Спецотдел. Охотник

Гарри медленно шёл по оживленным улочкам, бросал ленивые взгляды на вывески, на прохожих, прятал нервозность в сжатых кулаках, затолкав их поглубже в дурацкие джинсы. Его не покидало ощущение, что все идёт не по плану, хотя краем глаза он видел Блейза и Стейси, которые старательно изображали парочку и перемещались вслед за ним. Смутное беспокойство тоже шло по пятам. Гарри знал, как привлечь внимание Охотника, чтобы он клюнул на приманку не задумываясь, поэтому просто ослабил ментальные щиты, сконцентрировался на дыре в собственной душе и почти захлебнулся тоской и болью утраты. Он никогда и никому не рассказывал, что именно испытывал во время «ломки». Отчасти ощущения были похожи на атаку дементора, и это не удивительно, удивительной была боль. Фантомная нарастающая, она не давала здраво мыслить, загоняла в угол. Из-за неё дрожали руки и зубы начинали стучать. Гарри сжимал их так сильно, что раздавался мерзкий скрип, и болела челюсть. Оглушенный, он сразу потерял счёт времени, забыл куда идти, почти не понимал, зачем он бродит в холодном тумане по грязным улицам, когда…

***

Я снова здесь. Это опасно, чувствую, что опасно, как никогда. Инстинкты вопят, но жажда сильнее. Амулет на шее жжёт каленым железом, и я спешу. Не вглядываюсь в лица, не смотрю по сторонам — это уже не нужно. Моя цель тянет, как магнит, раздражает, как красная тряпка, меня лихорадит. Так не должно быть, это пугает. Я иду так быстро, что грязь из-под ботинок пачкает полы плаща чуть ли не до колен, сердце моё колотится о ребра и о барабанные перепонки разом, я не слышу ничего, кроме этого нарастающего грохота. Я достаю палочку не скрываясь, бью в спину заклинанием того, за кем пришёл в этот раз. В этот последний раз. Я знаю, что обречён, знаю также точно, как и то, что не остановлюсь, чтобы спасти свою жизнь. Я подхватываю его бережно, прижимаю к себе. Моя самая важная цель, апогей моей охоты. Это больше, чем любовь, сильнее, чем жажда, ярче, чем ярость. За это я готов умереть. Я веду его в Святилище. Туда где мы встретим свою смерть.

***

Ветер легко проходил через согревающие чары, и Драко раздражённо обновлял их, не спуская взгляда с людей на улице. Он уже выучил лица торговцев наркотиками и проституток, которые не покидали своих мест. Самым сложным заданием было не сверлить взглядом затылок Поттера, а следить за ситуацией в целом. Крыша, на которой расположился Драко, была ужасно неудобным местом для слежки: завернутый в мантию-невидимку, он боялся сделать лишнее движение, чтобы не выдать себя, ведь растущая из воздуха нога или рука смотрелись бы очень подозрительно. Оставалось только крутить головой, чтобы разглядеть прибывающих. Драко всем своим существом чувствовал, что с Гарри что-то не так: тот путал маршрут, часто останавливался, он явно был напряжен. Малфой отыскал взглядом Забини и Витт: лицо Стейси было необычайно бледным, она на автомате гладила Блейза по щеке, отыгрывая свою роль. Драко почти вернулся к Поттеру, когда увидел, как Стейси словно закаменела на мгновение. Он проследил за её взглядом и увидел двух мужчин в темноте переулка. Проезжающая машина на пару секунд осветила лицо одного из них. Драко втянул воздух сквозь стиснутые зубы, лег — почти рухнул — на крышу, доставая телефон. Нужно было немедленно позвонить Грейнджер и сообщить ей, что Флинт здесь. Уже нажав на кнопку вызова, Драко обнаружил, что Гарри исчез.

***

Гермионе часто приходилось бегать как от опасности, так и вслед за ней. Но так она, кажется, ещё не бежала никогда. Звонок Малфоя сломал хлипкий карточный домик их плана, разметал его по ветру. Аналитический ум пытался выстроить схему с учётом новых вводных данных, но паника мешала сосредоточиться. Драко потерял Гарри из виду, Блейз и Стейси не выходили на связь, Аврорат устроил свою засаду. Гермиона столкнулась с кем-то на бегу, едва не упала, а выпрямившись почувствовала, как в сонную артерию упирается кончик волшебной палочки. — Финиш, мисс Грейнджер, — ухо опалило горячим дыханием. Гермиона отчаянно рванулась вперёд, и наступила темнота.

***

— Стейси, скорее! Позвони Малфою, я наберу Грейнджер… Стейси? — Блейз удивлённо посмотрел на руку девушки, которая перехватила его за запястье, удерживая. — Т-с-с, иди сюда, — тихо и напряжённо прошептала Витт, утягивая Блейза за угол здания, в тёмную подворотню. Забини машинально поддался и уже открыл рот, чтобы спросить, что происходит, когда вспышка Ступефая уложила его на асфальт. Витт присела рядом с ним, забрала телефон из сжатых пальцев, положила его в сумочку и аккуратно уложила голову Блейза себе на колени. — Так тебе будет удобнее, ты же не ушибся? Мы просто подождём здесь. Стейси ласково перебирала тёмные блестящие пряди волос, гладила, успокаивая. — Я не хочу, чтобы ты случайно пострадал, а мы оба знаем, что ты в горящий дом за Гарри бросишься, — Стейси грустно улыбнулась. — Ты не думай, что я плохая, я хочу, чтобы все было правильно. По щеке Блейза скатилась слеза, прочертив мокрую дорожку от внешнего уголка глаза, и исчезла в волосах на виске. — Прости, Блейз, прости. Так будет лучше. И с Гарри все будет хорошо, я уверена. Стеси прикрыла глаза и сжала зубы. Уверена она совсем не была.

***

Драко оставил попытки дозвониться до Блейза и Стейси. Сложившись едва ли не вдвое под мантией, он осторожно пробирался по узкому переулку, где видел их — и Гарри — в последний раз. Ему удалось справиться с паникой, чтобы не натворить глупостей, и Драко собирался гордиться этим, когда все закончится. Сейчас же нужно было понять, что происходит и насколько все плохо. Проходя мимо грязной подворотни, едва заметной в сумерках, Драко услышал знакомый голос и замер, не дыша. — Прости, Блейз, прости. Так будет лучше. И с Гарри все будет хорошо, я уверена. Драко заглянул за угол и увидел оглушенного Забини на грязном асфальте. Его голова лежала на коленях у Стейси, которая гладила его по волосам. — Инкарцеро! — Драко сделал первое, что пришло ему в голову, еще не осознав даже ситуацию до конца. Магическая верёвка опутала Витт по рукам и ногам, и девушка рухнула на бок, громко вскрикнув. Драко в два шага преодолел расстояние между ними и вздернул Стейси за волосы, чтобы видеть её лицо. — Рассказывай, — приказал он. Витт молчала, упрямо сжав губы, дрожащие от страха. — Я запытаю тебя до смерти, клянусь. Я метку не за красивые глаза получил, — прошипел Драко. Он действительно хотел этого, хотел бросить в нее Круцио и наслаждаться её болью, пока предательница не умрет от болевого шока. Это помогло бы ему успокоиться. Глаза Стейси наполнились ужасом, дыхание сорвалось, и она заговорила.

***

Гарри лежал на спине, оглушенный Ступефаем, он мог лишь смотреть в потолок. Сердце билось медленно и неуклюже. Он чувствовал, как чужие холодные пальцы шарят по его телу, расстегивая одежду, пытаясь даже принести удовольствие. Гарри рассмеялся бы, если бы мог. — Сейчас, осталось немного. Действие заклинания ослабнет, и мы начнём переход в вечность. Моя прощальная гастроль, — истеричный смех откуда-то слева, и дрожащая рука на щеке. То ли погладить хотел, то ли ударить, но замер на середине. Гарри боролся с оцепенением, он уже мог пошевелить пальцами правой руки. Даже составил план дальнейших действий. Но сухие холодные губы, внезапно прижавшиеся к его губам, вызвали такое отвращение, что все мысли вылетели из головы. На мгновение Гарри увидел перед собой худое изможденное лицо Охотника с лихорадочно блестящими карими глазами. А потом стало темно и нечем дышать, потому что тело убийцы упало на Гарри, придавив всем весом. В этот момент Гарри почувствовал, что может двигать всей правой рукой. — Добрый вечер, мистер Поттер, — раздалось откуда-то сверху, и зрение вернулось — труп Охотника (а Гарри был уверен, что он мертв) оттащили в сторону. — Рад вас видеть. Над Гарри склонился сам Главный аврор. — Я не буду произносить речь, ладно? Время поджимает. Но хотя бы коротко объяснюсь: вы сегодня — сейчас — умрёте, Малфой — умрет, остальным мы подкорректируем память, и Герой превратится в сумасшедшего преступника. Коим вы и являетесь. — Что? — Гарри услышал дрогнувший голос Рона. — Так мы не договаривались. — А как ты думал, Уизли? Зачем мы здесь? — раздраженно отзвался Флэмм, — Не прикидывайся дураком, ты знал на что идёшь! — Нет! Не на убийство! — глаза Гарри ослепила красная вспышка, и что-то — кто-то — упал. — Идиоту мы память тоже подчистим, — заверил Флэмм. Что происходило дальше Гарри не видел, заклинания заполнили светом все помещение, но голоса Драко и Блейза слышал отчетливо. Началась схватка. Гарри с трудом отполз в угол, тело все ещё было деревянным. Мозг лихорадочно работал, но бойня была нешуточной — Драко отбросило в каменную стену и он вскрикнул от боли, по лицу Блейза стекала кровь из рассеченной брови, левая рука висела плетью. Гарри глубоко вдохнул. Всё. Он сжал в ладони Ловец душ, который успел сдернуть с шеи Охотника, в момент его смерти, прорывая кожу и пачкая своей кровью. Амулет немедленно раскалился и засиял, вливая слепящий белый огонь в тело Гарри. Так просто. Бесконечное могущество. Поттер поймал испуганный взгляд Драко и улыбнулся. Лёгкий пасс рукой, и Малфой с Забини исчезают из помещения через принудительную аппарацию. В груди взрывается боль. Гарри встаёт, пошатываясь. Время замерло для него, или просто так кажется, потому что все четверо человек в помещении застыли на своих местах, Рон Уизли валяется на полу рядом с телом Охотника. Еще одно движение руки (кровь вскипает от боли), и Главный аврор со своими подельниками прошибают стены, разлетаясь в стороны. Гарри не волнует, живы ли они. Он идёт, оступаясь, упрямо сцепив зубы, идёт туда, где чувствует что-то родное. У входа в заколоченный бар, рядом с исписанной граффити стеной, Гарри находит Гермиону. Она без сознания, но дышит. Ещё одна вспышка боли, и Поттер отправил Гермиону на Гриммо. Сил больше нет. Ни магических, ни физических. Он тяжело осел на землю и закрыл глаза. Осталось только подождать.