Alone

      Минни не нравится властной семье Миён, а властная семья Миён не нравится Минни. Ненависть у них взаимная.       Такая же взаимная, как и любовь между этими двумя девушками.       Они бы ни за что не обратили внимания друг на друга, если бы не глупый случай на одной из вечеринок, во время которого пришлось познакомиться и после которого одна уже не могла игнорировать существование другой.       Минни обожает игру на гитаре, шумные компании, где жизнь кипит, и свою драгоценную девушку, которая так бережно поправляет воротник белой рубашки, когда волнуется.       Миён нравится классика, катание на роликовых коньках и Минни, привыкшая оставлять на её шее и плечах собственнические поцелуи.       Правда родители девушки не в восторге от новой подружки, ведь та наверняка задумала какую-нибудь гадость и в скором времени приведёт свой злобный (несуществующий) план в действие.       Им на тёплые отношения плевать с высокой колокольни, они видят лишь то, что хотят. Печально, казалось бы, но мировозрение таких, как они, вряд ли удастся изменить одними только рассказами о светлых чувствах.       Любовь незаметна; Минни поняла это, когда редкие моменты увлечения девушкой с "той вечеринки" начали перерастать в зависимость.       Стоило Чо пройти мимо неё, где-нибудь в коридоре университета, всё внутри заливалось теплом, а когда девушке долгое время не было видно — одиночество распускало свои корни, даже если Минни находилась в большой компании.       Она никогда не спрашивала у Миён, чувствовала ли та нечто похожее, лишь надеялась на то, что у неё всё происходило также.       Казалось, будто внутри расцветал целый сад цветов, названный в честь Чо Миён.       И Минни была бы рада сорвать хоть каждый цветок внутри себя, а потом преподнести их девушке.       Ведь она помнит, что Чо обожает цветы.       Да и сама девушка по красоте ничем не уступала своим любимым цветам. Уж Минни точно знала об этом.       Но родители по-прежнему не признавали девушку, считая, что раз она из плохой компании, то обязательно втянет их любимую дочку туда же.       Их глупость и предвзятость выводили Миён из себя, заставляли придумывать очередные оправдания, лишь бы успеть на тайное свидание с Минни.       Они не хотели идти на компромиссы, поэтому приходилось обманывать их, говорить, что с Минни покончено и они больше никогда не услышат о ней.       Ложь уже порядком надоела, как и вечные тайные вылазки, во время которых девушки боялись, что сейчас их поймают.       Попались!       Не оглядываясь назад, они неслись навстречу ветру, рассыпаясь и превращаясь в звёздную пыль.       Девушки становились неотъемлемой частью мира, стоило им взяться за руки и закрыть глаза.       Никто не мог помешать им в этот момент, они были слишком счастливы, чтобы отвлекаться на что-то плохое.       И слёзы текли по щекам Миён только потому, что она была действительно рада, что они с Минни могут быть вместе. Но только на несколько часов, иначе родители снова хватятся её.       И тогда они уже не никогда не смогут путешествовать по собственному миру фантазий, сквозь прошлое, настоящее и будущее.       Будущее, которого у них нет.       Миён пьёт только чай, потому что кофе "слишком вредный для тебя, солнышко", ест невкусный овощной салат и смотрит ту же программу, что и родители.       Ужасно скучно и неинтересно, особенно без Минни, которая наверняка разбавила бы эту тоскливую передачу своими шутками. Родителям не понять её юмора, зато Миён смогла бы вдоволь посмеяться.       Но в последний раз они виделись неделю назад, именно тогда, когда родители таки вывели их на чистую воду и разучили. Навсегда, если верить им.       Миён, едва живая от страха и отчаяния, вернулась домой. Она ничего толком не понимала. А когда до неё дошло, то момент был упущен.       С тех самых пор она под арестом, не выходит из дома больше, чем на десять минут и не болтает ни с кем по телефону.       Минни не осмеливалась приближаться к дому девушки, ибо боялась, что из-за неё ей будет лишь ещё хуже.       Она не знала, что каждый вечер Миён закрывается в своей комнате и рыдает, тихо, почти бесшумно, чтобы никто не слышал.       Зато Минни чувствовала это, как будто огромная пустота зияла в том месте, где должно было находиться сердце. А ночью оно наполнялось чем-то похожим на смолу и вытекало из груди, причиняя девушке невыносимую боль.       И тогда Минни чувствовала, как по щекам катятся слезинки.       Все дни стали похожими друг на друга без Миён, которая могла так удобно устроиться на коленях девушки и положить свою голову ей на плечо. Отвратительно долго тянущиеся дни.       Слишком много отрицательных чувств поселилось в ней.       Теперь она не могла спокойно думать о Чо, которая, наверное, сейчас сидела за одним с родителями столом и скрывала свои истинные эмоции.       Скрывала то, что умирает внутри без нежных рук Минни, которые зарывались в её волосы по вечерам.       Без их совместных походов в кинотеатр, где они каждый раз усаживались на места для поцелуев, чтобы не отвлекать других людей.       Без нежных объятий, способных поднять настроение и заставить забыть обо всех бедах.       Без тёплых губ Минни, в которые так хотелось впиться и никогда не отпускать.       Она умирала без всего этого.       Умирала.       Едва Миён закрывала глаза, как ей виделись чудесные новые миры, которые они с Минни должны были открыть вместе.       Ветер уносил её куда-то далеко, туда, где нет никого и ничего, кроме них двоих.       В место, похожее на ту огромную зияющую дыру в её груди.       И девушка с радостью бы провела всю оставшуюся жизнь в этом месте, лишь бы быть вместе с Минни, иметь возможность видеть её, слышать и касаться.       В этом месте она могла бы любить и не бояться, что её оторвут от девушки.       Но этого места просто напросто не существовало. Обычная фантазия, выдумка, чтобы облегчить свою участь.       Но вера в лучшее и правда помогала Миён держаться.       Она старалась думать, что скоро её родители остынут, поймут, что были неправы и разрешат ей увидится с Минни.       Девушка верила и в саму Минни.       Она ведь наверняка не сдастся, пока не узнает, в порядке ли её девушка. Любовь сильнее всего на свете, разве не это она говорила ей, когда они обсуждали совместное будущее?       Но пустота с каждым днём становилась всё ощутимее и ощутимее, как бы парадоксально это ни звучало.       Когда Миён услышала разговор родителей о том, что "та дурацкая девчонка наконец-то переехала из нашего города, а это значит — можно забыть об аресте", то весь её мир замер.       Все вселенные, которые они с Минни могли бы исследовать, внезапно исчезли, словно их и не было никогда.       Теперь, прикрыв глаза, нельзя было совершить полёт в тайное место, где девушки были свободны ото всех обязательств.       Минни же знала, что кровоточащая рана никогда не заживёт, поэтому решила держаться подальше от того ножа, что каждую секунду вонзался ей в грудь.       От ножа по имени Миён.       Минни слишком слаба, чтобы противостоять двум взрослым людям, которые ни за что на свете не дадут добро на отношения, зная, что у неё из родителей один только пьющий отец, а все её друзья — одна сплошная темнота.       Она знала, что Миён в своей голове задала бы ей вопрос :       — Ты даже не попыталась бы сделать это ради меня?       Девушка представила её слёзы и сердце сжалось от боли.       Нет.       Миён отныне без ветра, способного унести её в далёкие края, без секретного места для двоих людей, без выдуманных миров.       Без Минни.