого было ощущение, будто маленькая Летиция хотела им что-то сказать, что-то важное, однако не могла. Настораживало и будоражило.