Ночью в Нью-Йорке

На Нью Йорк нежно опускалась ночь, зажигая тысячи звёзд на небе. Этот город никогда не спал; даже в полночь не стихал шум машин и гул изрядно подвыпивших компаний, которые, выходя из пабов или баров, невзирая на поздний час, заводили громкие пьяные разговоры, сопровождаемые извечными приступами смеха. Питер уже вернулся с ночного патрулирования, и, пускай в последнее время уровень преступности был крайне низким, парню таки удалось поймать одного злосчастного грабителя сегодняшней ночью. Спайди был ужасно вымотан не столько патрулированием, сколько жизненными трудностями, в институте наступила пора сессий, тёте Мэй все чаще требовалась помощь Питера: хоть она старалась этого не показывать, парень читал в глазах седовласой старушки горечь одиночества и пытался угодить в любых мелочах, будь то просьба прибить гвоздик для новой фотографии на стену или просто разговоры по душам прохладными вечерами. Еще и подработка, которую, конечно же, никто не отменял, пусть парень и учился на бюджете, но на скромную стипендию протянуть было невозможно. Питер отхлебнул кофе из любимой кружки и продолжил печатать диплом. Наверное, не самым лучшим решением было писать работу после полуночи, но у него не было иного выхода, все же, совмещать студенческую жизнь с супергеройством не самая простая задача. Свечение монитора его старого ноутбука жутко раздражало уставшие глаза, но сдавать работу нужно к концу недели, а это значит, что впереди ещё три бессонные ночи, если Питер, конечно, не расправится с делом раньше, а ему очень льстила мысль, что он сможет высыпаться, если закончит все за сегодняшний день. Где-то в полтретьего ночи со стороны окна послышался легкий шум, парня это ни капли не смутило. – Закрыть окно не забудь, холодать начинает. – крикнул Питер, когда по телу пробежали мурашки от внезапного порыва морозного ночного воздуха. – Ооо, мой сладкий спайди боится простыть? – в окно влезла внушительная фигура Дэдпула, на костюме которого красовались несколько дыр, оставшихся от попаданий пуль и украшенных алыми пятнышками, ровно обрамляющими каждый поврежденный кусок материи. – Не бойся, папочка защитит тебя от злого ветра. – театрально выпятив грудь и уперев руки в бока, он, с неимоверным пафосом, все же закрыл окно. – Ха-ха, Уэйд, это очень остроумно, – саркастично заметил Питер. – Я занят, так что сам найдёшь чем заняться. – Так точно, капитан Питти. – Уэйд отсалютовал парню, вытянувшись стрункой, не обращая внимания на полный игнор со стороны паучка. Для Питера уже давно стали обыденными ночные визиты Дэдпула. Это началось, когда Уэйд случайно узнал о личности парня. Он не следил за обожаемым Спайди, просто так вышло. Дэдпул, как всем известно, падок на красивые жопки, и вот, однажды, когда он заметил Питера в толпе, он решил ненавязчиво подкатить, как-бы случайно толкнув парня плечом и уронив его рюкзак, из которого и выпала маска спайди, которую парень, по чистой случайности, не пихнул на самое дно сумки, как делал обычно. Быть может, будь на месте Уилсона кто-то другой, он не обратил бы внимания на красно-синюю тряпочку, но Уэйд слишком часто видел этот двуцветный спандекс. Первое время Питер думал, что его личность рассекретят, но шли недели, и ничего не происходило, только вот однажды, когда парень вернулся домой, его встретил пряный запах специй и Дэдпул, готовящий что-то на кухне в милом розовом фартучке поверх костюма. Через какое-то время Питера перестало напрягать то, что Уэйд хозяйничал у него дома, тем более, Дэдпул появлялся с периодичностью в несколько дней, в основном после сложных заданий. Питер никогда не одобрял заработок Уэйда, но и ругаться с ним по этому поводу не видел смысла, ссылаясь на то, что они друг-другу никто. Хотя парню все же нравился тот факт, что теперь ему не приходилось вечно быть в одиночестве. Питер, конечно, общался со своими одногруппниками, но ни с кем не хотелось завязывать особо тесных отношений, а тут как-раз появился человек, знающий об обеих сторонах его жизни и принимающий их. Дэдпул оказался весьма приятным собеседником, способным поддержать любой разговор, да и с чувством юмора у него все было в порядке... ну, чаще всего. Где-то через полгода Уэйд решился снять маску. До этого Питер видел лишь половину его лица и то лишь потому, что Уилсон не мог устоять перед мексиканскими блюдами собственного приготовления, но в первые дни все же не ел, ссылаясь на то, что не хочет портить парню аппетит. Позже Питер настоял на том, чтобы Уэйд присоединился к его трапезе, так как смотреть на то, как тридцатилетний мужик в маске, подперев свою щеку кулаком, томно вздыхает, наблюдая за тем, как парень ест, больше не было сил. Собственно, на полном снятии маски также настаивал Пит, причём очень долгое время, потому как мужчине было чрезвычайно сложно настолько довериться кому-то, пускай даже его герою. Лицо Уэйда было исполосовано десятками зарубцевавшихся шрамов разной длины и тонов вперемешку с нарывами и язвами, расположенными в каждом уголке лица. Мужчина тогда выглядел совершенно беззащитным, он глядел на Питера невероятно виноватым взглядом серо-голубых глаз. Парень привык к этому зрелищу не сразу, но ему слишком нравилось общаться с Уэйдом и он ценил то, что тот смог ему довериться, в итоге вышло, что Питер не смог, да и не захотел отталкивать этого странного наемника. Спустя пятнадцать минут Уэйд вышел из душа, потирая лысую голову, покрытую шрамами, махровым полотенцем, любезно выданным для него Питтером в начале недели, и направился обратно в спальню. Он подошёл к парню сзади и нежно прикусил его за розовое ушко. – Я же сказал, что занят. – не повышая тон, но с явным раздражением в голосе, сказал Питер. – Ну, Питти, неужели ты не поможешь своему товарищу, попавшему в беду. – Уэйд развернул кресло Питера и уселся парню на колени, упираясь возбужденным членом в бедро. Для Питера такое поведение уже не являлось сюрпризом. Иногда Дэдпул говорил, что это помогает ему перенести страдания, приносимые бесчисленным количеством шрамов, а иногда, что ему нужна разрядка после ужасно тяжелого дня. Питер и сам не знал, когда это стало для него нормой, ведь первое время он совершенно не мог воспринимать Уэйда, как любовника. Теперь же, когда он, с голым торсом, сидел на коленях у парня и хриплым голосом говорил всякую ерунду, так же ставшую привычной для Питера, Паркер просто не мог не отреагировать на все это. Он подхватил Уэйда под бёдра, сила Спайди снова была как нельзя кстати, и кинул на свою кровать. На испещрённых шрамами губах появилась ехидная ухмылка, которую, впрочем, парень с легкостью стёр поцелуем, влажным и напористым. Их языки сплетались в жарком танце, жадно покусывая губы друг друга, они оба чувствовали, как их дыхания сливаются воедино. Питер припал губами к шее Уэйда, пытаясь при этом стянуть с любовника нижнюю часть его костюма, облегающего, кстати, невероятно сексуальную задницу. Он слегка отстранился и прошёлся поцелуями вплоть до волосков внизу живота любовника. Парень взял крем с прикроватной тумбочки, и, выдавив немного на пальцы стал мягко растягивать партнера, зная, что тот не любитель нежностей. Уэйд застонал и попытался поглубже насадиться на пальцы парня. - Пит... ти, - задыхаясь, прошептал он. - Ты же не считаешь, что я зря так долго торчал в ванне? Не мучай меня, мой сладкий. - последнюю фразу наёмник прошептал на одном дыхании, чувствуя, как Питер вбирает в рот его член до основания. - Ооо, так тебе только одно от меня нужно? - обиженно сказал Питер, надувая губки и отстраняясь от внушительного ствола своего любовника. - Но, так уж и быть, я же дружелюбный сосед, как-никак. - ухмыльнулся Питер. После чего парень навис над Уэйдом, доставая свой, уже давно готовый к игре, член из домашних штанов, и входя в своего партнера на всю длину. - Ммм, Питти, я безумно люблю тебя! - проскулил наёмник, хватаясь за мускулистую спину парня. Эта фраза стала сигналом к началу действий, и Питер начал энергично скользить внутрь такого внушительного и горячего тела. Почему-то парень не сомневался, что слова Уэйда чистая правда, он и сам чувствовал сильную связь с наёмником, но до сих пор боялся себе в этом признаться. Он прижался губами к огрубевшей коже на шее Уэйда и резко укусил его. Финиш мужчины не заставил себя долго ждать, Питер тут же проследовал за ним, не имея возможности сдержаться, когда Уэйд стал сжиматься вокруг его члена. Парень поднялся и наскоро вытер себя и партнера салфетками, которые так кстати стояли на его прикроватной тумбочке. - Ох, паучок, ты такой галантный кавалер. - фальцетом почти пропел Уэйд, прикрывая свой рот ладонью и слегка помахивая ей, имитируя тем самым веер, когда Питер закончил вытирать колечко его нежных мышц. - Ага, можешь оставить свои благодарности при себе. - сказал парень, ложась на кровать рядом с наемником и накрывая их обоих большим одеялом. - Чтоб ты знал, ради тебя я пожертвовал очередной ночью, за которую я мог бы уже добить свой диплом. «Наверное, я, всё-таки, люблю этого психа» - подумал, засыпая, парень, когда массивная рука опустилась поперек его талии.