Счастливая неслучайность

Уилл приходил к этому решению долго и мучительно. Бессонными ночами, когда во дворе стрекотали цикады, стрелой носились летучие мыши и поблёскивали светлячки, он сидел под тусклым светом ночника и раз за разом выводил вызубренные слова, переставлял и менял их местами. Вчитывался в получившиеся строки, хмурился, комкал очередной тетрадный лист и разочарованно откидывал подальше от себя. А потом пытался снова и снова, пока кисть не начинала покалывать (по вине напряжения он всегда держал ручку до ненужного крепко), а глаза болеть от пристального вглядывания в злосчастный набросок. Уилл привык, что исход у таких вот занимательных посиделок всегда оставался одинаковым: измученный, он бросал жалкие попытки и ложился спать. Стараясь расправиться с туманными мыслями, потом долго пялился в потолок, расстраивался ещё больше и ничего не мог с собой поделать. День, когда Уилл решил прекратить трусить и отступать, наступил внезапно, и этой внезапностью плотно ударил под дых. Настроенный пугающе серьёзно, он понял, как глупо было изливаться в тупой записке и на что-то рассчитывать. Вдруг ему показалось, что куда подкупающе и проще было бы объясниться так. Вживую. Разговоры по душам всегда заканчивались лучше, чем возня с бумажным барахлом. С этими мыслями Уилл вновь сел за исцарапанный стол и принялся небрежно размашисто писать. Записка — отличный способ натолкнуть на откровенный диалог, и с этим вряд ли кто-то осмелится поспорить. Главное — не сдать назад в самый последний момент. Этого Уилл никогда себе не простит. На ватных ногах пройдя в класс, Уилл напряжённо огляделся, боясь обнаружить возможного свидетеля своего деяния. К огромному облегчению, никто из ребят не посчитал нужным припереться в школу за два часа до начала занятий, да ещё и просиживать штаны в душном кабинете. Относительно успокоившись и даже расслабившись, Уилл подошёл к столу, на котором небольшими горками возвышались две стопки рабочих тетрадей. Невероятное везение, пусть будет так, но тетрадь Майка, с большим деревом и восседающими на нём птицами, которую Уилл узнает из тысячи, спокойненько лежала наверху и сверкала позитивной обложкой. В кои-то веки привычка мистера Джеймса оставлять проверенные работы учеников на ночь в незакрытом классе оказалась невероятно кстати. Глубоко вздохнув, Уилл распахнул тетрадь и сунул свёрнутый листок внутрь. Боясь передумать, он спешно покинул класс, отбежал на безопасное расстояние и привалился к стене с покрасневшими от интенсивных передвижений щеками. Сердце бешено стучало в груди. Вот и всё. Теперь можно считать, что Майк знает. С момента признания прошло всего лишь три дня, но Уилл нагло соврёт, если скажет, что его жизнь не успела превратиться в чёртов ад на земле. Походы в школу давались, словно изощренное наказание за грехи в прошлой жизни. Каждый раз, прежде чем подойти к друзьям, Уилл долго стоял поодаль и смотрел. Майк вёл себя как обычный человек. Точнее, как обычный человек, не получавший никаких признаний и предложений обсудить проблему с глазу на глаз. Уилл ловил каждое слово, произнесённое другом, пытался отыскать скрытые послания, но Майк, как издеваясь, болтал до обыденного знакомо и привычно. Он рассказывал о Нэнси, поддерживал Лукаса и Дастина на тему игровых автоматов, улыбался Макс и, само собой, не переставал вспоминать Джейн, которая должна была начать ходить в школу со дня на день. Уилл с улыбкой на лице и болью в сердце слушал переживания друга о своей ненаглядной девушке. Майк произносил её имя при любой удобной возможности, не забывая расплываться счастливым киселём. Уилл кивал, что-то даже невпопад вставлял, а сам думал, что ещё чуть-чуть и точно развалится на части от пожирающего сердце горя и обиды. Как долго Майк продолжит делать вид, что всё в порядке? Что не было никакого письма? Что Уилл по-прежнему относится к нему не больше, чем как к лучшему другу? Это было совсем не в духе Майка Уилера, а поэтому пугало Уилла до подрагивавшего глаза и судорог в ногах. Он никогда не чувствовал себя так неспокойно, как сейчас. Даже воспоминания об Изнанке, всё больше похожие на страшный сон, медленно уходили в прошлое и таяли в круговороте обыденной суеты. Всё изменилось через пару дней, на длинной обеденной перемене. Вяло жуя мягкую булочку и почти не чувствуя вкуса, Уилл слепо смотрел перед собой и думал о сложности домашки, на которую вчера потратил непривычно много времени. Полупустой класс, с такими же перекусывающими притихшими одноклассниками, навевал лишь тоску и уныние. Хотелось оказаться среди друзей, слушать их смешки, переругивания и редко подавать голос. Покончив со скромным обедом, Уилл, вздохнув, скомкал липкую упаковку. Лукас и Майк были заняты любимыми девушками, а Дастин вовсе посчитал нужным не радовать школу своим присутствием. Беспросветная тоска и одиночество подкрались незаметно. Подперев голову ладонью, Уилл прикрыл глаза, рассчитывая немного вздремнуть, как прямо над ухом раздался громкий хрипловатый голос: — Байерс! Подъём! Моментально очнувшись, Уилл захлопал глазами и непонимающе уставился на извечно хмурого и недовольного одноклассника, нависшего над его партой тёмной тенью. — Тебя там какой-то старшеклассник. Понятливо кивнув и скомканно поблагодарив, Уилл непонимающе отправился к двери, по пути выкинув оставшийся после обеда мусор. И кому он мог понадобиться? Со старшеклассниками дружбы он никогда не водил. Ситуация делалась всё более странной. Немного волнуясь, Уилл вышел из класса и огляделся. Неподалёку, прислонившись к стене и скрестив руки, стоял высокий кудрявый парень. Заметив замершего в нерешительности Уилла, он странно усмехнулся и медленно сократил расстояние между ними. — Уилл Байерс? — Так точно. Стэнли Уриса, будущего выпускника и победителя всевозможных школьных олимпиад, Уилл узнал моментально. Они, не сговариваясь, подозрительно часто встречались друг с другом в школьных коридорах, библиотеке и буфете, но никогда не общались и даже не здоровались. Иногда Уилл видел его в местном книжном, разглядывающим энциклопедии, или в компании звезды баскетбола Билла Денбро, но, как всегда, не решался подойти: Стэнли казался недосягаемым не только в плане роста, но и вообще. Спокойный, сдержанный, сейчас он еле заметно улыбался кончиками губ, и Уилл всей душой желал узнать, что кроется за этой загадочной улыбкой. — Надеюсь, те дни, что я думал, ты не сильно волновался? — спросил Стэнли, с любопытством разглядывая Уилла вблизи. Тот непонимающе вскинул брови. — Мне нужно было какое-то время, чтобы всё взвесить. Вчера я окончательно понял, что не хочу говорить о «проблеме», как ты назвал своё признание, а хочу с тобой встречаться. — В-встречаться? — опешил Уилл, с огромным трудом соображая, что именно сейчас происходит и почему Стэнли говорит странные вещи, вникнуть в суть которых никак не получается. Урис спокойно пожал плечами: — Разве не такого исхода ты желал, подбрасывая мне это? Когда в его руках материализовался знакомый, аккуратно сложенный белый лист, у Уилла загудело в голове. В момент стало понятно, почему Майк делал вид, будто всё в порядке, и продолжал общаться с Уиллом как ни в чём не бывало. Он просто не получал проклятое послание. Пытаясь отчаянно понять, каким образом он умудрился так облажаться, Уилл потёр лоб. — Послушай, Стэнли… — Для тебя просто Стэн. Уилл сглотнул. — Хорошо, Стэн. Понимаешь, произошло… Стэн непонимающе склонил голову. Вдруг поблизости раздался знакомый смех. Переведя взгляд, Уилл замер: по коридору, улыбаясь друг другу, шёл его самый лучший друг со своей очаровательной девушкой. Майк, негромко рассказывая, крепко держал Джейн за руку. Улыбаясь, она изредка что-то уточняла и счастливо смеялась. Уилл отвернулся. У него не было шансов с самого начала. Стоило это понимать. — Итак, «произошло»? — привлёк внимание Стэн, ожидая окончание предложения. — Произошло то, что должно было произойти. — Уилл улыбнулся. — Я рад, что ты заметил меня. — На самом деле, тебя сложно не заметить. В груди разлилось тепло. Уилл почувствовал, как уши горят, а щёки наливаются краснотой. Ещё никто не говорил ему такого… — Мы могли бы… погулять после школы? Стэн кивнул: — Встретимся в парке неподалёку? Я уже посмотрел твоё расписание. Смущённо отвернувшись, Уилл согласно угукнул. Майк и Джейн медленно удалялись по коридору, словно подтверждая мысль о том, что ничего в этом мире не происходит просто так. Если признание получил не Майк Уилер, а Стэн Урис, значит, так надо было, и это даже к лучшему. Глубоко задумавшись, Уилл очнулся только тогда, когда почувствовал на своей щеке мягкость и нежность чужих губ. От неожиданности, он отскочил в сторону и вспыхнул с новой силой. — Ты милый, — констатировал факт Стэн и, усмехнувшись, двинулся к лестнице. Низко опустив голову, Уилл спрятал осторожную улыбку. А ведь точно. Всё, что случается, а тем более случается с ним, открывает новые двери и показывает горизонты. Иногда лучше позже протянуть руку, но протянуть её тому, кто не откинет, а ответно сожмёт в своей.