Возможно

Прыжок, нога назад, переворот, руки резко вверх, продолжаем…       Изнурительные тренировки, постоянная отработка выученного и заучивание нового. Если ты Ким Минсок, то из этого (ну и нескольких пар, всё-таки учёбу никто не отменял) состоит твой день. А ещё день Ким Чонина, Чжан Исина и О Сехуна, которые представляют собой лучших танцоров универа и обязаны защищать его честь на межуниверситетских соревнованиях, которые пройдут уже через неделю.       Мин не понимал, как он в это ввязался. Он вообще, по своему скромному мнению, ничего особенного из себя не представлял. Разве что растяжка была хорошей и присутствовало умение (достаточно) чётко двигаться (спасибо кружкам, которые он посещал несколько лет где-то с конца начальной школы). Но у него не было того, что было у других парней. Он даже не знал, чего. Однако, этого явно не было. Возможно, умения именно танцевать, а не изображать робота? — Ким, мать его, Минсок! — громогласно гаркнул Чонин и подошёл к стереосистеме, чтобы через мгновение выключить отрывок, который они уже битый час оттачивали. — Так сложно запомнить этот ёбаный кусок? До конца осталось всего ничего, а мы застряли на жалких двадцати секундах, — парень устало прислонился к зеркалу и прикрыл веки. — Хён, пожалуйста, соберись… — уже тише добавил он, поднимая глаза, но ответом ему служила лишь хлопнувшая дверь репетиционного зала и недоумённые взгляды парней, блуждавшие с одного на другого.

***

      Выбежав в пустой коридор, Минсок остановился и зачем-то огляделся. Вокруг не было ни одной живой души, если не считать парней за дверью, и это успокаивало и расстраивало одновременно. Успокаивало потому, что никто не увидит его позорное бегство с репетиции, а расстраивало… Он надеялся, что за ним выйдут и скажут, как он нужен, что ничего, хён, вот ещё раза три пройдём и всё получится!. Но вместо этого из комнаты послышалась музыка, и Мина словно прорвало. Он честно пытался сдержать слёзы, но они сами предательски лились из глаз. Вот и всё. Не хотел участвовать в этом — получи, распишись! И ничего, что началó получаться, Судьбе плевать.       Сев на пол и уткнувшись в колени головой, парень продолжал беззвучно всхлипывать. — Ещё и лекций кучу напропускал, блять! — сказал он сам себе и дёрнулся, когда почувствовал чью-то ладонь на плече. Взгляд вскинутой головы встретился с подведёнными глазами, и Мин облегчённо выдохнул — перед Бэком можно хоть в три ручья реветь. — Выгнали, да? — присаживаясь рядом, поинтересовался Бэкхён. — Они просто не могут танцевать в тени такой звезды как ты, это всё зависть.       Минсок хмыкнул в ответ на такую тупую попытку поддержать и прислонился головой к стене. — Сам ушёл. После того, как наорали, что я ничего не могу, конечно, — немного утрирования никогда не повредит. — Ой ли? — прищурился друг. — Брось, я знаю этих ребят, они никогда такого не сказали бы. — У меня не получалось движение, и Чонин повысил голос. «Ким, мать его, Минсок», — передразнил младшего Мин. — Ну ладно, он не говорил, что я прям ничего не могу, но… — Вот видишь! — …моё самолюбие ущемлено, и я не намерен больше заниматься этой хернёй, — закончил Ким и потёр и без того красные глаза. — Хочется опрокинуть в себя пару рюмочек кофе, как насчёт со мной?       Бён на секунду задумался. — Даже не знаю… Завтра семинар, а у меня в голове сидит обезьянка и бьёт в тарелки, — улыбнулся он и встал на ноги, отряхивая брюки. — Тебе бы я тоже советовал заняться этим вопросом, а не кофе гонять. — Да брось, мистер Чхве не сильно загружает, полчасика в кафе роли не сыграют, — встав рядом, Минсок достал телефон и начал что-то искать. — Когда мы с тобой ещё куда-то выберемся? — телефон оказывается экраном к Бэкхёну, и тот может прочитать название кафе, что, судя по адресу, находится в десяти минутах ходьбы от универа. — Не слышал о таком, — забирая гаджет и просматривая сайт сети под названием «GreaFé», говорит Бён. — Погоди, там же раньше был секонд-хэнд? — Минсок кивает и забирает телефон. — Они пару месяцев назад открылись. Ни разу там не был, но теперь, когда есть повод, предлагаю совершить набег на их запасы десертов и кофе и подзарядиться накануне грядущей бессонной ночи! — глаза Кима загораются от предвкушения, и Бэкхёну остаётся лишь с улыбкой соглашаться. — Вот это ты речи толкаешь, уболтал, — и сам первым направился к выходу из здания.       Поспешивший за ним Минсок еле успел завернуть за угол, как из репетиционного зала вывалились запыхавшиеся танцоры. — Ну и что мы будем с этим делать? — мягкий голос прорезал пространство. Исин подумал Мин и остановился у какой-то совершенно безвкусной статуи, готовый нырнуть за неё в случае чего. — Не знаю, как думаете вы, но по-моему стоит говорить с ректором и хореографом об исключении его из нашей команды. Так дела не делаются! — Чонин звучал решительно, и Минсок уже подумал, что его судьба решена. — Ты рехнулся, милочка? — голос Исина стал твёрже. — До гранд-финале всего этого осталась неделя. Для особо непонятливых: семь дней. Во-первых, даже если Лиа успеет поменять нам расстановку, которую она продумывала до этого четыре дня, то успеем ли мы привыкнуть? И во-вторых: ты забыл, кто у нас ректор?       Минсок поморщился. Он ненавидел, когда указывали на его родство с высокопоставленным начальством, коим являлся господин Ким Гонсок (или Гонсок-и, как называла его мама Мина, приходящаяся старшей сестрой ректору). Поэтому на этом моменте он как можно бесшумнее побежал к выходу, чтобы Бэк, не дай бог, не позвал и не выдал его присутствие.

***

      До кафе пришлось буквально бежать: необычайно сильный даже для ливень подгонял, щедро барабаня крупными каплями по улице и парням. Поэтому, когда через пять минут они вломились в кафе, с друзей лило так, словно они пытались спародировать творящееся на улице.       Заприметив единственный свободный столик где-то в конце зала, Мин приказал Бэкхёну взять что-то на его вкус и начал пробираться к тому, мастерски лавируя между выставленными в проход зонтиками посетителей. На последнем вираже что-то пошло не так, и… — Парень, аккуратнее!       Нога неожиданно поехала по скользкому полу, и Ким обязательно упал бы, если бы не чьи-то руки в белом, что так вовремя подхватили его. — Простите, тут мокро просто, я… — Минсок поднимает голову и встречается взглядом с парнем с параллельного потока, Чондэ. Который одет в фирменную форму. — Ой, привет, — смеётся тот и ставит Минсока на ноги. — Какими судьбами? — Да так, кофе выпить зашли, обстановку проверить… — неожиданно теряется Мин и садится-таки за столик. — Бэкхён сейчас подойдёт. — А, это тот, с которым ты все перемены стоишь? — предполагает Чондэ, оглядываясь в поисках Бёна. — Ага, — кивает Минсок. — Следишь за мной? У нас же почти нет общих пар, — шутит и сразу же замечает за спиной Чондэ Бэка. — Сюда! — Именно, — смеётся Чондэ, и ему чертовски везёт, что Мин смотрит не на его лицо, потому что он бы сразу всё понял.

***

— Будем рады видеть вас в нашем кафе ещё! — дежурно провожает Чондэ парней и уже от себя добавляет. — Реально, приходите почаще: тут вроде и скучать некогда бывает, но всё равно как-то… — Обязательно, — смеётся Бэк и тянет Минсока по направлению к остановке. — Сегодня будет веселый вечер. — Удачи вам завтра! — почти кричит отошедшим парням в спину Чондэ и машет рукой, но именно в этот момент они отвернулись, и кисть повисает в воздухе, а затем опускается вместе с протяжным вздохом Кима. И снова он всё просрал.

***

— Господи, я не верю, что всё запомнил, — поражённо шепчет Минсок после того, как Бэкхён прогнал его по теме завтрашнего семинара. — Ты прикинь, ни разу не подсмотрел! — вскакивает на ноги и снова садится. — Так, твоя очередь. — Если ты завтра ответишь лучше меня, с тебя шоколадка. — Договорились, — открытая тетрадь оказывается в руках, и вопросы по теме начинают задаваться сами собой, что, несомненно, было хорошим знаком.       Неожиданное пиликанье телефона разрезает тишину между вопросом и ответом, и Бэк укоризненно смотрит на друга, мол я же просил выключить звук. Минсок пожимает плечами и открывает мессенджер. Привет, это Чондэ) Не спрашивай, как нашёл Просто хотел узнать, чё-как по подготовке? — Ну и кто посмел? — с выражением лица, не выражающим ничего хорошего, спрашивает Бён и скрещивает руки на груди. — Если это не твои родственники, этому человеку не поздоровится. — Это Чондэ, — пищит Мин и пишет в ответ быстрое прости мы занимаемся, но почти закончили позже напишу. — Пизда ему, — констатирует друг и обращает взор на тетрадку. — Дальше давай.       Когда через полчаса они удостоверились, что Бэк знает тему на твёрдую пятёрку, Минсок засобирался домой. — Там темно и дождь, уверен? Я не против, если ты захочешь переночевать у меня, — хозяин квартиры стоял, оперевшись на косяк и тревожным взглядом смотря на обувающегося гостя. — Всё нормально, мне недалеко же, ну, — Минсок тепло улыбается и тянет руки для прощальных обнимашек. — Смотри мне, — выдыхает придушенный Бэкхён и отстраняется. — Как дойдёшь, позвони. — Повезёт же кому-то, такой заботливый муж достанется, — смеётся Мин и выходит из квартиры, слыша за собой щёлкнувший замок.       Ким сразу же достаёт телефон, чтобы набрать наверняка заждавшемуся Чондэ ответ. Прости, что так долго, Бэк не терпит, когда отвлекаются: < Всё хорошо, мы всё помним и всё ответим завтра ^_^ И всё-таки спрошу: откуда у тебя мой номер?       Спустя несколько секунд он слышит звук входящего сообщения и даже успевает удивиться быстроте Чондэ, но ещё через какое-то время до него доходит, что мелодия послышалась откуда-то сверху. Подняв голову, Мин видит прислонившегося к перилам Чондэ и от неожиданности громко икает. — Эм… Привет? Какими судьбами? — повторяет он дневной вопрос Чондэ и начинает подниматься к нему. — Можно проводить тебя? — неожиданный вопрос заставляет Минсока остановиться в недоумении. — Прости? — Я спросил, можно ли проводить тебя, — абсолютно спокойно повторяет парень. — Теперь ты должен отказать или согласиться. — Логично, — кивает Минсок. — Я даже не знаю… Там дождь и темно, ты уверен? — неожиданно для себя приводит те же аргументы, что и Бэкхён. — Поэтому и провожаю, — пожимает плечами собеседник. — Я же знаю, что ты боишься непогоды. Почему, кстати, у Бэка не остался?       Мин ошалело хлопает глазами и пытается собрать всю мозаику воедино. Итак, что же получается: этот парень стоял и ждал его под дверью, чтобы проводить, а до этого каким-то образом узнал о его боязни темноты и непогоды? Звучит максимально устрашающе — у него, оказывается, всё это время был сталкер! — Что?.. — наконец выдавливает он и опускается на одну ступень ниже. — Ты следишь за мной?! — выкрик эхом отражается от стен подъезда, и Чондэ морщится, отрываясь от перил. — Давай так: ты разрешаешь мне проводить тебя до дома, а я взамен обещаю, что ничего не буду делать плохого, и потом ты решаешь, что делать дальше, отталкивать меня или нет, — протягивает руку в знак закрепления их договорённости. — Откуда я знаю, что ты сделаешь со мной, если ты стоял возле чужой двери два часа, поджидая? — смотрит недоверчиво на протянутую руку и опускается ещё ниже. — Вообще-то, я живу над Бэком, — кашлянув, отвечает Чондэ, — и слышал, как вы прощались. В прихожих, почему-то, слышимость хорошая. — Хорошо, с этим разобрались. А что насчёт твоего знания моих фобий? — А об этом мы можем поговорить по дороге, — подмигивает почему-то повеселевший Чондэ. — Ну так что?       Ну, а чем чёрт не шутит

***

      Выйдя из подъезда и приготовившись ускориться, Минсок никак не ожидал, что над ним раскроется гигантский купол зонта. — Часто хожу с друзьями, вот и купил такой большой зонт, — пожимает плечами Чондэ на взгляд парня. — Идём, мне многое надо тебе рассказать.       Эта ситуация была сама по себе странной. Слишком много этого парня было в его жизни в этот день. Поэтому Мин ускорился, и Чондэ еле успевал за ним. — Ну и что ты хотел? — В общем, — умудряясь тяжело вздохнуть на бегу, начинает Чондэ. — Да стой ты, господи боже! — он хватает Минсока за предплечье и разворачивает на себя. — Прими сейчас всё серьёзно, хорошо?       Мин медленно кивая, смотрит Чондэ прямо в глаза, в которых явно читались грусть и решимость одновременно, и ждёт чего-то сенсационного. — В общем… Тымнедавнонравишьсяиязнаюкакэтостраннонодайвсёобъяснить, — зажмуривая веки, речитативом проговаривает парень и через несколько секунд опасливо приоткрывает глаза.       Минсок всё ещё здесь, но как будто бы и нет. Его взгляд блуждает по лицу Чондэ, и тот начинает опасаться, что ему врежут. — Кхм… — внезапно откашливается Мин, заставляя парня напротив вздрогнуть от неожиданности. — На что ты рассчитывал, если не секрет? — вопрос заводит в тупик, а в голове резко становится пусто.       Теперь он вспоминает. Вспоминает холодную ладонь младшего, что тот протянул при знакомстве, позволяя Чанёлю, их общему другу, представить его. — Мин, это Чондэ. Он с параллельного потока. Чондэ, это Минсок. Он… — С параллельного потока, — подаёт голос новый знакомый. — Угадал? — хоть его губы и трогает улыбка, всё его поведение говорит о том, что ему не то что бы неуютно, но и самой комфортной ситуацию он бы не назвал. — Верно, — кивает Чанёль. — Извиняй, Дэ, мы с хёном опаздываем, позже пересечёмся, — подхватывая Мина под руку, тянет его по направлению к аудитории. — Да, конечно… — кидает им вдогонку Чондэ. — Я… Не знаю, — опускает Чондэ голову. — Надо было открыться тебе, потому что это чувство съедает уже два года, а я только недавно узнал, что ты встречался с парнем, и… — Мы даже не общались! — вскрикивает Минсок, вскидывая руки. — И ты утверждаешь, что любишь меня?! Какой бред! Ты думал, что я, как узнаю, кинусь тебе на шею? Чтобы ты знал — с тем парнем была короткая интрижка, я не гнался за любовью, просто было интересно, каково это — встречаться с парнем. Не спорю, было весело, но это не даёт тебе повода любить меня! — гневная тирада разбивается о тихую реплику Чондэ. — Разве нужен повод для любви? — Что, прости? — осекается Минсок и словно выныривает на поверхность, встряхивая головой. — Разве нужен повод? — уже громче повторяет парень. — Почему ты думаешь, что я ничего о тебе не знаю?! Да, у тебя был сталкер! И он набрал достаточно информации, чтобы точно сказать: этот человек идеален! — он переходит на крик и отворачивается. — Чондэ, зачем?.. — шепчет Мин и касается его плеча. — Ты просто мог подойти ко мне, завязать дружбу, всё было бы про… — Ничего не было бы проще! Подойти? Да с таким совершенством, как ты, на одном этаже страшно было находиться, — хмыкает Чондэ и дёргает плечом. — Два года назад ты ничего обо мне не знал, как ты мог делать выводы? — Я не знаю. Но когда увидел тебя впервые в коридоре, влюбился, как мальчишка. Решил поискать что-то о тебе, вдруг ты маньяк какой. А оказалось, что в кои-то веки первое впечатление не обманчиво. И от этого было не легче, — заканчивает Чондэ и замолкает.       Тишина, разбавляемая стуком дождя по куполу зонта, стоит ещё несколько минут, и никто не пытается её нарушить. Наконец смелость это сделать на себя берёт Минсок и прокашливается. — Это было… Неожиданно. Я не знаю, что делать с этой информацией, — нервно теребит волосы на затылке и не может поднять глаза на парня напротив. — Понятное дело, — Чондэ поднимает уголок губ. — Я пойму, если ты попросишь меня не появляться в твоей жизни. — Давай подождём какое-то время и просто побудем друзьями? Вполне возможно, что что-то изменится, — Мин чувствует себя почему-то чертовски виноватым за то, что разбил этому парню сердце. — Было бы неплохо. Только… — Чондэ задумывается. — Что? — Ничего. Привыкай к неоднозначным взглядам в свою сторону, — как-то натянуто улыбается парень. — Пойдём?       А Мин совсем забыл, что ему нужно домой.

***

      Весь месяц пролетел в постоянной борьбе с давящим на него дядей, требующим выступить-таки на том злосчастном конкурсе, а потом, после успешного выступления, и на других незначительных фестивалях и соревнованиях. Минсок зарёкся заходить в зал сразу после того, как Чонин похлопал в ладоши и сказал: — До следующего года точно отстрелялись. Кто бухать?       Самое большое облегчение в его жизни

***

      Парни, как и обещали друг другу, стали друзьями. Но Мин ясно видел, что Чондэ не устраивает это положение: тот явно хотел большего. Это читалось во взглядах, которые он бросал на всех девушек (и некоторых парней), что заговаривали с Минсоком; в его тёплых жестах, вроде накинутой на плечи старшего куртки, когда тот забыл свою; в сообщениях, которыми они исправно обменивались каждый вечер. Тебя не было сегодня: с Заболел? Если хочешь, могу купить тебе лекарств по дороге из универа

Так не хватает обнимашек, ты бы знал

Ты такой милый на новой фотке, я не могу перестать улыбаться ^_^

      А может, Минсок всего лишь принимал желаемое за действительное?..

***

      Очередной вечер субботы, очередной марафон игр и фильмов. Пакет из ближайшего круглосуточного магазина, доверху наполненный разными вредностями, брошен куда-то рядом с диваном. Парни сидят на полу с ноутбуком, решая, во что поиграть и что посмотреть. Всё как обычно.       Вроде бы.       Но вот Чондэ резко захлопывает крышку ноутбука прямо посреди какой-то реплики Минсока и как-то отчаянно тянется к нему, накрывая губы поцелуем. И понимает, что всё потеряно.       Потому что тот резко отворачивает голову, перекрывая доступ к лицу, и отталкивает его. — Мы так не договаривались! — голос Минсока срывается на крик. — Зачем ты так делаешь?! — Я не могу больше ждать! — кричит в ответ Чондэ и вскакивает на ноги. — Меня так заебало ходить за тобой преданной собачкой без возможности что-то сделать! Ты сказал, что всё изменится, и где эти изменения? Я по-прежнему «друг». Это слишком давит на нервы. — Когда я говорил, что всё изменится, я сказал «возможно». Тебе объяснить значение этого слова? Это когда что-то допустимо, но нет вероятности в сто процентов. И, к сожалению, этой вероятности для тебя нет и не было. Прости, но я не вижу тебя как своего парня, — Минсок тоже поднимается, но прихватывает по дороге свой рюкзак и направляется к выходу. — И не уверен, что как друга теперь тоже. — Ты уверен? — тихий вопрос из-за спины вынуждает его остановиться и повернуться. — Да. Я знаю, как ты надеялся, что всё поменяется, но… Нет, — он подходит к стоящему у окна парню и приобнимает его за плечи. — Надеюсь, ты сможешь меня простить. — За что? За то, что не смог заставить себя полюбить меня? — усмешка трогает губы, и Чондэ продолжает. — За всё моё потраченное на жалкие попытки заполучить тебя время? За разбитое сердце? За что? — И за испорченный вечер. Мне больше добавить нечего.       Тёплые руки, обвивавшие плечи младшего, пропадают, и раздаются шаги по направлению к прихожей. — Я знаю, как тебе плохо, — раздаётся приглушённый голос. — Точнее, даже не могу представить. Боже, я запутался… Так вот. Знаешь эту дурацкую фразу «дело не в тебе, дело во мне»? Всегда смеялся, когда это называлось причиной расставания, но теперь… Это не ты плохой, не подумай. Ты замечательный. Добрый, отзывчивый, милый, самый лучший, но… Для кого-то другого. Для меня ты друг. И не больше. Надеюсь, ты найдёшь парня или девушку, что оценит все эти твои качества по достоинству и станет именно тем человеком, с которым ты захочешь провести остаток жизни.       Тишина звенит в ушах подобно надоедливому комару, и Чондэ кажется, что Минсок уже ушёл, тихонько закрыв дверь не только в квартиру, но и в его жизнь. — А пока… — после минуты молчания продолжает Мин. — Пока я лишь могу сказать тебе «прощай».       Хлопок двери, смягчённый ловушкой.       Слово ловушка напоминает ему собственную жизнь.

***

      Бэк стоит возле квартиры Чондэ, оперевшись на перила. — Вы серьёзно? — заставляет он подпрыгнуть от неожиданности вышедшего Минсока. — Вы встречались? — Что… — В прихожих очень хорошая слышимость, — не даёт договорить. — Я думал, вы были друзьями. А оно вон что… — с какой-то странной неприязнью выговаривает он другу и собирается сказать что-то ещё, но Минсок перебивает его. — Мы не были ничем большим, чем просто друзьями. Это он вбил себе в голову, что сможет добиться меня. Но теперь нам просто стоит забыть про него.

***

Будь проклят этот осенний дождь, что тогда развязал мне руки. Будь прокляты мои бесполезные чувства. Будь проклята жизнь без тебя.