Все начинается с детства.

       Комната Юнги была шикарной и светлой. Больше всего было персикового цвета, что был так ненавистен омеге, но Хосок не знал этого, он ничего не знал. Юнги поморщился, когда увидел посередине комнаты ковролин цвета миндаля с высоким ворсом, все было слишком сладким.       — Светлая тюрьма, — он грустно усмехнулся.        Омегу раздражало все, начиная с большой кровати, заканчивая белым потолком. Ему хотелось вернуться в комнату Тэтэ в общаге, к узкой кровати, к шуму за стенами. А здесь все давит, заставляет развернуться и сбежать, но нельзя. Не сейчас.

***

      Хосок не мог спокойно лежать, понимая, что Юнги здесь, стоит лишь протянуть руку. Долгие года ожиданий и мучений, наконец-то, закончены, он может жить, дышать полной грудью. Юнги здесь, и Чон не отпустит его никогда. Он усмехнулся, почувствовав вкус победы у себя на губах.       — Я всегда выполняю свои обещания, — прошептал он. — Ким Тэхен, ты проиграл. Каков же твой следующий шаг?       Чон Хосок никогда в своей жизни не проигрывал, идя окольными путями, он вырывал победу из рук оппонентов. Мало кто решался вступать с ним в схватку, боялись его, но не Ким Тэхен. Даже в начальных классах он пытался противостоять Чону по детски, конечно, но был опять-таки единственным.       Хосок чувствовал превосходство над другими альфами, когда сравнивал себя с ними. Он умнее, богаче, красивее, имел запах мяты. Альфа никогда не жаловался на недостаток внимания, всегда вокруг него была толпа омег, которые мечтали прыгнуть в его постель, но ему нужен был лишь Юнги, а тот не обращал на него никакого внимания. Чона всегда злило, что омега предпочитал Тэхена, чем его. Следя за Юнги, Хосок понимал, что играет с огнем, но ничего не мог с собой поделать. Его влекло к нему, как мотылька к свету.       Из тяжких дум его вырвал тихий всхлип из соседней комнаты. Хосок подорвался с постели и рванул в коридор, учуяв запах Юнги, он понял, что у того течка. В его лёгкие проник запах мускатного ореха, выбивая чистый воздух. Сейчас он мог дышать лишь этим запахом, лишь этой омегой. Чуть с вырвав с петель дверь, он влетел в комнату, но замер, как только увидел Юнги, который свернулся в клубочек и тихо поскуливал. Он сильно поджал под себя ноги, уткнувшись лбом в коленки. У Юнги болит все тело, невыносимо больно даже дышать. Он пытается сделать вдох, но лёгкие не раскрываются. Они горят.       — Юнги, — альфа упал на колени возле него. — Что болит? Что случилось?       Рациональный альфы, которого боятся все, не понимал, что происходит. Час-два назад все было хорошо, относительно хорошо, но омега чувствовал себя прекрасно. Хосок был в панике, впервые он не понимал, что нужно делать. Его мозг отключился в тот момент, когда он увидел Юнги, который стонет от боли.        Как только омега почувствовал запах альфы, перечная мята будто резко ударила ему в нос. Юнги пытался отодвинуть от альфы, от его запаха стало только хуже. На первый взгляд может показаться, что из-за блокаторов ухудшилось состояние омеги, но все было намного хуже. У Юнги жар, он начал бредить, бормоча имя Тэхена. Он звал своего хена, свою любовь.        Хосок очнулся и вызвал скорую, пытаясь точно объяснить, что происходит с омегой. Тут он понял, что не справляется ни с чем, Тэхен бы смог. Но Хосок дал себе пощечину, чтобы прекратить думать об этом.

***

       Тэхен смотрел в одно, думая о том, как сейчас его омега, спит ли он? Покормил ли его Хосок? Юнги на ночь всегда любил выпивать стакан молока с малиной. Годы идут, а внутри он остался таким же ребенком. Мир Тэхена крутится вокруг солнца с именем Юнги, он не мог представить себе жизнь без него, без его яркой улыбки, холодной кожи. Солнце уже начало прятаться за многоэтажными дома, чьи окна отражались заходящее солнце. Абсолютно все напомнило о Юнги, даже одежда, в которой был Тэхен, была подарена омегой. Альфа не мог так, ему плохо, очень плохо.

***

       — Господин Чон, — к альфе подошёл доктор. — На моей практике не было ещё ни одного случая, когда мы не могли поставить диагноз. С омегой происходит то, что нам неизвестно. Нет, прекратите меня сжигать взглядом. Давайте присядем, — он махнул рукой на мягкие стулья в коридоре. — Когда я ещё был студентом, нам рассказывали, что раньше были истинные пары. Они были рождены друг для друга, но в последствии все позабыли об истинности. Эти пары чувствуют друг друга на расстоянии, замечают абсолютно все изменения в паре. Нынешнее состояние омеги предполагает, что ее пара умирает, господин Чон.