Все начинается с детства.

      Мыслил Юнги всю церемонию, посвященной новичкам, думал о том, как Ким смог учуять его запах, ведь он принял подавители. Омега был слишком задумчив, что не смог услышать голос своего друга – Чон Чонгука. Он тоже омега и поступил в один класс с Юнги.       — Эй, — Чон помахал рукой перед лицом Мина. – Земля вызывает. Прием. Прием.       — А? Что? – он посмотрел на друга растерянно.       — Боже, – Гук закатил глаза, вставая со стула. – Хватит витать в облаках. Либо ты встаешь и идешь со мной в класс, либо сидишь здесь один. Церемония закончилась минут десять назад.       Юнги резко поднялся и поплелся за Чоном, продолжая думать, и раздражать этим друга. Но самого Мина больше всего раздражало то, что он не может учуять запах хёна. Но скоро все изменится, течка все ближе и ближе, и это немного пугает.       Они зашли в класс, находя свободные места, сели вместе.       — В каких мыслях ты витаешь, а?       — Ни в каких, — Юн показал тому язык, улыбнувшись.       — Ребёнок… — друг вновь закатил глаза. Он уже давно сбился со счетов от количества вот таких выходок Мина. – Кстати, ты видел, какой красавчик был от старших классов? – но резко ударил себя по лбу. – Ах, точно. Кое-кто же был далеко не на церемонии, – было видно, что Чонгук обиделся.       — Ну, Гукки, — Юнги сделал милое лицо, какое только мог. – Прости, карамелька моя.       — Фууу, Мин Юнги, что за милости, а? – Чона перекосило от такого обращения. Наверное, именно сейчас он посчитал, что не нужно было говорить ему про свой запах. – Неужто на тебя так влияет приближающаяся течка?       — Не знаю, — тот тяжело вздохнул, понимая, что такое поведение для него не свойственно.       Мин Юнги — довольно замкнутая омега, которая не любила большие скопления людей и предпочитала ночным клубам мягкую кроватку. Возможно, поэтому он долгое время не находил себе друга из окружения омег. Хён же был всегда с ним. Нет, не 24/7, но при любой возможности они общались, а со стороны они выглядели, как парочка, но их связывали пока не эти чувства. Но омега определённо любил своего Тэтэ.       Ким Тэхен же привлекал внимание многих, не стесняясь это. Платиновые волосы и темные, как ночь глаза, в которых всегда пляшут озорные огоньки. Все это притягивало на подсознательном уровне. Нет, Ким не был бабником, хоть на него и вешались много омег. У Тэхена были отношения с омегой в первом классе старшей школы, но они закончились сразу же после того, как они переспали. Тэхен иногда с друзьями забегал в клубы, напиваясь и звоня Юнги, разговаривал с ним. Омега всегда волновался и ревновал (но он не признавал этого), думая, что он не дойдет до дома, или какая-нибудь омега затащит его в постель. Но все было совсем не так. Каждый раз по возвращению Кима домой, он вспоминал запах Юнги… мускатный орех, его любимый. После первой течки, он усилился даже таблетки не особо помогали, но так сильно ощущал этот запах только Тэ. Заваливаясь в кровать и закрывая глаза, перед ним стоят картины его снов. Грязных снов с Юнги в главной роли. Он представлял, как разложит его на этой кровати, как будет вдалбливать его в матрас. После таких фантазий, Ким с тихим стоном кончал себе на руку. И каждым разом держаться от омеги подальше было труднее и труднее.       Юнги же начал ощущать запах своего хёна и понял, что он попал. Конкретно так попал, потому что держать себя в руках было сложно. Сложно просыпаться со стояком по утрам, идти в душ и кончать с именем хёна на устах. Но они не понимали, кем являлись друг для друга. Ведь в современном мире все забыли слово истинность, даже сказок уже не найти.       Мускатный орех и пачули. Редкое, но такое отличное сочетание… В далёких временах это считалось благословением свыше. Но сейчас это просто два запаха, которые гармонируют, принося при смешивании яркое удовольствие.