Несбыточная мечта

      Лиен уныло рассматривала запотевшее окно автобуса, в котором проносились мутные силуэты деревьев, зданий, машин и людей. Эта зима выдалась и вправду холодной — снегом было покрыто всё. И почему Лана назвала песню «Summertime sadness»? У Лиен внутри бушевала метель, трек не совсем подходил под настроение, но уж очень нравился, так что она не решилась его переключить. Девушка находилась в ожидании нового депрессивного эпизода, поэтому не имело особого значения, под какие звуки она будет хотеть умереть. Чувствовать осколки разбитого сердца в ребрах неприятно. Чувствовать себя дерьмом неприятно вдвойне. Что скажет Чанёль, если узнает, как она прошлой ночью бесстыдно отдавалась его другу? Вряд ли он обрадуется. Лиен до сих пор не понимала, как ей в голову пришла изумительная идея прощального секса, но ничего уже не поделаешь. Единственное, о чём она могла думать, это выражение лица Бэкхёна. Сделанное было очевидно правильным, но нифига не легче от этого. Вот бы правильные вещи давались так же легко, как и неправильные. Она разрушила их, сожгла все мосты, обратной дороги уже нет. Сейчас в школе её наверняка ждёт чуткий парень с эльфийскими ушами, он, возможно, курит за магазином и высматривает знакомую фигуру, чтобы проводить девушку до класса. От этих мыслей в душе Лиен разливается тепло. Она определённо его не заслуживает, но сделает всё возможное, чтобы исправиться.       Девушка не заметила, как ржавая махина подъехала к нужной остановке, заставляя её отлипнуть от полюбившегося мутного пейзажа и вытащит свою бедную тушку на улицу. Лиен крупно вздрогнула, решив, что если жир помогает сохранять тепло, то она определённо наберёт пару килограммов. Холодно. Пиздец как холодно. И Чанёля нигде не видно. Грустно хмыкнув, Лиен посеменила в сторону мрачного здания с такой же мрачной аурой. Это место буквально излучало осязаемую негативную энергию. Школьникам стоило начать переживать за их карму, чакры и прочую туфту.       Лиен уже почти дошла до класса, но знакомая шпала так и не встретилась. Неужели он именно сегодня решил прогулять? Загруженная своими мыслями девушка не сразу обратила внимание на суету вокруг. Ученики носились по коридору, сшибая всё на своём пути, и бежали к окнам, заинтересованно выглядывая наружу. А на улице развернулась настоящая спецоперация по захвату террористов. Всего за пару минут во дворе как-то оказались полицейские машины, собаки, телевидение и множество людей с погонами. «Что за чёрт?» — единственное, о чем успела подумать Лиен, перед тем как её грубо схватили за предплечье и потащили в неизвестном направлении. Девушке по большому счёту было наплевать кто и куда её волочет, хуже она себя сегодня уже вряд ли почувствует. — Могла бы и посопритивляться ради приличия, — ехидно усмехнувшись, сказал Чонгук, после того как затолкал школьницу в пустой кабинет. — А чего это мы в рубашечке? Провёл бы директору экскурсию по своим наколкам, не удивлюсь, если ты парочку в тюряге набил, — сухо бросила Лиен, растирая руку после крепкой хватки. — Следи за языком, куколка. Мы теперь не только в школе видеться будем, если ты не забыла, — подмигнув, ответил Чон. — Только с зэками своими рядом такой смелый можешь быть? — к апатии в подарок пришли полное отсутствие страха, инстинкта самосохранения и, видимо, мозгов. — Ким Лиен, — учитель скалой двинулся на тело в два раза тоньше его собственного и грубо прижал его к ближайшей парте, — мне ничего не стоит сейчас взять и разложить тебя прямо здесь. — Отодвинься от меня, — также сухо, но уже с нотками раздражения процедила девушка. — Так бы сразу, куколка, — Гук опять растянулся в ехидной улыбочке, но всё-таки отошёл на безопасное расстояние, — видела наряд? — Там не наряд, а целый маскарадный костюм, — пожав плечами, ответила Лиен. — И знаешь по чью душу? — Очевидно по твою. — И да, и нет. Блюстители закона думают, что тут промышляет мелкий наркоман-школьник, который подкинул на херню своих дружков, и они вместе учудили школьный притончик, — глухо посмеявшись, сказал Чон и внимательно посмотрел в окно, — мне нужно, чтобы они и дальше так думали, — девушка непонимающе уставилась на до невозможности раздражающего мужчину, пазл не складывался в её голове. Дело — очевидное дерьмо, нужно собирать монатки, заметать следы и валить в закат. — Весь город уже знает, что здесь продают наркотики и психотропные вещества, тебе не кажется, что немного нерентабельно продолжать в том же духе? — вопрос для Лиен был достаточно логичным. — Куколка, давай ты не будешь лезть во взрослые дела. И даже не думай выкинуть что-нибудь радикальное, тут под статью попадут все — и ты, и я, и твои ненаглядные мальчики. Чем, кстати, закончилась моя любимая драма? Под кого ты в итоге решила стелиться? Сорвала куш, два самых завидных жениха пляшут под твою дудочку, — девушка холодно посмотрела в глаза Чонгука, в стотысячный раз отмечая, как сильно он её бесит. — Напомни, почему это должно тебя волновать? Я что-то подзабыла, когда ты успел стать моей подружкой. — Можешь не рассказывать, всё равно узнаю. Сплетни доходят до меня быстрее всех, — хищно облизнув губы, Чон расплылся в наиотвратительнейшей похабной ухмылке. Лиен непонимающе покосилась на него, а затем картинка сложилась в её голове, и она тут же об этом пожалела. — Ты трахаешь своих учениц? — спросила девушка недоверчиво, — серьёзно? — теперь неожиданная любовь её одноклассниц к истории стала ясна. У всех историков проблемы с педофилией? — Напомни, почему это должно тебя волновать? — поправив чёлку, ответил Чонгук с этим перманентным видом альфача. — Мерзкий, — скривилась Лиен. — Я знаю, что глубоко в душе ты без ума от меня, можешь даже не отрицать. Но, к сожалению, я тебя сюда притащил по делу. Поскольку теперь ты стала моим полноценным сотрудником… — Трудовую книжку завел мне? — девушка не смогла удержаться от колкости. — Заткнулась и слушаешь, — закатив глаза, ответил Чонгук, — ты подстроишь наркотическое отравление. — Нет. Без вариантов. Я не буду даже прикасаться к этой дряни, — отрезала Лиен. — Ты меня очком что ли слушаешь? Я сказал подстроить. — Да какая разница! Ты больной? Хочешь, чтобы я села? Там ментов больше, чем у тебя волос на жопе, какое к черту наркотическое отравление? — Куколка, прекрати закатывать сцену. Либо ты ведешь себя, как умница, и делаешь, что я скажу, — Чонгук обхватил двумя пальцами подбородок Ким, заставляя ее посмотреть прямо в его темные глаза, — либо ты присоединяешься к девочкам, которые занимаются раскладкой товара. Ты же их не забыла, правда? — Ты невыносим, — с ненавистью процедила Лиен ему в лицо. — Так-то лучше, — ответил Чон, удовлетворенно ухмыльнувшись, — я дам тебе волшебную пилюлю, от которой тебя немного помотросит, но жить будешь. Скорее всего, — лицо мужчины растянулось в дьявольской улыбке, — слушай внимательно, чтобы потом не паниковать, поняла? Сначала ты не заметишь никаких изменений, но часа через пол у тебя начнёт мутнеть в глазах, возможно, будет тошнить. Затем ты потеряешь сознание, ещё спустя какое-то время из твоего рта пойдёт пена, начнутся конвульсии. Но не переживай, этот препарат действует медленно, тебя успеют откачать до летального исхода. Ещё, кстати… Надеюсь, ты не беременна. Он также провоцирует выкидыши.       Лицо Лиен было не бледным. Оно было таким же белым, как снег, пораженное ужасом и страхом. Этот человек, хотя вряд ли его можно назвать таковым, готов рисковать её жизнью и здоровьем только ради собственных интересов. Не то чтобы она ждала от него приверженности нормам морали и общечеловеческим ценностям, но на толику совести наивно рассчитывала. Достаточно тяжело признать, что некоторые люди действительно лишены эмпатии и чувства вины. В голове Лиен вдруг сама собой возникла мысль. Она относилась к тому типу идей, которые появляются без особых тому причин и доказательств, но застревают прочно и надолго, заставляя человека верить в них просто потому, что такая идея имеет место быть. Лиен начала судорожно перебирать даты, вспоминать календарь, считать недели, сопоставлять события и время. Глаза её лихорадочно бегали по помещению, вся фигура девушки выражала растерянность и нервозность. Чонгук, впитавший странную реакцию школьницы, уставился на неё с любопытством, тень насмешки залегла на его лице, постепенно расцветая в самую настоящую гримасу издевательства и злорадства. — Подожди, куколка, — ехидно проговорил Чон, — только не говори, что у тебя намечается бейбик, — Лиен впервые за пару минут сфокусировала свой взгляд на чём-то и уже, наверно, в сотый раз со жгучей ненавистью смотрела в тёмные глаза напротив, желая прожечь дыру в башке их хозяина, — Как думаешь, от кого, а? — продолжил подтрунивать Чонгук, опять явно намекая на личную жизнь Лиен. — Как понять, что случился выкидыш? — прямо спросила Ким голосом, наполненным сталью. Какой смысл уже вилять и стесняться? — Очень просто: между ног у тебя всё будет в крови. — Давай таблетку и теряйся. Боюсь, если я буду наблюдать твою рожу ещё хотя бы минуту, то меня непременно стошнит, — со вздохом сказала девушка, пытаясь выглядеть как можно спокойнее. — А мне всегда говорили, что я красавчик, — самодовольно протянул Чонгук опять со своей коронной тупой ухмылочкой. — Это из жалости. Колесо своё проклятое отдай и сваливай, я думала, ты торопишься. — То есть, — Чон всё-таки достал таблетку и демонстративно положил её на свою ладонь, — ты готова так просто убить своего ребёнка? Надо же, а я-то думал, ты мягкосердечная. — Не твоё дело, — Лиен резко выхватила препарат и начала рассматривать капсулу с белым порошком, в то время как мужчина, ненадолго задержав на ней свой задумчивый взгляд, направился в сторону выхода, — Чонгук! — окликнула его девушка, и Чон оглянулся, подняв одну бровь, — Никому ни слова, понял? — По рукам, куколка. Ты главное не умри от кровотечения, — Чонгук даже не повёл себя как конченный мудак напоследок и просто молча оставил Ким в долгожданном одиночестве.       Лиен не была уверена, точнее говоря, шансы были пятьдесят на пятьдесят, но мысль о том, что внутри неё действительно живёт маленький человечек, которого она собирается убить, приводила её в дикий ужас. Самым странным было то, что о своём цикле девушка вспомнила только сейчас, в эту самую секунду, до этого даже не задумывавшись о таком важном аспекте. Вау, гениально, Ким Лиен, ты как всегда на высоте. Но даже если бы она подумала об этом раньше, сходила к врачу и получила положительный результат, что тогда? Стала бы она тогда (от этого слова Лиен внутренне содрогалась) рожать? Слишком сложный вопрос, слишком мало времени. Тихо попросив прощения у возможно несуществующего создания, Лиен проронила слезу и быстро проглотила таблетку, боясь передумать.

***

— Идея — дерьмо, — со вздохом проговорил Кёнсу, держась за лямки рюкзака и безнадёжно смотря на своих друзей, — вы не можете спокойно отсидеть пару уроков и свалить, если так не терпится? — хоть парень и был самым младшим в их компании, но роль мамочки и единственного ресурса здравого смысла досталась именно ему. Свой крест он нёс с завидным терпением, свято веря, что даже если наличие мозга у человека неярко выражено, то это вовсе не значит, что его нет. — Великолепный план, Кёнсу. Просто охрененный, если я правильно понял. Надёжный, как швейцарские часы, — уверил его Тао. — Ответь мне честно, панда угашенная, вы с ним делите одну клетку мозга на двоих? — Ты попутал, мелкий? — резко возмутился Чондэ, — не забывай, что мы твои хёны, — с важным видом сказал парень, угрожающе поглядывая на младшего. — Тогда почему я опережаю вас в развитии? — невозмутимо ответил До. Он решил продолжить, не дожидаясь новой тирады, — по-твоему, набухаться в школе — верх гениальности? — Слушай, я не могу свалить, у меня десять прогулов из пяти возможных, а здесь торчать ну просто пиздец как скучно. И у Тао по счастливой случайности в рюкзаке оказалась бутылка виски. Звучит как охерительная идея, ты так не думаешь? — уверенности Чондэ в своём плане не было конца и края, — к тому же мы всегда ведём себя вызывающе, никто даже не заметит, что мы немного того, подшофе. — Окей, я пытался, — подняв руки, кинул Кёнсу и направился на выход из лаборантской, заставленной пробирками, колбами и принадлежностями для проведения опытов.       Подумав, что горбатого могила исправит, парень решил не создавать себе лишних проблем и направился в сторону кабинета истории. День определённо начался паршиво, так ещё и первый урок в расписании будет вести наркодилер. С этой школой явно что-то не в порядке. Кёнсу показалось достаточно странным, что в коридоре нет ни души, это крыло всегда было немноголюдным, но не до такой степени. Не найдя логического объяснения, парень ускорил шаг, нужный ему кабинет находился на другом конце здания, а времени оставалось не так уж и много. — Что за чёрт, — прошипел До, увидев скопление учеников возле окон, выходящих на передний двор, — это чо такое? — грубо спросил он у какой-то девушки. Она заметно стушевалась и испуганно отвела взгляд. — В-в окно посмотри, — единственное, что она сказала перед тем как исчезнуть в толпе.       А открывшаяся картина действительно была достаточно занимательной, недаром тут столько народу собралось. Весь школьный двор кишел людьми в форме, бобиками, прессой, силовиками. Складывалось ощущение, что тут собралась вся корейская армия. Вдруг Кёнсу замер и, бросив тихое «твою мать», кинулся в сторону лаборантской. Коридор был пустым, потому что в том крыле окна выходят на внутренний двор, значит два дебила спокойно попивают виски из пробирок и даже не подозревают, что тут сходка нацгвардии. Но парень не успел пробежать и пары метров, как вдруг огромная лапа мертвой хваткой вцепилась в его предплечье и притянула назад. Ещё не увидев обладателя гигантской руки (а по ощущениям Кёнсу понял, что там нефиговая махина), он резко возмутился: — Ты чо творишь, смертник?! — но развернувшись и взглянув «смертнику» в лицо, До в моменте поубавил свой пыл. Прямо перед ним стоял огромный лысый громила в форме, явно не его весовой категории, на сто процентов состоящий из мышц и всё ещё державший предплечье парня. — Ты куда собралась, принцесса? — в любой другой ситуации Кёнсу без лишних вопросов пошёл бы бить ебала, но сейчас он даже сумоисту был бы рад гораздо больше, чем этой перекаченной скотине. «Смертник», заметив замешательство школьника, победоносно улыбнулся и повернул голову набок. — Писять, — громко сглотнув, ответил парень. — Придётся потерпеть, стройся в шеренгу и даже не думай снова куда-то убегать, я слежу за тобой, — показав соотвествующий знак двумя пальцами, перекаченная скотина отпустила руку Кёнсу, на которой, без сомнения, остался след его лапы, и отошла, чтобы что-то сказать своему коллеге. Коллега, в свою очередь, внимательно посмотрел на До и кивнул «смертнику». Волшебно, он ещё и под подозрением. Теперь даже достать телефон, чтобы написать дебилам, было небезопасно. В толпе Кёнсу, как назло, не видел ни одного знакомого лица. С Чондэ и Тао всё понятно, но где остальные? Даже Лиен не было видно, а она в последнее время без уважительных причин уроки не пропускала. Тихо чертыхнувшись, До принял решение рискнуть и послать сигнал SOS соответствующим инстанциям. Парень постарался оказаться как можно глубже в толпе, чтобы спрятаться за другими учениками и отправить нужные сообщения, но как гром среди ясного неба из рупора прозвучал голос перекаченной скотины: — Уважаемые, пользоваться телефонами на неопределённый промежуток времени будет запрещено, поэтому все поднимаем ручки вверх… Смелее! Я не шучу, руки вверх. Так-то лучше. И не опускаем, пока не пройдёте обыск и не будете направлены в следующее помещение. И мне абсолютно всё равно, если ваши конечности затекли. Каждого, кто опустил руки, мы будем воспринимать как преступника. — Как меня заебал этот кретин! — громче, чем следовало бы, процедил Кёнсу. Громила злобно посмотрел на парня, небрежно кинул рупор в руки другого мужчины в форме, вероятно, ниже по званию и начал угрожающе надвигаться на До. — Опять писять захотела, принцесса? — перекаченная скотина остановилась опасно близко к Кёнсу, но его это, видимо, не очень волновало. Напряжение всё росло и росло, и кто его знает, насколько у этих людей широкие полномочия в отношении детей. Решив, что сегодня он готов быть отмудоханным за длинный язык, Кёнсу гордо вскинул голову и с вызовом произнёс: — Только если в твой рот.       Три, два, один. В голове громилы щёлкнул спусковой крючок, рука уже взметнулась в воздухе для нанесения точечного удара, вокруг все замерли, казалось, люди даже перестали дышать. — Эй, ты, качок, — грубовато донеслось откуда-то сбоку, и перекаченный замер, повернув голову на звук, — да, я с тобой разговариваю, — в холле появилась Лиен, сопровождаемая ещё одним имбицилом при погонах. Все удивлённо и с крайним интересом уставились на девушку, — Ты знаешь, кто его папочка? Можешь не отвечать, вижу, что не знаешь. Я только что буквально спасла твою жизнь, ты понимаешь это? Отойди от него или до конца своей жизни будешь в участке протокольчики составлять и кофе делать. — Я бы не был в этом так уверен. У твоего друга слишком богатый словарный запас, надо его чуть сократить, — издевательски ответил громила. — Слушайте меня внимательно, господа полицейские, не только качок. Вы, наверно, успели заметить, что школа эта не совсем обычная, и если чуть-чуть пораскинуть мозгами, то можно прийти к выводу, что и дети тут учатся не совсем обычные, так что я бы на вашем месте вела себя поаккуратнее, потому что их родители вряд ли просто спустят вам с рук жестокое обращение, вы так не думаете? — Лиен окинула служащих насмешливым взглядом. На шум пришёл мужчина, который, судя по всему, был самым главным среди присутствующих офицеров. Громко прокашлявшись, он зло зыркнул на перекаченного: — Кван! — его голос отличался властностью и даже вселял страх, — отпусти его. — Но… — уже точно заслуживший своё прозвище смертник неуверенно возразил. — Я сказал отпусти! — поникший Кван отошёл от Кёнсу, кинув на него уничтожающий взгляд напоследок. Главный офицер повернулся к Лиен, — девушка, позвольте мне делать мою работу и не влезайте. В конце концов, так разговаривать со старшими просто нагло и невоспитанно.       Ким даже не смогла ничего возразить, этот мужик правда обладал стальными яйцами, что стало понятно только судя по манере его речи. Скромно кивнув, девушка подошла к Кёнсу, и они оба встали в шеренгу с поднятыми руками. — Ну и зачем ты влезла? — недовольно прошипел До. — Прости, думала, тебе не очень хочется собирать по полу собственные зубы, — раздражённо ответила она. — Спасибо, — тяжело вздохнув, сказал Кёнсу, вертя головой во все стороны, — никого из пацанов нет. Надеюсь, успели убежать. Ты знаешь, что происходит? — А что тут непонятного? Очередной нарко-налет. — Так был же недавно, — удивился До. — Видимо, у них уже закончилось то, что нагребли в прошлый раз, пришли за новой дозой, — пожав плечами, ответила Лиен.       Её пару минут назад нашёл какой-то премерзкий тип. Девушка так и осталась одна в пустом кабинете, слишком сильно охваченная паникой для того, чтобы находиться среди людей. Кто знает, может, если бы кретин не нашёл её, она бы не смогла выйти сама. Но вид огромного качка, готового поднять руку на Кёнсу, всё-таки запустил в её голове мыслительный механизм. Толпа, состоящая из учеников, медленно просачивалась в спортзал после дотошного обыска. Что искали было очевидным, но пока все были чисты, самыми криминальными находками оказались пачки сигарет. Люди в форме начинали неуверенно переглядываться, всё больше сомневаясь в том, что они идут по правильному следу. — Ни у кого даже нет сильных препаратов по типу антидепрессантов, которые выдаются только по рецепту, — тихо проговорил один полицейский. — У них вообще ничего нет, — ответил ему другой.       Лиен и Кёнсу, прекрасно всё слышавшие, устало переглянулись и вздохнули. А они чего ждали? Что после прошлого налёта все так и продолжат носить наркотики в карманах и делать заначки в шкафчиках? Ребята были следующими в очереди на обыск, как вдруг Лиен почувствовала лёгкое головокружение. Она даже успела забыть про злосчастную пилюлю, которой её напичкал Чонгук. Препарат начал действовать, а это значит, что скоро будет шоу с Ким в главной роли. Лиен было достаточно сложно сохранять равновесие и нормальное выражение лица, пока грозная женщина копалась в её карманах. Попав в спортзал, ребята ужаснулись: помещение напоминало консервную банку. — Интересно, где же учителя, которые должны защищать наши интересы в подобных ситуациях? — возмущённо сказала Лиен. — Обрадовались внеплановому выходному и пошли домой, — пожав плечами, ответил парень.       Вдруг за дверью в спортзал послышалась ругань и какое-то копошение. Через минуту в помещение ввалились хорошенько кем-то отпизженные Чондэ и Тао, они что-то кричали полицейским и активно жестикулировали, не скупясь на нецензурные слова и выражения. — Я твоё очко на кулак намотаю, понял? — прошипел Тао в лицо уже полюбившегося всем Квана. — Да зайди ты внутрь и заткнись уже, — грубо ответил громила и буквально затолкал учеников в спортзал, громко хлопнув дверью за их спинами.       Лиен и Кёнсу наблюдали за происходящим с выкаченными от удивления глазами. Два дебила, заметив их, быстро кинулись к друзьям за разъяснениями. — Это всё потому, что ты пропустил его двоечку, кретин! Так был реальный шанс сбежать! — громко возмущался Тао. — Какой шанс, панда угашенная? Их было пятеро! — Да ты на физику мою не смотри, я духом силён!       Два явно пьяных, побитых друга уже десять минут не могли выяснить, кто же действительно виноват в их проигрыше. — Вы заткнётесь когда-нибудь или нет? — хмуро поинтересовался Кёнсу, — Лиен скоро откинется от вашей ругани.       А Лиен тем временем выглядела всё хуже и хуже с каждой минутой. Девушку действительно начинало тошнить, темнота в глазах сменялась яркими вспышками ламп и обратно, если бы у неё была эпилепсия, то сейчас, пожалуй, мог бы начаться приступ. Пару минут назад из ниоткуда взялась Мина. Оказалось, она пыталась спрятаться, чтобы позвонить Чонину, но безуспешно. Девушка видела, что подруга чувствует себя неважно, но помочь ничем не могла. — Ты что-то не то съела? — спросила Мина, пытаясь выяснить причину её плохого самочувствия. Лиен, поняв всю ироничность вопроса, глухо рассмеялась. — Она уже начала бредить, — нахмурившись, произнёс Кёнсу, — Надо открыть окно.       Окна в спортзале располагались на высоте примерно двух метров, поэтому, чтобы их открыть, требовалось схватиться за железную решётку, служившую защитой от летящих в разные стороны мячей, и взобраться на подоконник. Схватившись за металлические палки, парень начал взбираться вверх, как вдруг его остановили полицейские, дежурившие в спортзале. — Ты что делаешь? — спросил один из них, невысокий и кучерявый. — Пытаюсь открыть окно, — ответил До так, будто обращается к недоразвитому. — Зачем? — кучерявому явно не понравилась его интонация. — Моей однокласснице плохо, вы не видите? — Кёнсу начинал раздражаться. — Увы, окна открывать нельзя. Сделай ей искусственное дыхание, — парень с вызовом глянул на полицейских и продолжил взбираться, — парень, спускайся, или мы будем вынуждены использовать грубую силу. — Нас больше. Нам ничего не стоит по-тихому вас вырубить и открыть окно. — Бесспорно, но когда через десять минут придёт наша замена, то вряд ли вы останетесь нетронутыми, и твоя одноклассница останется здесь одна, без чуткого внимания, так как тебя, к сожалению, уведут на серьёзный разговор с использованием дубинок, — безнадёжно вздохнув, Кёнсу спрыгнул на пол. — Если она пострадает, то я самолично проконтролирую, чтоб вы оба сели далеко и надолго, поняли? — мрачно ответил парень, — так что лучше откройте окно по-хорошему. — Эй, ты пидор что ли?! Брат, я всё понимаю, но я также натурален, как эта хлопковая рубашка, сечёшь? В моей душе нет ни грамма голубизны, я приверженец традиционных ценностей в этом плане, если ты понимаешь о чём я, — без сомнения, это был голос Сехуна.       Все обернулись и увидели, как всё тот же Кван под руку тащил О внутрь спортзала, а рядом идущий Лухан, которого за предплечье держал другой мужчина, ржал так громко, что его смех наверняка был слышен в соседнем городе. Громила грубо толкнул надоедливого подростка и, измученно простонав, направился в сторону выхода. — Прости, если я разбил твоё сердце, но мы не можем быть вместе! — не унимался Сехун. Парень переглянулся с Луханом, и оба начали ржать ещё громче, хлопая друг друга по плечу. — О Сехун, твою мать! — заорал Кёнсу, на что обернулись почти все присутствующие, — я к вам что ли обратился? Чо зырим? — резко бросил До в ответ на любопытные взгляды. — О, вы тоже тут! — радостно воскликнул Сехун, подбежав к друзьям. — Ты хули такой счастливый, олень? — злобно ответил Кёнсу. О ничего не ответил, но его лицо стало заметно серьёзнее.       Вдруг послышался звук глухого удара. Все снова обернулись и увидели Лиен, без сознания валяющуюся на полу. В глазах ребят застыл страх, он скользкими руками забрался в голову каждого. Мина начала истерично трясти подругу и звать её по имени, парни продолжили ругаться с полицейскими, среди остальных учеников стремительно нарастало волнение и недовольство, общая обстановка постепенно превращалась в хаос. Видимо, шоу началось.