Цвет мира, в котором обитает мафия...

По возвращении в свой кабинет Гокудера мечтал провалиться сквозь землю. Бовино виновато посмотрел на него, чувствуя скорую расправу, однако, что мог сделать пятнадцатилетний мальчишка в данной ситуации? Ламбо стоял у стола «Правой руки» десятого босса Вонголы, в то время как сам Савада Тсунаеши сидел в кресле своего лучшего друга и неспешно рассматривал все, что хранителям удалось узнать за прошедшие восемнадцать часов. — Джудайме, — тихо сказал Хаято, и Тсунаеши поднял на него глаза, в которых читались сожаление и гнев, делая мужчину похожим на безумца. Безумного мертвеца, так как его кожа стала бледной, а синяки под глазами видны невооруженным взглядом. — Что ты успел узнать? — Джудайме, Вам лучше… — Я спросил, что ты узнал?! — повысил голос Савада, отчего хранитель грозы вздрогнул и с опасением посмотрел на своего босса, надеясь, что тот все еще может держать себя в руках. Вот только хранителя урагана это никак не тронуло. Он оставался спокоен, будто ничего не произошло. — Мы выяснили, что стрелок прибыл из Манфредонии. Рокудо и Хибари этим занимаются. Об оружии стрелка вскоре доложит Вария. Джудайме, Вам лучше вернутся к жене. Мы… — С Киоко сейчас Шамал. Я ему буду только мешать, а сидеть без дела в данной ситуации мне не удается. Сразу лезут воспоминания о том моменте… Это все, что вы разузнали о «призраке»? — Гокудера виновато потупил глаза, понимая, что сейчас он бесполезнее, чем кто-либо. Это неприемлемо! — Сообщи Занзасу и Бьякурану, что я жду их сегодня вечером у себя. — Что? Джудайме, я не очень понимаю, что Вы хотите… — парень замолчал, увидев глаза своего босса, которого поклялся защищать ценной собственной жизни. Положив правую руку на сердце, Гокудера слегка поклонился. — Как прикажете, Джудайме. Тсунаеши, которому никогда не нравился подобный жест, а тем более подобные слова, прошел мимо хранителя урагана, никак не отреагировав. Он вернулся в свои покои, собираясь немного отдохнуть перед сумасшедшим вечером, что ему предстоит. Иногда крайние меры просто необходимы, даже если они противны. Хранитель неба подошел к бару и достал оттуда любимый алкоголь босса Варии, хотя и ненавидел его. Ненавидел, но сейчас это как раз то, что нужно.

***

Где-то на северо-западе Италии. Серые глаза придирчиво осмотрели небольшую хижину. Лачугу. Хижина — слишком шикарное слово, дабы описать эту…рухлядь, что стояла на горном выступе, возвышаясь над небольшим лесом. Место совершенно не походило на укрытие торговца оружием. Причем очень успешного торговца оружием. Скорее тут находился его труп. Есть вероятность, что в горе есть лаз, однако укрытие все равно дерьмовое. Мужчина перевел взгляд на вечно улыбающегося напарника, который ожидал его реакции. Наемник даже не знал, что бесило больше: то, что они забрались в какую-то задницу мира, или довольная рожа парня с короной на башке. — Если ты решил пошутить, Бел, то эта лачуга станет твоей могилой, — сказал Скуало без намека на шутки. — Ши-ши-ши. Я не вру. Скоро сам увидишь. Лягушонок, не отставай, а то подохнешь, — Бельфегор мельком взглянул на Франа, который витал в облаках, рассматривая безмятежное небо. — Иду, — коротко ответил мальчишка и ускорил шаг, дабы нагнать двоих наемников, с которыми ему приходилось работать. А так было хорошо в учениках ананасовой феи… Снаружи лачуга выглядела лучше, чем внутри. Создавалось впечатление, будто тут никого не было лет так сто. Да и запах стоял, говоря о том, что хозяин нашел свою смерть именно в этой хижине и где-то здесь до сих пор разлагаются останки трупа. Полнейшая мерзость. Суперби бросил гневный взгляд на принца, а тот сам был в недоумении. Вот только хранителю дождя что-то подсказывало — возможно, носитель короны не ошибся. Хранитель тумана сделал несколько шагов вперед и немного склонил голову. Он снял шапку, которую Бельфегор постоянно заставлял его носить, после чего хорошенько осмотрелся. — Не люблю работать, — сказал Фран с досадой в голосе, а затем закрыл глаза, пытаясь сломать довольно неплохую иллюзию. Картина нежилого помещения буквально начала трескаться и разлетаться на осколки, словно большое зеркало. Сильная иллюзия. Капитан Варии нажал кнопку на своем протезе, обнажая меч, а хранитель урагана, на всякий случай, зажал шесть стилетов между пальцами обеих рук. Теперь любому не поздоровится, если решить атаковать отряд убийц Вонголы. Иллюзия разлетелась на куски, и наемники осмотрели лачужку беглым взглядом: камин разведен, на столе еще горячий кофе, на нарезной доске пара кусочков мяса, а нож неизвестно куда подевался. Значит, владелец этого домика еще тут и уходить явно не собирается. — Ши-ши-ши, становится все интереснее, — сказал Бельфегор, как увидел, что Фран откинулся назад, уворачиваясь от ножа, летящего ему в голову. Принц-потрошитель кинул в ту сторону свои стилеты, и «жертва» дернулась, выдавая свое место положение. Скуало не стал стоять в стороне, отчего быстро оказался подле мужчины и посмотрел на него совершенно недобрым взглядом. — Врой, дернешься и ты труп. А нам нужно, чтобы ты говорил, — тот с опаской посмотрел на Суперби, а затем перевел взгляд на стилеты Бела, которые торчали в стене. Он вытащил один и внимательно рассмотрел его, изучая дизайн и баланс. Все было просто идеально, и это значит… — Эти стилеты сделаны из стали, что производится в этих горах. Откуда они у вас? — Ши-ши-ши, я очень давно делал на них заказ. И остаюсь довольным, — ответил хранитель урагана и подошел к мужчине, забирая свое оружие из его рук и вытаскивая два оставшихся стилета из стены. — Но сейчас нас интересует нечто иное. Фран. Хранитель тумана подошел к незнакомцу и отдал ему пистолет, из которого стреляли в Саваду Киоко. Мужчина нахмурился и ловко разобрал оружие на детали. Внутри оно было покрыто небольших слоем пороха и блестело не так ярко, как снаружи. Сразу было видно, что раньше о пистолете заботились. Оружейник положил детали на стол, а затем прошел к столу и взял свою кружку с чаем. — Это определенно моя работа. Он был сделан два года назад по индивидуальному заказу. И моя политика не дает мне право рассказывать о личности заказчика, — сказал мужчина и сделал глоток кофе прежде, чем лезвие меча пронеслось в паре сантиметрах от лица. Дно чашки упало, разливая весь кофе и пачкая как одежду, так и пол. Оружейник чуть поморщился от неприятных ощущений. — Плевать мне на твою политику. Уверен, что у тебя много заказов от мафии. Как думаешь, будешь ли ты так же популярен, если самая уважаемая семья в Неаполе перестанет с тобой работать? — мужчина стиснул зубы, отчего хранитель дождя довольно ухмыльнулся. — Если в теории, ты бы напился и тебя спросили об этом пистолете. То чтобы ты сказал? — В теории? Наверное, то, что у покупателя я заметил билет из Манфредонии, а еще татуировку на тыльной стороне ладони — водную лилию. Но это только в теории, — ответил оружейник, отчего Скуало посмотрел на Бельфегора и Франа и качнул головой, говоря тем самым им идти на выход. — Политика значит, да? — сказал наемник и улыбнулся в своей манере. — Вы нам очень помогли, — взмах меча, и голова с тяжелым звуком ударилась о пол. Серые глаза перевели взгляд на камин, и мужчина достал из него одно полено, на котором играли языки пламени. Наемники Варии спокойно уходили от лачуги, возвращаясь к цивилизации. Суперби набрал знакомый номер телефона и сообщил Ямамото об их находке. Хранитель дождя Вонголы сказал нечто подобное, отчего мужчина решил оставить остальное на Мукуро и Хибари. Можно возвращаться. Фран остановился и обернулся на дом оружейника, который сейчас был объят огнем. Тот не был похож на иллюзиониста, в нем не было этих задатков. — Интересно, чья была эта иллюзия? — только думать об этом было скучно. Мальчишка нагнал своих наставников и вернулся к прежним мыслям о спокойных днях, где его не заставляют работать.