Давай поспорим

Обычный вечер. Сумерки только начали опускаться на город, заставляя силуэты улиц становится более расплывчатыми и неестестественными. Шум. Много шума. Звуки шагов отражаются от асфальта, поднимаются вверх. Микс из людской речи и громкого топота режет по ушам; девушка так устала от этого. Век бы не выходила за пределы квартиры. Смс оповестила о том, что Лео уже на месте. Деревянная дверь. охранник. Никто уже не требует от Лии паспорт как раньше: синяки под глазами и растрепанная шевелюра давно стали ее документами. Слабо освещенное помещение было пропитано тонким ароматом кальяна. Он буквально оседал на деревянных стенах посредством клубящегося дыма. Ноги послушно несли блондинку к барной стойке, где ее ожидал давний друг и спутник на этот вечер. Юноша одарил изрядно уставшую девушку многозначительным взглядом и заключил в объятия, пошатнув при этом высокий, покоцанный стул. — И тебе доброго вечера, — ответила Лия, немного потянувшись. Она подвинула один из стульев, нервно смахнув с предмета мебели несуществующую пыль. — Ты сегодня совсем не своя, — заметил немного озадаченный длинноволосый брюнет. Он пытался заглянуть в голубые стеклянные глаза собеседницы, но те были надежно укрыты занавеской волос. — Боюсь за свое будущее. Столько свалилось на мою голову, что пиздец. — Забеременела что-ли? — не без ехидства тихо прошептал парень. — Я бесплодна, — отрезала Лия, не поняв шутки. Собеседник вздохнул: он не привык видеть подругу в таком настроении. Это странно, если учитывать, что девушка всегда ведет себя одинаково. Он понимал, что вечер перестанет быть таким томным ближе к концу. Нужно лишь поджечь фитиль. Высечь искру. — Да давай уже, фундук, — Лео не сильно толкнул девушку в плечо, надеясь хоть немного растормошить. — Какой к черту фундук? — в голосе появились нотки возмущения. — Колись давай, орешек. Лия закатила глаза, будто все уже ясно. Раздражением разило от каждого её вздоха. Парень искренне надеялся, что не рванет, иначе бы это стало похоже на радиоактивный фон в Чернобыле: опасно и имеет большой радиус поражения. — Моя жизнь, блять, на пороге тотальный изменений! Я не знаю, начнется ли это, если не начнется, то как я буду потом в глаза ей смотреть? Если начнется, то хватит ли мне денег и наглости? Ты вообще думаешь, о чем спрашиваешь? Эта парочка была одарена большим количеством взглядов. Будто все только и ждали, что кто-то остановит гул глупых людских речей. Свершилось, поздравляю. — Не бурли, ты же не бонг. У всех все бывает в первый раз. Прекрати себя так вести — всё куда-нибудь выруливает, а там нужно лишь поймать волну и плыть по течению. Смекаешь? Впервые за вечер Лия улыбнулась. — Надеюсь, ты одолжишь мне доску для серфинга. Брюнет опустился прямо к ее уху. Горячее дыхание назойливо щекотало ушную раковину, растекаясь мурашками по шее. — Сваливаем. Слишком много заинтересованных глаз и навостренных ушей. — У стен есть уши, в ушах золотые серьги*, — пропела Лия, — в прочем, пошли на улицу. Ветер буквально обжигал кожу, заставляя ёжиться и кутаться в прохладную косуху еще сильней. Парень вытащил пачку веселой расцветки из кармана, откинул картонную крышку. Две сигареты были выужены из упаковки. Пара долго разговаривала, стоя прижавшись к осыпавшейся стене. Было откровенно плевать, где они проведут время. Люди проходили мимо, лишь задевая мимолетным взглядом две темные фигуры, тающие в городском сумраке. — Леооооо! От неожиданности парень уронил сигарету прямо в дыру рванных джинс. Он шипит, прыгает на одном месте, но в конечном итоге устраняет проблему, выдохнув с облегчением. Лия не произнесла ни слова, застыв от шока. — Чего, мелкая? — спросил Лео, успокоившись. — Блин, прости, не думала, что ты так среагируешь… Лан, видишь тату у тех чуваков? «Чуваки» оказались сорокалетней парой. Они вели коляску и ворковали, любовно смотря друг на друга. Их ноги были покрыты специфичными надписями: «Butchered at the birth*» украшало икру миловидной леди в джинсовом костюме, на предплечье мужчины же красовалось «Drowning in Viscera». Лия поморщилась, а парень флегматичным взглядом провожал столь атипичную пару. — Лучше бы следили за тем, куда идут, а не херней страдали. Наверное, видят друг-друга каждый день, а так похоже, будто не виделись уже полгода. — Да ладно, ну фанатеют люди от Cannibal Corpse, ну и что тут такого? А ты не думала когда-либо что-то набить? — Думала. Набить тебе хлебало за излишнюю рациональность. Девушка наигранно оскалила клыки и сделала замах. Лео дернулся, отчего та лишь рассмеялась. — Да ладно тебе, не страшно! — Хочешь, расскажу какую тату я бы сделал себе? — Валяй. — Я напишу на себе «all I need is Leah», прямо вот здесь, — Лео положил руку на колено девушки, но быстро убрал, поймав озлобленный взгляд из темноты, — а то шрам с такой надписью уже давно зажил и не виден, — парень засучил рукава черного свитшота, демонстрируя слабо различимый след на коже, хоть его и не было видно в темноте. — Мне придется тогда бить «Heil Leo» что ли? — Лия посмеялась. Столь глупые мысли часто посещали ее голову, но чтобы тату с именем — перебор. Даже отдать душу сатане казалось более адекватным занятием. — Конечно. Го наперегонки? — Бить тату на перегонки? Если подгонять тату-мастера, то ничего путного не выйдет, — девушка не могла понять, зачем это брюнету, неловко потёрла запястье, но резко отпрянула — шипы на браслете укололи ничем не прикрытие ладони. — Глупая. Кто раньше набьет- тот победил. — У меня больше денег. Я успею раньше, — азарт действительно брал верх над здравым смыслом каждый раз, когда кто-то осмеливался бросить ей вызов, —кто проиграет, тот выполняет желание победителя. — По рукам, мелкая. Это похоже на сделку с дьяволом. Никто не знает, что в голове у этого странного парня. Он настоящий траблмейкер, и это только подогревает интерес. *** Обжигающее дневное солнце било в открытое окно, прямо на белую кожу, еле прикрытую одеялом. Девушка, спящая в потрёпанной жизнью футболке, застывшая не в самой изящной позе, казалось, совсем не слышала надрывающийся прямо около уха будильник. Он уже в пятый раз за час пытался исполнить свою функцию. Лия была из тех, кто может засыпать часами так и не уснув, но если всё же уснёт, то даже пожар или смерч не сможет вернуть её к жизни. Лия сняла эту квартиру всего три месяца назад. Основным толчком для переезда было расположение. Всего пять минут до метро, а по дороге есть КFС. К тому же, в этой квартире было две комнаты. Многочисленные друзья Лии постоянно совершали нападения на предыдущее место жительства, оставаясь спать в единственной комнате. Кто на ночь, а кто и на всю неделю. Второй раз такую ошибку она решила не повторять. К тому же, в квартире была просторная кухня, о которой всегда так мечтала девушка. Каждый раз заходя в уютную светлую, обставленную различными приправами и специями кухню ей хотелось задержаться там подольше. Выпить кофе, чай с травами или приготовить что-нибудь красивое. Спустя много лет жизни с мамой, личное пространство и собственное жильё были настоящей сказкой. Лия ловила кайф от каждой секунды, проведённой в ЕЁ доме, пусть даже слегка пустоватом: времени разобрать все коробки с вещами у неё просто нет. Седьмой будильник потихоньку начал возвращать соню из царства Морфея, в котором она досматривала двадцатый сон; девушка усердно сопротивлялась. Мягкая сладкая кровать будто магнитила к себе тяжёлое уставшее тело, а простыня и одеяло были сотканы из тысячи ангельских поцелуев, но, мерзкий писк не оставил ей выбора. — Бляяять, — вяло поднялась Лия оперевшись на подушку, — Чё? — она зевнула, расправила плечи и полузакрытыми глазами посмотрела на часы показывающие 12:34. — БЛЯТЬ! Лия резко вскочила с кровати и бросилась к шкафу в поисках лифчика и шорт, попутно покрывая себя отборным матом. Собравшись за пару минут, она схватила ключи и побежала к метро, уже представляя сцену, которую устроит тот противный бариста, вечно палящий её на опоздании. Сидя в метро, полуживая от недостатка кофеина Лия получила сообщение в вк. Илья: Привет. Ты уже на работе? Лия: Типа того. Илья: Просто уточняю. Сегодня всё в силе? Лия: В полседьмого у клуба. Илья: Ты правда это сделаешь? Пару секунд ответа не было. Лия раскрыла рюкзак, вытащила оттуда плотно запакованный свёрток и положила обратно, убедившись, что он надёжно спрятан. Лия: Да. Илья: Блииииин. Я очень волнуюсь… Можно уже сказать ей? Лия: Нет. Даже не думай. Илья: Но мне очень хочется. Лия: Блять Илья. Скажешь Маше и всё пойдёт по пизде. Это очень важно. Илья: Окей, ты права. Не буду. Лия осмотрела душный вагон, убрала телефон и вышла из поезда, продолжая свой привычный маршрут. По дороге в кофейню девушка подожгла очередную сигарету. Плюс десять минут к опозданию. На подходе к сёрфу уже бодрая Лия решила, что терять ей больше нечего и пара минут картины не сделают. Она присела на лавочку и достала зажигалку. — Ты совсем тупая? — сильная рука выхватила пачку с пугающими фотографиями и бросила в урну. Девушка подняла глаза на невысокого студента, одарив его раздражённым взглядом. — Ты должен мне сигареты. — Если я начну перечислять тебе, что ТЫ должна мне, — взбесился парень, — ты опоздала на два часа! Думаешь, я вечно буду прикрывать твою задницу?! — А я тебя об этом просила? — Лия спокойно встала и зашагала в заведение. — Э! Мы не договорили! Девушка быстро надела фартук и встала за кассу в ожидании новых клиентов. — Если ты ещё раз позволишь себе опоздать, ты тут же потеряешь работу. На это место в день по десять желающих. Бариста покосился на удивлённых посетителей и принялся готовить кофе. Приближалось шесть часов и Лия начинала заметно нервничать. Она то и дело проверяла время на телефоне, продумывая план побега. В пол седьмого ей нужно быть у клуба. До здания пятнадцать минут, но чем раньше она ускользнёт, тем лучше. Спустя пять минут девушка по тихому сняла фартук и, воспользовавшись небольшим количеством посетителей, шмыгнула за дверь. — Если уйдёшь, то ты уволена, — прошипел голос из-за угла. Девушка решительно направилась вперёд, не обратив внимания на угрозы. Растерянность не дала ей что-либо услышать. По дороге она, разумеется, купила сигарет и остановилась на полпути. Между зданий был тёмный проход, ведущий во внутренний двор жилого дома. На чистом тротуаре стояла пара машин. Заросший балкон старого здания был невероятно живописным. Лия вспомнила, как пару лет назад они с друзьями, возвращаясь после выступления, забрели сюда. Они смеялись, разговаривали, вспоминали былое. Уходя, Тая сделала снимок этого балкона на полароидную камеру. Спустя годы он всё ещё красив. Здесь так же спокойно и тихо, как тогда. Девушка спустилась по лестнице, осмотрела периметр на наличие людей и присела на край клумбы, достав тонкую сигарету из пачки. Она погрузилась в собственные мысли и переживания. От нарастающего волнения по телу пробежали тысячи мурашек, а руки затряслись, обронив зажжённую сигарету. «Соберись, тряпка. Это слишком важно». С первого взгляда «стэнд-ап клуб номер один» выглядел как элитная кальянная. На деле, это было очень приятное и атмосферное место, известное в узких кругах. (По правде, кальяны там тоже были) Увидев друзей, подбегающих ко входу, Лия кинула сигарету на асфальт, и, широко распахнув руки, обняла Таю. — Привет, красотка. — Мы не опоздали! — радостно воскликнула Маша, — обнимать тебя это так же, как сжимать в объятиях прокуренного плюшевого медвежонка. Следом к Лии подошёл Илья и молча принял её объятья, как обычно размышляя о чём-то своём. — Ты не сказал ей? — шепнула ему Лия. — Они не догадываются, — помотал головой парень. Девушка жестом выразила свою признательность и предложила друзьям зайти в помещение. Те радостно согласились и последовали за Лией. Они с Таей в обнимку поднимались по лестнице, пока позади них Маша с Ильёй бурно обсуждали очередную главу книги, над которой парень работал уже пол года. — Кто сегодня ведущий? — спросила Маша отдавая куртку в гардероб, прекрасно понимая, что никто из друзей как обычно не знает этого, да и не может знать. Компания зашла в зал. На высоких стенах висели прожекторы, освещающие сцену всеми цветами радуги. Вокруг стояло множество столиков и мягких кресел, из которых несколько уже были заняты. Друзья выбрали столик прямо напротив микрофона, и покидав на пол рюкзаки, сели в ожидании начала шоу. — Какой по счёту ты выступаешь? — спросила Тая, пытаясь перекричать музыку. — Я в середине. — Неплохо. Это лучше, чем в конце, — заметила Маша. Лия достала из рюкзака свёрток и быстро сунула в карман, после чего повторила текст своего выступления. После стольких повторений она уже знала его наизусть. Разбуди её среди ночи, и попроси продекламировать заключительные строки девушка без колебаний исполнит просьбу. Она уже давно занималась стэндапом. Пока ей не исполнилось семнадцать, она писала шутки для своего друга, а потом и сама вошла в этот странный, местами фриковатый, но такой атмосферный мирок комедии. Первое её выступление было паршивым, она нервничала, от чего начинала говорить с максимальной скоростью, что люди в зале, конечно, не оценили. Со временем, она научилась работать с публикой и часто выдавала действительно смешные шутки. Больше всего на свете друзья любили собираться после тяжёлого трудового дня и приезжать сюда, на пятничный стендап, дабы до слёз посмеяться над тупыми шутками и провести время вместе. Иногда Лии удавалось затащить больше трёх человек. Несколько раз компания превышала десять человек, но чаще всего клуб содрогался от Лии, радостно хлопающей любой шутке, даже когда никто не мог выдавить даже жалкого смешка. Таи, хихикающей над всеми. Маши, рыдающей под столом от смеха и Ильи, тщательно оценивающего каждую шутку прежде чем посмеяться над ней. Свет и музыка были приглушены. На сцену вышел любимый ведущий компании, что было очень кстати для сегодняшнего дня, и взяв микрофон, парень начал шоу. *** Мандраж. Столько всего было произнесено на этой сцене: любое высказывание могло показаться слишком банальным. Отступать некуда. Лия слышит свой псевдоним и быстро выбегает на сцену. Всего три минуты, чтобы сделать все. Три минуты до того момента, как жизнь изменится. Девушка говорит быстро и много, спотыкаясь слишком часто. Шутки заходят через одну. Тем не менее, зал очень дружелюбен и старается поддерживать выступающую. Мигающий фонарик: знак того, что надо заканчивать. Пора. — Я не приветствую однополые браки. Если брак, то и на паркете, и на линолеуме. Хотя, кого я обманываю. Недавно, я познала, что такое любовь. Узнала, каково это. Тонуть в человеке, желать, чтобы каждая секунда вместе была бесконечной. Тая, ты выйдешь за меня? В зале гробовое молчание. Все боятся издать лишний звук, нарушить мучительное ожидание. Блондинка уже немного теряется, понимая, что все было зря. Желание перемотать время на пару минут назад. «Ох, как же это было глупо…» Отчаяние. Девушка собирается уйти со сцены. — Согласна. Мир снова приобретает краски. Звуковик включает музыку. Комедиантка уходит в толпу, в зал, к своей девочке, не слыша ни аплодисментов, ни свиста, ни подколов от ведущего. Этого всего не существует.