Чужой

Читая биографию о человеке, девушку какой раз передернуло. Отложив телефон в сторону, ложись на кровать, она застыла.       — Не может же быть, что он какой-то солдат, и звание у него капитана? Ну ведь не может же быть! Яростно произнесла темноволосая, чувствуя предательскую усталость.       — Если бы это, было так легко… Пробурчала Танька, закрывая на секунду глаза, вырубаясь полностью. Дергаясь от непонятного звука, девушка, приоткрыв глаза, посмотрела на дверь. Приподняв корпус, сползая с кровати, Таня подошла к двери. Слушая что кто-то что-то говорит. Распахнув свои сонные очи, та вылетела в коридор рассматривая на пороге своего дядю. Разговаривав с Леви, он что-то вручил. Точнее коробку? Среднюю коробку, которые сам еле держал, но дав Аккерману, тот даже не дернулся от тяжести.       — Долго спишь, Танька, этот твой азиат не занимается рыбалкой?       — Рыбалкой? Нервно переспросив, она посмотрела на него. Передернувшийся девушка подергала плечами, давая понять, что не знает. Посмотрев странно на свою племянницу Вадим, перевел взор на иностранца. По выражению мужчины, можно сразу понять, что он как-то не доверяет этому пареньку.       — Где у него паспорт? Неожиданно спросил он, наблюдая за тем как Аккерман проходит в зал, ставя коробку на пол, открывая её. Рассматривая странные рыбацкие штуки, парень удивленно трогал крючки. Посмотрев на усатого, девушка ухмыльнулась, нежно, но одновременно грустно улыбаясь.       — Вы с женой так сильно хотели сына, — потухающие проговорила она, облокачиваясь на стену, рассматривая накаченную спину парня, — вот почему вы так добры к нему?       — Ну-ну знаешь, не то чтобы это какая-та печальная история о не рожденном сыне, ну, — скомкано произнес он, слегка подбирая слова, — не будь как мать. — строго проговорил полицейский, переводя взгляд на брюнета, — так где паспорт? Спросил он, дожидаясь ответа от племянницы, девушка слегка напряженно, начала подбирать слова чтобы объяснить.       — Ну…дело в том, — простонала она, сочиняя на ходу, — откуда он, это ужасное место. «Я не смогу что лучше придумать, чем-то что у них там война и всякий ужас. Например, как в Иране. Думать нет времени, прости меня Леви»       — Он из страны бежал, так как там была война. Между высшими и низшими слоями сословия. У меня есть доказательства. И сам посмотри, — неожиданно крикнув, девушка указала на оголенную спину паренька, тот слегка удивленно повернулся к ним. — У него столько шрамов, и следов побоев, то даже до этого дня не могут зажить. Дядь Вадим, я не хочу, чтобы он испытывал эту боль вновь, пожалуйста помогите нам сделать все документы, — истошно проговорила Таня, удивляя дядю. Падая наиграно на колени, молясь. Заставляя Леви резко встать, напряженно рассматривая наигранную сцену девушки. Татьяне так и не удалось уговорить родственника помочь, по его ответу можно было понять, что Аккерману паспорт то и не нужен, он же не будет женится? Но так или иначе, он согласился помочь сделать пару документов для нужды. Выбирая вещи у родственника, девушка схватила белую рубаху и обычные черные брюки. Думая, шагая в соседнюю комнату, Таня забыла постучаться.       — Я тебе принесла вещи дяди, одевайся, — проговорила она, замирая. «Он серьезно?! Стоя в одних трусах, как застывший мальчишка, рассматривая в окне играющих ребят?»       — Леви…— нежно прошептав его имя, девушка, повесила вещи на спинку стула, разглядывая его спину, — Леви, нам придется выйти на улицу ты ведь не против? Нелепо задав вопрос, Софримова устало выдохнула, поворачиваясь к двери, слушая нелепое старания со стороны мужчины.        — Они Леви? — спросил он, ожидая ответа от Тани. Повернувшийся полу боком, девушка глупо улыбнулась, — Нет, ты Леви, а они дети. — медленно произнеся девушка, поспешила выйти из комнаты. Подойдя к родственнику на кухню, та заметила, как он разговаривает по телефону, поджигая сигару. Посмотрев на неё, усатый слегка улыбнулся, слушая как кто-то говорит по телефону. Разговор длился не долго, отключив собеседника, Вадим смело заявил.       — Знаешь, сначала придется его сфотографировать, затем пойти с ним в больницу пройти всех врачей, и встать на очередь, — проговорил усатый, пытаясь разъяснить Тане, — так как наш городок как задница Ким Кардашьян, то естественно тут все сделано как из жопы, поэтому сделаем сначала полюс, а там посмотрим…— заявил он, удивляясь как племянница его обняла.       — Спасибо, большое. — поблагодарила кареглазая, дополняя, — поможем же ему все вместе. «Все вместе… Да, дядя сделал для нас многое, и я ему благодарна. Во время фотосъемки, он подбодрил и как-то смог успокоить Аккермана, что меня больше всего удивило. Он серьезно принял его как сына. И в течение месяца помогал нам, брал его на рыбалку, учил его так же русскому языку. Ну конечно же мат. За месяц у Леви улучшился язык, он начал понимать более-менее что ему говорят. Так же я брала его везде где могла бы взять. Что вижу то и говорю, а он повторяет за мной. Милый, очень сильно, и сильный. Возможно с ним стало легче.»       — Молодец, Леви. Похвалила Татьяна, радуясь настенной полки, — скоро будет много книг, книг, книжечки, — обрадовалась темноволосая, обнимая Аккермана, благодаря его. «Впервые в жизни незнакомый человек стал столь родным. С ним возможно не легко найти общий язык, и у него тоже есть характер и предпочтение. Например, моя стиральная машина вновь от него пострадала, да пострадала. Хозяйственно-бытовые дела были для него навьем, точнее техника. Он научился пылесосить, и пользоваться плитой.»       — Поставь пожалуйста чайник, — попросила она, листая пособия, — и так сейчас тебе надо будет прочесть маленький отрывок текста, и выполнить упражнения, и просмотр фильма, — бодро проговорила девушка, прикрывая книгу, рассматривая как Аккерман смело поджигает плиту. — молодец. Проговорила она, улыбаясь.       — Спасибо, — сказал он. «Он многое не понимает, но учится. Мне нравится его настрой. Голос…шикарный, умел бы петь, все бы были его» Шагая по супермаркету, девушка посмотрела на Леви. Удивляясь тому что, он читает содержимое на молочном продукте, Татьяна слегка застыла, все-таки не привычно. Да, не привычно. Да ещё и сотруднику обращается. «Он молодец, на него смотреть и восхищаться. Прекрасно прогрессирует, и учится новому. Шикарно.»       — Леви, пожалуйста сфотографируй меня на телефон, — попросила кареглазая, открывая бледно-розоватый зонт, приближаясь к гортензиям, — я тебе скажу, когда. «Не думала, что буду просит это у парня. Была прекрасная дождливая погода. Дождь был приятным. И на удивление не противным. В тот момент я была одета просто. Белая рубашка, и коричневая юбка. В этот день мы доделывали нужные для него документы. И проходя через заброшенное здание я увидела это прекрасное место. Возможно тут случайно выросли кусты гортензии, или же их посадили жители из соседних домов, не знаю, это было на столько шикарно, то я захотела сделать фотографию.»       — Сними жгут, — проговорил Аккерман, указывая на волосы. «Он имел ввиду резинку с волос? Да, этот чудной мужчина имел именно это. Распустив свои волосы, я долго всматривалась в объектив телефона. Он так долго стоял, что мне казалось, что Леви забыл, как им пользоваться вновь.»       — Всё. Резко проговорил брюнет, удивляя здешнюю. Протянув руку, отдавая телефон Аккерман подошел к кустам разглядывая цветы. Девушка слегка сердито посмотрела на мужчину, попутно нажимая кнопку блокировки у телефона. Опустив взор на фотогалерею, та восторженно крикнула. «Это просто божественно, он просто сделал удивительный снимок. Мне понравилось, а вот он, недоумевая мой восторг, чуть вновь не отправил дивный полет меня.»       — Спасибо, спасибо, — повторила девушка, рассматривая странное выражения иного гостя. — Ну ты понимаешь, для девушек шикарное фото, это что-то не реальное! Пробубнила Софримова, беря кружку чая, попивая медленно отводя взор в сторону. «Что-то он меня слегка напрягает, хоть и живем с ним уже два месяца. Но страх не проходит. Черт, ну что ж ты смотришь так на меня?!»       — Дождь был на удивление приятный, — проговорил сероглазый, рассматривая хозяина дома, — деньги, нужны ведь и они?       — Деньги? — переспросила девушка, вспоминая как неделю тому назад считала мелочь чтобы оплатить квартплату, — да, но пока что тебя здесь никто и не знает, да и образования нет. А что ты умеешь? — задала вопрос кареглазая, вспоминая про википедию.       — Умею? — переспросил Леви задумываясь, — сила, возможно. Непонятно дав ответ, Софримова задумалась. «Сила? Он имел работа где будет нужна его сила? Как оказалась я была права…он хотел чем-то помочь. Я не рисковала его пока что пускать к людям, ведь этот мир возможно сильно отличается от нашего»       — Леви, расскажи о себе. Сколько тебе лет?       — Сколько лет? — переспросил он, показывая руки, — десять, десять, четыре. — проговорил он. «В этот момент мы не сильно затрагивали тему о числах, поэтому он знал лишь как считать до десяти. Ему было двадцать четыре, этот мужчина был худощавым мальчуганом с испуганным взглядом. Сейчас же, он более не напуганный, но глаза наполнены болью».       — Как ты сюда попал? Что случилось?       — Не знаю. — быстро ответив, Леви посмотрел на хлебницу задумываясь, — возможно тогда…когда мы должны были украсть документ у Смита.       — У Смита? Переспросила она, вспоминая что-то похожее с этим именем. «Тогда я думала, что это имя, оказалось же фамилия… Он был слишком напряжен после заданного вопроса»       — Дождь, мои друзья, мы разошлись. — отрывками ответил он, неожиданно ударяясь об стол. С ужасом рассматривая его состояния девушка затряслась, — они погибли…погибли тогда! — закричал он дрожащим голосом, — они умерли от гиганта, — трясясь, Леви приподнял лицо разглядывая хозяйку, — погибли, из-за меня, из-за меня?! — прокричал он, вцепляясь в хрупкие плечи, всматриваясь в неё. Сдерживая слезы. — Я виновен в этом, они погибли из-за меня. — прохрипел брюнет, дрожащими руками, опуская голову, прикасаясь к девушке, — мне страшно. — прошептал он, замолкая.       — Это ужасно…хотя мне не дано это понять, Леви — это нормальное чувство. Ты как маленький львенок, с большим сердцем. Я всегда поддержу тебя, — дрожащим голосом проговорила шатенка, до касаясь до макушки, трогая жесткие волосы мужчины. Слушая шмыг, девушка приобняла его. «Он как маленький львенок с большим сердцем. В тот раз, он плакал из-за этого…»

***

Прошло половины недели после разговора с Леви. Софримова слегка успокоилась, и не затрагивала эту тему. Повторяя себе что будет все хорошо. Ковыряясь в телефоне, девушка посмотрела на Леви. Он как маленький ребенок собирал пазл. Обдумывая каждый ход.       — Леви, кушать не хочешь?       — Спасибо, но нет. Ответил он, огорчая Таню. Тяжело вздохнув девушка услышала слабый стук в дверь. Поглядев на коридор, дама слегка привстала, направляясь к входной двери. Встав на носочки, Софримова посмотрела в глазок. Резко вбегая в зал, пугая Леви.       — Этитьедрить, не колотить. Ещё этого не хватало. — полушепотом прокричала она, — убирай свои инструменты по вырубки голов, — сарказмом приказала девушка, убирая свинарник. — Ничего не говори, и веди себя адекватно, ясно?! Предупредила Таня, убегая в коридор, отворяя дверь.       — Как тут наша дочурочка проживает? — громко спросил отец, заходя в коридор, рассматривая обстановку у дочери. «Было конечно страшно, но все-таки я уже была не маленькая. Но все ровно сложно объяснить родителям почему со мной живет мужчина, с которым я даже не состою в отношениях?! Конечно я не стала что-либо обдумывать, и начала лгать.»        — Наш будущей зять? — с хохотом переспросила дама средних лет, разглядывая Аккермана. Испугавшейся такому вопросу, кареглазая от волнения насыпала четыре ложки сахара вместо трех.       — Ма, не надо, вот не надо. Прошу. — простонала Софримова, ловя не понятный взор Леви. — Почему без предупреждения то?       — Мы написали тебе в одноклассниках, разве это не предупреждение? Ехидно спросила она, рассматривая потенциального жениха.       — Интересная внешность, такой аккуратный подбородок, а глаза то какие! Точно иностранец?       — Вы думаете я вру, целых два месяца учила его нашему языку.       — Интересный, очень. Так его звать Леви?       — Да. — ответил он, удивляя даму в возрасте.       — Расскажи что-нибудь о себе, как маму зовут, родителей, есть ли братья или сестра? Задав столь каверзный вопрос, Аккерман слегка поник, думая, как ответить женщине.       — Мать звали Кушель. Помню её вкусный запах, нежные руки, и бархатный голос. Отца увы не помню. Остальных родственников тоже.       — Ты остался сиротой?       — Да. Помутнев, Леви пытался не думать об прошлом, отвечая на вопрос Софримовой.       — Мам прекрати, — неожиданно помешав их разговору, девушка пыталась спрятать покрасневшие глаза, — не давай ему ворошить прошлое. Сама знаешь, как это больно! Воскликнула Таня, смотря на ошарашенный взор Аккермана. «Мне его жалко. Да, жалость самое глупое чувство. Но, он такой одинокий в этих мирах! В тот день я впервые сильно шокировала Леви.»       — Спокойной ночи, дети. Проговорила женщина, наблюдая как дочь ошарашено рассматривала потолок. «Но…родители, какого хера?!» Выключив свет, закрывая дверь, девушка взглянула на темный силуэт, — знаешь, ты слишком горячий, — пробубнила Таня, отворачиваясь, чувствуя, как Аккерман тоже отвернулся, девушка без сожаления подняла холодные пятки, грея их об горячею спину мужчины. — спокойной ночи, Леви. — похихикала девушка, ощущая, как вздрагивает от её ног. « Меня не смущало тот факт, что сплю с ним в одной кровать. Ведь нормальный, культурный мужчина никогда в жизни не дотронется до девушки без её разрешения. С ним тепло, даже душно. В тот вечер мне пришлось скинуть одеяло на него, только что почувствовав прохладу, я ощутила вновь упавшие на меня одеяло. Где-то с пятого раза, Аккерман серьезно сдался, и перестал скидывать его на меня. Но, на утро стало холодно, поэтому бедный гость был без одеяла. Мне было стыдно, когда поняла, что отняла у него тоже, поэтому просила прощения. Было нелепо, но весело. Родители побыли в гостях пол недели, узнав, что все хорошо они отправились обратно домой. Слегка смущал тот факт, что лгать мне пришлось буквально во всем. Был момент, когда матушка убираясь наткнулась на постиранные вещи Аккермана. Разглядывая его плащ, та недоумевала кто он такой. Поэтому я внушила им что он некий «косплеер» Отцу же пришлось объяснять, что это странное «сооружение» является элементом косплеера, как ни странно они поверили хотя… Шел уже конец июля, а я продолжала работать над Леви. Обучать его нашим «странным» словечкам под типом мат которые означает то или иное действия. В первых числах августа, мы затронули тему «Чувств» именно так я написала на нашем общем календаре. После просмотра странного фильма, Аккерман слегка поник. Поэтому мы и решили отвлечься. Сидя на кухне, я яростно объясняла, что такое «злоба, зависть, вранье»        — Врунишки у нас те, кто врут. Ну смотри, Леви допустим ты подружился с новым человеком, он стал твоим другом, ты ему доверяешь. И в один прекрасный момент он мало того тебя подводит, так и ещё врет. Это лгун, врун. Врать не хорошо. В вашем мире часто лгут? — спросила девушка, листая учебник психологии, пытаясь по-простому объяснить иному гостю.       — Там, где я жил, врунов не терпят. — проговорил он, удивляя особу, — в моей команде были честные ребята, — произнеся это, Леви слегка приподнял уголки губ, — мой друг отдавал половину своих денег другому, это же называется поддержка?       — Верно, поддержка, помощь, доброта и милосердие, значит в вашем мире хорошие люди? «Всегда старалась обходить эту тему, но все же интересно узнать. Рассматривая его постоянно задумчивое состояния, я пыталась сменить тему, как он наконец-то решил дать ответ»       — Я не могу говорить за всех людей, но возможно в стенах много добрых людей. «Стены? В квартирах дома, или что?»       — Слушай, Леви, я тут кое-что разыскала в интернете. Там говорится о каких-то великих стенах. А что ты имел под словом «в стенах»?       — В стенах, в нашем мире мы живем как скот. — четко ответил сероглазый, продолжая, — имеются три стены. — сказав это, Аккерман взял полу остывший чай, — первая и самая большая стена, которое ограждает нас от врагов — Мария, вторая за ней — Роза, а третья самая маленькая и больше защищённая — Сина. Так же к этим стенам пристроены внешние города на севере, востоке, юге и западе. Так же существует город под землей, там я и рос. «Возможно на тот момент моё удивление не передать, он так четко говорил. Что я, хлопая глазами, не могла не к чему придраться. Плюс ещё его история, он всерьез решился открыться мне. Спасибо тебе, Леви. »