Падение

      Они спрашивали «почему?». На меня сыпались вопросы, мне чуть ли не в лицо кричали «зачем?». Но я не останавливался, пока шёл к своей цели. Мне было больно. Я ранил самого себя. Рвал душу на куски и выбивался из сил, падая на пол. Мои пальцы были исколоты иглами. Ладони оставались изрезанными кинжалами. Я ждал и верил. Вероятно, я даже сбросил десяток килограммов, не отходя от раскрытой на середине книги. Сон пропал из моего списка дел. В моём мире устанавливался хаос. Катаклизмы, бедствия, бури… Всё это окружало мой народ. А я не останавливался. Шёл всё дальше и дальше. Одно заклинание… Второе… Третье… Всё в пустую. Я знал, что я сходил с ума. Знал, что это уже — далеко не желание, а одержимость. Кровь капала на пол, на страницы и фолианты. Колбы от зелий застилали собой весь пол — грязный, пыльный, заляпанный чем попало. Мой дом превратился в лисью нору — я ушёл под землю, запустил самого себя. Ногти ломались, оставались заусенцы. Казалось, что даже кожа серела от недостатка солнца. Но мне было всё равно.       Каждый день я прокручивал в голове произошедшее несколько лет назад. Каждый раз я вспоминал выражение ненависти на любимом лице. Каждую секунду я представлял нашу новую встречу. Чтобы я не был духом. Чтобы я мог почувствовать всё сам… Я обжигался, хоть моя стихия — огонь. Я тонул в сырости, заболевал. Да, таким меня точно красавчиком назвать нельзя было. Я повернул время назад. Расколол вселенную. Размазал по стенкам мироздания чёртово пространство. Жертвы… Много жертв… Улицы в крови и телах… Пусть хоть планета повернётся в обратную сторону — я не собирался останавливаться ни на секунду. Звёзды посыпались градом по небесам. Казалось, будто вскипел океан. Всё равно я собирался добиться своего. Цвета воздуха сменяли друг друга. От давления, казалось, должны были лопнуть барабанные перепонки. Тяжело… С каждой миллисекундой в десятки раз тяжелее… Кровь прямо по рукам: пусть заберёт хоть всё. До иссыхания моего тела.       И вот яркое свечение заполнило собой всё вокруг меня. Я с вымученной улыбкой смотрел за происходящим. Пусть за моей конурой и творился ад, это того стоило. Чужие жизни — ничто. И вот я увидел их. Эти карие глаза, полные непонимания. Глаза того, кто убил меня. Того, кто изгнал меня. Я почувствовал, как меня затянуло внутрь свечения. И вот я упал перед ним, к его ногам. Весь в крови, истощённый, далеко не сильный. А он смотрел на меня сверху вниз. Та же хижина. Те же люди. Только теперь доски окрасились в алый. — Здравствуй, Сосенка, — усмехнулся я, прикрыв ресницы. — Давно не виделись.       Он ничего не сказал. А дальше всё угасло. Перед глазами стоял умирающий мир. Пылающие пожары, ураганы, наводнения и приближающиеся к тверди метеоры. Оно того явно стоило. Моя планета пала из-за моих же рук, для того, чтобы меня заковали в цепи и оставили в подвале рядом с разобранным порталом. Я убил их, чтобы на меня снова смотрели с ненавистью. Чтобы одна сырость сменилась на другую. Чтобы Он стал моим навеки. Чтобы раны становились больше.