Любимый подонок

      Море в этот вечер не было спокойным. Волны одна за другой накатывали на берег, а затем отступали, забирая с собой мелкие камни, когда-то мирно лежащие на берегу. -Не лучшее решение, ты так не думаешь? — захлопнув за собой дверь машины, Чонгук стал рассматривать бушующую водную стихию, — море сегодня свирепое, не думаю, что нам стоит спускаться вниз. Юна лишь кивнула в ответ. Обхватив плечи руками, она старалась не подавать виду, что замерзла. Легкая белая рубашка не спасала от ветра. Густые волосы то и дело облепляли лицо. — Садись в машину, — Чон обошел свой старенький автомобиль, и открыл дверь, дожидаясь, когда Юна сядет внутрь. С момента того разговора, Юна не проронила ни слова. Всю дорогу до моря они ехали в тишине. Мертвую тишину нарушал лишь звук мотора и ветер, бьющийся в окна машины. — Не молчи, — прошептал Чонгук, выехав на ровный участок дороги, позволявший взглянуть на свою спутницу, — ты знаешь, что интересуешь меня намного больше, чем остальные девицы. — Что ты хочешь услышать? — сказала Юна, рассматривая пролетающие за окном деревья. — Ты хотела узнать меня лучше? — А ты готов к этому? — собрав волю в кулак, Юна взглянула на Чона. — Да. Обхватив руль, Чон резко свернул на дорогу, доселе Юне неизвестную. Она наблюдала, как один за другим, проносились в окне небольшие дома. Как зеленые деревья сменялись небольшими, коричневыми кустарниками. — Куда мы едем? — спросила девушка, вглядываясь в серьезное лицо брюнета, старавшегося не отводить взгляда от неровной, покрытой буграми дороги. — Домой.

***

      Чонгук нажал на тормоз, заехав на засыпанную гравием дорожку. Впереди показался дом, небольшой, аккуратный, но, казалось, забытый своими обитателями. Мхом поросла каменная дорожка, ведущая к входной, светло-бежевой двери. Белая краска, покрывавшая когда-то окна, осыпалась. Сад зарос, а цветы старались выбиться из плена колючих сорняков, стараясь получить хоть каплю солнечного света. — Где мы? — хлопнув дверью, прошептала Юна? — Это мой дом. Пойдем? — У меня есть выбор? — Думаю, нет, — жестом указывая путь, Чонгук вел свою спутницу за собой.       В окнах дома не горел свет. Юна подумала, что обитателя спят, но ее мысли прервал голос брюнета, склонившегося над небольшим глиняным цветком. — Дома никого. — в свете луны сверкнул ключ и Юна услышала, как отпирается дверь, скрывавшая тайны человека, державшего в страхе небольшой, но тихий городок. — Зачем мы приехали сюда? — Хотел показать тебе настоящего себя. Постой, — рука коснулась запястья и Юна остановилась.       Темнота скрывала выцветшие обои, старую мебель и ту часть Чонгука, которую он старался держать где-то глубоко, запертую на старый дверной замок. Чон на секунду засомневался. Стоил ли? Готов ли он открыться? Да, это он знал точно. Но, почему она? Почему брюнетка, стоящая в полуметре от него, заставляла отпереть замок, сбросить стальные цепи. — Пошли, — он потянул ее руку, — в мою комнату. Доказано, что незнакомым людям человек открывается куда быстрее. Возможно, это и было причиной его желания. Тяги. — Ой, — услышал Чон позади. — Ударилась? — Да, немного. — Пришли, — пара шагов, и Юна услышала звук отпирающейся двери и Чонгук отпустил ее руку, — подожди немного.       Спустя секунду, через небольшую щелку проник тусклый желто-оранжевый цвет. Судя по звукам, Чон лихорадочно бегал по комнате. — Прибираться не стоит, — улыбнулась Юна. — Уверен, ты не захотела бы видеть этого, — ответил брюнет и смел кучу грязной одежды в корзину для белья. «Что я здесь делаю?»       Закусив нижнюю губу, Юна пыталась найти причину, чтобы уйти. Она не могла понять почему согласилась прийти сюда. Да и ситуация у клуба заставляла гореть от стыда. «Расплакалась. Боже, Юна, нашла от чего рыдать. Он ведь не стал бы брать тебя прямо посередине улицы.» — Заходи, теперь это больше напоминает комнату, — Чон лихорадочно зачесал свисающую на лоб чёлку назад.       Юна остановилась и огляделась. Небольшая комната не отличалась особым уютом. Кровать у окна, занавешенного темными шторами. Напротив рабочий стол, усыпанный карандашами и листами бумаги. На полу небольшой ковер, а на стене над кроватью, фото морских пейзажей, один из которых она видела уже множество раз. — Не думала, что ты рисуешь, — подойдя к столу чуть ближе, Юна заметила наброски морских пейзажей и плывущих по волнам кораблей. — Баловался время от времени, а сейчас… — брюнет незаметно подкрался сзади и взял один из своих старых рисунков, — нет настроения. — Этот мне нравится… — Это один из первых.       Рассматривая картинку, брюнетка ощутила тоску и одиночество, исходящее от изображенного пастелью вечернего заката. Холм скрывал часть не зашедшего за горизонт солнца, а фигура, свесившая с каменного обрыва ноги, устремила свой взгляд вдаль. — Очень красиво, — положив лист обратно, Юна развернулась к кровати и невольно смутилась, ощущая на себя взгляд карих глаз. — Спасибо, — улыбнулся Чон уголками губ, — присаживайся, — указал он на кровать, — прости, кресел нет. — Ничего страшного, — скрывая неловкость, Юна присела на край односпальной кровати. — Может, хочешь чаю? — Я бы не отказалась от чего-нибудь прохладного, спасибо. — Сок устроит? — Да, конечно, — улыбнулась Юна и глубоко вздохнула, когда Чонгук скрылся за дверью. «Неловко. Как же неловко.» И минуты не прошло, как Чон зашел в комнату с двумя стаканами. — Вот держи, — протянул он один и оперся о стол, отпивая немного жидкости. Судя по цвету — воды. — Спасибо, — стенки стакана охладили запотевшие руки, а сладкий апельсиновый сок смочил горло. — Хочу сказать, что ты первая, кого я пригласил сюда, — начал разговор Чонгук и Юна устремила свой взгляд на него. — Честно говоря, верится с трудом, — произнесла она. — Я знал, что стоит ожидать подобной реакции, но это чистая правда, хочешь - верь, хочешь - нет, — пожал плечами брюнет и поставил пустой стакан на небольшую прикроватную тумбочку. — У меня есть причины сомневаться в правдивости твоих слов? — сощурила глаза Юна. — Разве ты не наслышана о моей репутации? — медленно подойдя к кровати, Чонгук присел рядом с брюнеткой, — ты допила? — Да, — стараясь не показывать волнения, она протянула свой стакан, а Чон поставил его рядом со своим.  — Долой бессмысленные разговоры. Перейдем к действительной причине твоего прихода… — Что?.. — Что слышала, милая...Не притворяйся дурочкой. Ты знаешь, о чем я говорю.