Cahir Mawr Dyffryn aep Ceallach;

В лучах летнего солнца Город Золотых Башен казался поистине сказочным местом, по крайней мере верхняя его часть. Императорский дворец отливал всеми цветами радуги, вызывая эстетическое удовольствие для художников, коих здесь было немало, и неподдельное удивление приезжих вояк. Их - то лица и веселили молодого Кагыра, которому и раньше представлялась честь видеть императорские владения. Он гордо шагал за командиром гарнизона, весь в черном, с золотым солнцем на груди. Флюгер, близ которого прошла колонна, заскрипел. Темные непослушные волосы раздул прохладный ветер, юрко пробрался через плотные ряды солдат. Такое не могло не радовать, южане привыкли к солнцепеку, их черные одежды, ставшие отличительной чертой столичных обитателей, являлись буквально насмешнкой для них самих. — Arse, — выругался мужчина, стоявший неподалеку, — Feainne... Ghoul y badraigh mal an cuach. — И правда, — подумал сын Кеаллаха, поскорее бы спрятаться от палящих лучей. Нильфгаардская лимонная, распитая с боевыми товарищами часом ранее, уже выветривалась из головы, освобождая место тревожным раздумьям. Неспроста император Эмгыр собирает вокруг себя огромное войско. Цели этого правителя всегда оправдывают средства. Сегодняшний день может стать решающим, молодой солдат еще никогда не отъезжал далеко от своей провинции, но жаждал увидеть настоящую войну с северянами. Виковарская княжна Маур, с малых лет подначивала сына к битвам против "проклятых нордлингов". Он помнил, как слезно клялся перебить каждого виновного в смерти брата, поотрубать головы и насадить на пики возле их же домов. А виноваты, по мнению матери, были они все.

***

— Зачем сюда ходить... — заворчал Стефан, — Когда и так все видано-перевидано? Эти гражданские. Только место занимают, уже не протолкнуться. — Когда Император говорит, каждый хочет услышать о его планах из первых уст. Максимум — из вторых, — усмехнулся Родрик, явно намекая на Ваттье де Ридо. И их можно понять. Кагыр всегда с особым трепетом проходил во дворец, а при виде Эмгыра вар Эмрейса даже терялся. Юнец, мечтающий заполучить расположение императора. Таких сотни, но лишь он добьется своей цели. Эти стены знают имя его отца, знают о подвигах семьи Кеаллаха. — Доволен, что родился благородным, парень? — вновь подал голос Стефан. Он сверлил взглядом лицо солдата, будто читая его мысли. Конечно, это было не так, ведь для столь глубокого анализа требуется острый ум, которым нильфгаардец явно обделен. Виной этому вопросу лишь странное совпадение. — Для меня честь представлять свой дом и своё имя, — сухо ответил Кагыр. — Как и для любого богатого нильфгаардца. — Я не нильфгаардец, я из Виковаро. — И пусть, — отмахнулся собеседник, скривив и без того кривое лицо, — Там, куда нас зашлют, тебя все равно назовут Чёрным. — Война есть война. — Ничего ты не знаешь о настоящей войне с дикарями. А я там был. Ел с ними за одним столом, говорил на их языке, а после убивал. Ради нашей империи, чтобы вернуться домой. — Что - то не слышал я о твоих великих подвигах. — Солдат всегда умирает никем. А ты уж размечтался. Дурной настрой Стефана ничуть не омрачил мысли аэп Кеаллаха. Он точно знал, что отправится на страшную бойню, пережить которую удастся далеко не всем, чтобы, вернувшись, быть представленным лично Императору. Эмгыр вар Эмрейс, Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд посадит его перед собой и даст задание. Задание, которое изменит всю его жизнь. Впрочем, чего еще ждать от необстрелянного новичка?