Часть 1
18 августа 2018 г., 13:43
Всё началось чуть больше двух лет назад. 29 тур, конец сезона, матч Зенит-Локомотив. Дополнительное время. Напряжение на поле стоит такое, что кажется, будто от неудачной искры все взлетит на воздух. Матч выдался тяжёлым. Девяносто минут и два гола. Оба с пенальти. Ничья. А победа сейчас важна как никогда. Обе команды готовы землю грызть, но вырвать себе победу. Но иногда простого желания не хватает. Времени остается всё меньше, оно утекает сквозь пальцы. А Зенит снова в атаке.
Для Лёши тяжёлым выдался не только этот матч. Тяжёлыми выдались последние месяцы. Он остался без Антона, наверное, впервые в своей жизни. Брат уехал в Левадию, и… Лёша, несомненно, рад за него. Антон заслужил того, чтобы оказаться наконец на поле, а не смотреть на победы близнеца со скамейки запасных. Но они не виделись уже два месяца, и это слишком сложно. Хочется бросить всё и полететь в Эстонию, оказаться рядом с братом. А Антону… ему будто бы не сложно. Он улыбается во время их разговоров, радостно рассказывает о том, как проходит адаптация, делится рассказами о тренировках, хвалится играми. И Лёша чувствует себя ненужным.
И поэтому Миранчук всё чаще срывается. Вот и сегодня. Он уже заработал жёлтую карточку, получил её всего три минуты назад. Лёша должен успокоиться, взять себя в руки и доиграть этот матч. Потому что впереди ещё один. Последний. А он же хочет выйти на поле в последний раз за сезон. Но он не сдерживается. Делает глупость.
Денисов играет слишком грубо, и нападающий Зенита оказывается на земле. Раздаётся свисток судьи, Зенит тут же вновь идет в атаку. Они спешат, потому что времени всё меньше. А судье спешить некуда, он вновь свистит и тут же вручает уже вторую жёлтую за эту минуту. В любой другой момент споры длились бы долго. Сейчас все слишком торопятся. Нужно вновь идти в атаку. Пока не закончилась игра, пока есть шанс вырвать победу.
Лёша уже на пределе. Его едва держат ноги, он устал и слишком хочет, чтобы всё закончилось. А Зенит хочет бить штрафной совсем не оттуда, откуда надо. И поэтому Миранчук просто пинает ногой мяч, отправляя его в нужную точку. И это становится той искрой, после которой всё взрывается.
К нему бежит, кажется, весь состав Зенита. Они что-то кричат, толкают его. Свои встают на защиту. И вот уже на поле не только оба клуба, но и вся скамейка запасных, тренера. Все кричат, ругаются, спорят. В ушах у Лёши стучит кровь, он уже не понимает, что происходит. А потом взгляд цепляет Дзюбу. 22 номер Зенита страшный. Он просто огромный: высокий и широченный. И сейчас Артём выглядит таким разъярённым, что Лёша уже не уверен, кто в команде сине-голубых на самом деле Халк. А ещё он кричит на Лешу: «Я тебя поймаю, слышишь?!». Кричит так громко, что Миранчук отчётливо слышит это через весь остальной шум. И по коже бегут мурашки. Потому что он понимает: поймает, обязательно поймает. Но Дзюбу держат, самого Лёшу почему-то тоже держат. А потом Алексей получает вторую желтую карточку и покидает поле, так что им с Дзюбой больше не суждено встретиться на поле. Но он всё равно поймает. Лёша уверен.
А через год они снова встречаются на поле. Во время игры бояться нельзя, и Лёша забывает о том, как пугает его огромный нападающий Зенита. И он идёт в атаку так, чтобы быть подальше от Артёма просто потому, что так удобнее. Причина только в этом. Но вообще они не так уж часто встречаются на поле. Дзюба держится поближе к воротам Локомотива, а сам Лёша стремится оказаться на половине поля Зенита. Так что никто даже не замечает страха Миранчука. Никто, кроме Антона, потому что брат замечает всё. Но Лёша лишь отмахивается в ответ на его вопросы. Он взрослый мужчина, ему положено ничего не бояться, и поэтому он врёт, что всё в порядке. Антон явно понимает, что это ложь. Но не лезет, позволяет разобраться со своими тараканами самому.
А потом второй матч против Зенита и Артёма в частности. И Лёша думает о том, что он справился. Миранчук забивает в том матче, Локомотив громит Зенит со счетом 3:0. Пока он может обыгрывать Дзюбу на поле, ему нечего бояться.
А потом наступает 2018 год, Чемпионат мира в России. И осуществляется их с братом… нет, любого футболиста, мечта – представить свою страну перед всем миром. Да ещё и дома. Он радостно кричит что-то, когда читает списки, и впервые понимает, что действительно приглашён в сборную. Что сможет сыграть под флагом своей страны. А потом резко меняется в лице, когда видит знакомую фамилию в списках. Артёма Дзюбу тоже вызвали. Как можно победить на поле того, кто играет с тобой в одной команде?!
***
В команде очень важна сплочённость, а особенно она важна в сборной. Весь год вы противники: сражаетесь на поле друг против друга, конфликтуете, ругаетесь. А потом вам вдруг нужно стать одной командой и дружно защищать цвета своей страны. Забыть о ссорах и довериться друг другу на поле, поддерживать и помогать тому, против кого играл ещё пару недель назад. Игроки держатся обособленно. Общаются с футболистами своего клуба или с теми, кого хорошо знают. А тренерам важно переломить это недоверие, собрать из кучки соперников команду, единый организм. Лучше всего влиться получается у Дзюбы. Артём, кажется, просто не помнит о том, что они тут из разных команд. Открытый и весёлый, он тянется ко всем вокруг. Лезет обниматься к Акинфееву, шутит над акцентом Черышева, расспрашивает Смолова о его татуировках, даже неумело говорит Фернандесу что-то на португальском, вызывая у парня смех то ли своими словами, то ли жутким произношением. В общем, ведёт себя так, будто дружит со всеми людьми, собравшимися играть за Россию. Лёша наблюдает за этим со стороны и недоумевает. Как может этот человек, так пугающий его на поле своим взглядом и звериной яростью, быть таким… милым в жизни? Это никак не вписывается в его представления об Артёме, и Лёша всё ждёт какого-то подвоха. Ждёт, что в какой-то момент всё станет как прежде, и Артём снова превратится в того ужасного человека, что орал ему «я тебя поймаю». И поэтому держится подальше от Дзюбы. Обходит его стороной во время тренировок и не контактирует за их пределами. А Артём будто преследует его. То и дело норовит оказаться поближе, коснуться, потрепать по волосам, приобнять. А у Лёши каждый раз сердце замирает, и он пытается сбежать побыстрее. Антон терпит это ровно три дня. А на четвёртый наконец спрашивает Лёшу в чём дело. Он отнекивается около получаса. Неубедительно врёт что-то невнятное, пытается перевести тему, глупо шутит. Но Антон настаивает, потому что в этот раз все серьёзно. Это уже не один матч, в котором брат ведёт себя странно. Это чемпионат мира и им никак нельзя позволить себе глупости. Потому что на них будет смотреть вся страна, нет, весь мир, и они должны показать всё, на что способны. И в итоге под напором брата Лёша сдаётся и рассказывает обо всём. И о том матче, который брат наверняка видел, и об угрозах Артёма, и о том, что теперь форвард упорно преследует его. Брат слушает Лёшу внимательно, а потом подводит итог: — То есть, два года назад ты пнул мячик, так? И Артём наорал на тебя в порыве эмоций. И теперь ты считаешь, что он пронес злость за этот поступок через время, специально ради тебя с таким трудом попал в сборную и теперь планирует тебе отомстить? Из уст Антона это всё звучит как форменное безумие. Как будто бы Лёша сошёл с ума и напридумывал себе того, чего никак не может быть. Как будто Лёша параноик. Но он ведь знает, что он ничего не придумал. Просто Антон не видел лица Дзюбы в тот момент, вот он и не понимает. Лёша ничего не отвечает, но они на то и близнецы, что Антону не требуется ответа. Он тяжело вздыхает и устало трет переносицу: — Почему мой брат такой идиот? Да не тронет тебя Дзюба. Он не псих и не дурак, чтобы своих же бить.***
А на следующий день к нему подходит Дзюба. Рядом никого нет и отступать некуда, поэтому Лёша замирает на поле как лань и ждёт удара. А Артём улыбается широченной улыбкой и говорит: — Привет, мелкий, — потом щурится мгновение и осторожно уточняет: — Лёша ведь, да? — Вообще-то, я Антон, — вырывается у парня против воли. Против Антона Дзюба же ничего не имеет? У Артёма становится какое-то растерянное лицо. Он смотрит на парня внимательно, переводит взгляд на шею и Лёше хочется прикрыть родинку, но он сдерживается. — А, ну, ты это, прости, не признал, — улыбается Дзюба, а потом радостно продолжает: — Блин, это, должно быть, так круто иметь близнеца, да? Вы когда-нибудь этим пользовались? Обманывали кого-нибудь, прикидываясь друг другом? За спиной раздается хихиканье, и Лёша чувствует, как на его плечо опускается рука Антона. Брат, который явно слышал хотя бы часть разговора, с усмешкой отвечает Дзюбе: — Нет, ты что. Мы никогда не врём о том, кто из нас кто, — и многозначительно смотрит на Лёшу. А Лёша делает большие глаза и просит не выдавать его. — Лёша, — расплывается в улыбке Дзюба. — А я с тобой поговорить хочу. Пошли со мной. И Лёша тут же начинает паниковать. Потому что Дзюба хочет куда-то увести его брата, которого он считает Лёшей, а ведь он затаил на Лёшу злость. То есть, сейчас он подставляет Антона, и тот может пострадать из-за непутёвого близнеца. — Прости, мы спешим, — «убедительно» врёт Лёша и, схватив брата за руку, утаскивает его в сторону. — И куда это мы спешим во время тренировки? — смеется Антон, когда они отходят от удивлённого Дзюбы. — В магазин за сигаретами? — он внезапно хмурится и говорит: — Хватит уже разводить этот цирк. Это глупо. Ты взрослый парень, перестань уже от него бегать. Подойди и поговори с ним нормально. Уверен, что он и сам подтвердит тебе, что не таит обиды. — Я… да, — Лёша косится на Дзюбу, который уже забыл про близнецов и сейчас гоняется по полю за Головиным, пытаясь облить того водой из бутылки. — Хорошо. Я поговорю с ним. Но потом, хорошо? — Главное, чтобы это случилось в этом году. А ещё лучше, чтобы до начала мундиаля, — устало отвечает брат.***
В следующий раз он видит Дзюбу в тот же вечер после тренировки. Лёша выходит из душа, вытирая волосы, и видит Артёма, разговаривающего с его братом. На Дзюбе одно лишь полотенце, висящее на бёдрах слишком низко. И без одежды нападающий сборной России кажется ещё более огромным, хотя, казалось бы, куда уже? Он активно размахивает руками и что-то агрессивно говорит Антону. Брат, кажущийся маленьким и хрупким рядом с Дзюбой, выглядит растерянным и, кажется, пытается оправдываться. Вот он! Вот тот момент, когда коварный форвард Зенита решил отомстить за случившееся два года назад. И жертвой его, по вине Лёши, стал Антон. Миранчук не сможет простить себе, если из-за его лжи пострадает брат. Так что парень героически бросается грудью на амбразуру. А точнее, втискивается между двумя парнями, слишком сильно прижимаясь к оголенному торсу Артёма. Его появление тут же прерывает спор. Странно, если не прервало бы. — О, привет, Антон, — широко улыбается ему Дзюба. Лёша смотрит на нападающего снизу вверх и глупо залипает на его мышцах. Конечно, только по причине того, что его этими мышцами будут бить, в случае чего. Но не мышцами груди, конечно… но вы поняли. Или нет. Лёша и сам не понял. — Привет, — не находит ответа умнее Лёша. — Ругаетесь? — Да нет, все супер, — снова улыбается Дзюба. Он вообще хотя бы иногда не улыбается? Ах да, он не улыбается, когда угрожает Лёше. — Правда, Лёша? Он как-то по особенному выделяет это имя, и Лёша тут же оборачивается на брата, пытаясь понять, что происходит. Антон растерянно улыбается и кивает, подтверждая, что в порядке. — Ну мы тогда пойдём. Лёша поспешно хватает брата за руку. Потому что он слишком долго стоит прижавшись к голому мужику и это уже становится странным. Они отходят в другой конец раздевалки и Лёша тут же требует объяснений: — Он тебе угрожал, да? Он все помнит? Он хотел отомстить? Антон устало вздыхает и мотает головой: — Да не угрожал он мне. Мы просто мило побеседовали о… погоде. Брат явно врёт и даже не пытается этого скрывать. Наверняка, Дзюба ему угрожал. А Антон защищает брата и поэтому ни о чём ему не говорит. Но ничего, Лёша и сам всё понял. И примет меры. Нужно только придумать, какие именно.***
— Эй, — Лёша подходит к Дзюбе на поле во время утренней тренировки, всеми силами стараясь казаться больше и внушительнее. Артём окидывает его удивлённым взглядом сверху вниз и неуверенно улыбается. — Не приставай к моему брату! На них удивлённо смотрит уже половина сборной. Вторая половина находится слишком далеко и пока ничего не заметила. Лёша думает о том, что, возможно, выбрал не самое лучшее место для разборок. Но… не будет же Дзюба бить его на глазах у всей сборной? — А я приставал к твоему брату? — удивлённо спрашивает нападающий, а Лёша краем глаза видит, что к ним с другого конца поля уже спешит Антон. Чёрт, он думал, что у него будет чуть больше времени, прежде чем брат заметит. — Не делай вид, что ничего не понимаешь. Не лезь к Лёше. И после этих слов Артём вдруг улыбается. И этого Лёше хватает, чтобы понять: у Дзюбы точно есть какой-то коварный план и прямо сейчас он его, как типичный злодей, выдаст. И именно в этот момент рядом оказывается брат. Хватает Лёшу за плечи, встряхивает со всей силы и резко говорит: — Прекрати. Это уже несмешно. Сейчас на них уже точно смотрит вся команда. Фернандес что-то спрашивает у Черышева, а тот пытается объяснить бразильцу причину конфликта, которую и сам не понимает. А ещё к ним приближается разъяренный Черчесов. Который явно совсем не доволен тем, что Лёша срывает тренировку и портит командный дух. — Извинись, — яростно шепчет ему Антон на ухо. Вряд ли их выгонят из сборной, но вот на поле могут и не выпустить. И огребут, конечно, оба близнеца, потому что так было всегда. Косячит один, а наказывают двоих, чтобы точно не попутать виноватых. — Что у вас тут происходит? — гневно спрашивает Станислав Саламыч, и Артём скромно тупит глазки. Будто не он только что нахально улыбался Лёше. Вот чёрт! — Извините, — начинает оправдываться Антон, который вообще не виноват в ситуации. — Всё в порядке. Просто мы немного поспорили. Но всё уже хорошо. Да, братик? Он больно сжимает плечо Лёши, и парень послушно кивает, всем своим видом показывая, что всё уже в порядке и у него нет совсем никаких претензий к Дзюбе. Черчесов окидывает их оценивающим взглядом, решая, что делать с тремя оболтусами в своей сборной, вздыхает и отходит в сторону. — Чего встали?! Продолжаем тренировку!***
— Мы не закончили. Дзюба ловит его на выходе из раздевалки, хватает за плечо и прижимает к стене. Нависает сверху, просто задавливая своим ростом и пугающей аурой. Сейчас он уже не улыбается и выглядит удивительно серьёзным. И Лёша думает о том, что всё стало только хуже. Раньше этот ужасный нападающий таил злобу только на одного близнеца. А теперь, наверняка, хочет покалечить двоих. — Ты сказал мне не лезть к Лёше. Иначе что? Дзюба хищно ухмыляется, а потом вдруг резко отпускает плечо парня и делает шаг назад, давая Лёше пространство. Миранчук поднимает на мужчину глаза, пытаясь понять, с чего вдруг такая доброта? Взгляд у Дзюбы… будто бы виноватый. Нет, наверняка, Лёше показалось. — Иначе я тебя… — голос звучит как-то слишком высоко, и Лёша откашливается: — Иначе пожалеешь. Дзюба хмыкает и удивлённым голосом спрашивает: — И что же ты мне сделаешь? На этот вопрос у Лёши нет ответа. Что он может сделать Дзюбе, который выше его на 15 сантиметров и, кажется, в два раза шире в плечах? Пнуть его и убежать? Пауза излишне затягивается, и Лёша понимает, что теряет преимущество в этом споре. Как будто оно у него было раньше. Сложно преобладать в разговоре, когда тебя прижимает к стене двухметровый амбал. А потом происходит то, что ну вот совсем не вписывается в план Лёши. Не то чтобы в его план вписывалось всё то, что происходило в коридоре до этого, но вот теперь… теперь у него просто нет плана. Потому что Дзюба вдруг подается вперед, наклоняется и неловко касается губ Лёши своими. Неловко, потому что в последний момент Лёша начинает что-то подозревать и пытается увернуться. Не успевает избежать поцелуя полностью, но он приходится куда-то в уголок губ. И он уже готов кричать, отбиваться и кусаться, но Дзюба вдруг отходит назад, смотрит как-то странно и бормочет себе под нос что-то невнятное. На мгновение Лёше кажется, что это извинения. Но не может же Дзюба перед ним извиняться? Не может же Дзюба извиняться перед ним за поцелуй? Не может же Дзюба его поцеловать? Чёрт! Кажется, он всё же сошёл с ума. А ведь Антон его предупреждал! А Артём тем временем уже позорно сбегает с поля брани. И Лёша, кажется, должен чувствовать себя победителем, ведь это он тут гордо остался стоять в коридоре, вот только… губы горят в том месте, где их коснулся поцелуй, ноги глупо трясутся, и парень совсем не чувствует себя победителем.***
Лёша долго не может осознать, что же произошло. Как такое могло случиться? Почему Дзюба его поцеловал? Хотел ли Дзюба его поцеловать или это была глупая случайность? Как такое могло получиться случайно? В голове вертелась сотня вопросов, они налетали один на другой и устраивали в голове взрывы. Губы по-прежнему горели от лёгкого касания, а внутри всё сжималось то ли от страха, то ли… Точно от страха. Ему нужно было с кем-то обсудить случившееся. Вот только с кем? Нельзя подойти к тренеру и пожаловаться на то, что Дзюба вначале зажал его в коридоре, а потом поцеловал. Тогда что? Рассказать об этом брату? Но Лёша слишком хорошо знает брата. Он понимает, что Антон лишь посмеётся в ответ на его слова и начнет подкалывать. И поэтому Лёша заходит в тупик. Когда он возвращается в комнату, Антон тут же понимает, что что-то случилось по его лицу. Но Лёша только отмахивается и падает на кровать, не желая ни с кем разговаривать. Так и лежит, пялясь в потолок и по тысячному разу прокручивая в голове всю ситуацию, пытаясь найти причину такого поведения Артёма. В тот день у него так и не получается нормально выспаться, поэтому на тренировку он приходит злым и невыспавшимся. Ещё и брат отстаёт, сообщая о том, что у него какие-то важные дела. Когда Лёша заходит в раздевалку, то та ещё пуста. Так ему кажется в первое мгновение. А потом он видит Дзюбу. Тот, не замечая Миранчука, спокойно стягивает с себя одежду, чтобы переодеться для тренировки. И Лёше стоит бы подать голос, пройти к своему шкафчику или там просто уйти. Но он вместо этого просто молча залипает на спину Дзюбы. Это точно нельзя назвать нормальным действием. Стоять и пялиться на голого мужика – это определенно совсем НЕ нормально. Но Лёша почему-то не может отвести взгляда. А потом Дзюба, оставшийся в одних трусах, вдруг поворачивается и видит Лёшу. И тут же расплывается в широкой улыбке. Будто бы вчера совсем ничего не случилось. — Антон, привет. И вот сейчас надо поздороваться и спокойно пойти раздеваться. А Лёша… А Лёша пялится на трусы Дзюбы. Они у того вырвиглазного жёлтого цвета и так и притягивают к себе взгляд. — Антон? — неуверенно спрашивает Дзюба, а потом вдруг хватает с лавки свою футболку и по-глупому ей прикрывается. Будто он какая-то девчонка, которую застал парень, а не взрослый футболист, каждый день переодевающийся в окружении толпы мужиков. И на этом, без сомнения, глупом моменте в раздевалку заходит Антон, активно спорящий со Смоловым о необходимости татуировок. Впрочем, спор тут же обрывается, как только они видят парней. Федя смотрит на Дзюбу и вдруг глупо хихикает: — Простите, не хотели вам помешать. Мы попозже зайдем. Антон смотрит на него зло, дергает за рукав и что-то разъярённо шипит, а потом с силой толкает Смолова в сторону его шкафчика. И на этом моменте Лёша наконец возвращает себе контроль над телом и тоже отправляется переодеваться.***
Лёша понимает, что Дзюбы слишком много. Кажется, что на поле не один Артём, а как минимум четыре. Он успевает быть буквально везде. Тренируется за троих и при этом успевает подколоть каждого на поле, обняться с половиной команды и вызвать на дуэль вторую половину. Правда к Лёше не подходит. У парня возникает впечатление, что если раньше он избегал Дзюбу, то теперь происходит противоположное. И он ведь должен быть доволен, да? Тогда почему так внимательно следит за каждым действием Дзюбы, вместо того, чтобы наконец полностью отдаться тренировке? А потом Лёша видит, как Дзюба разговаривает с его братом. В этот раз Артём совсем не выглядит злым. Скорее, смущённым. Он мнётся как школьница перед первым разом и что-то объясняет Антону. И в голове у Лёши вспыхивает мысль: сейчас он полезет целоваться! Нужно спасти честь брата! Он не вспоминает о том, что они на поле. И что даже Дзюба, при всей его отбитости, не станет целовать парня на глазах у всех команды. Почему-то хорошие мысли редко приходят ему в голову вовремя. И поэтому он вначале подлетает к Дзюбе и толкает того, а потом уже понимает, какую глупость совершил. Антон смотрит на него как на идиота и в этот раз Лёша согласен со своим близнецом. Черчесов уже давно следит за ним пристальнее обычного. И сейчас Лёше никак нельзя светиться, а он опять лезет в конфликт. — Это… — Лёша глупо чешет затылок. — Прости, не заметил. Не заметил двухметровую фигуру на поле. Ну да, получше оправдание придумать просто нельзя. Но Дзюба почему-то кивает и улыбается: — Ага, понимаю, — и отходит в сторону, оставляя Лёшу недоумевать.***
Что-то в жизни Лёши определённо пошло не так. Потому что лежать на кровати после тренировки и пролистывать инстаграм Дзюбы – это определённо не то, чем он планировал заниматься ещё пару дней назад. Из душа выходит Антон, двигает брата и падает рядом с ним на кровать. Лёша пытается поскорее закрыть инстаграм и сделать вид, что он был занят чем-то другим, но от Антона не скрыться. Он выхватывает телефон из рук брата и смотрит на Лёшу укоризненно: — Братик, это становится нездоровым. Ты пожираешь его глазами на поле, ты следишь за ним в интернете, ты ловишь его в раздевалке. Мне начинает казаться, что это ты у нас маньяк, а не Дзюба. — Я не слежу за ним! — пытается защититься Лёша. — Просто я боюсь, что он навредит тебе, вот и контролирую, чтобы он был подальше. — А что он может сделать мне в инстаграме? — задает резонный вопрос Антон. — Я просто… Дальше слов не находится. Он и сам не знает, зачем просмотрел все фотографии Дзюбы. Это ведь никак не поможет ему в священной миссии защиты невинности брата. И своей собственной. Антон смотрит на него тяжёлым взглядом. Брат всегда видел его насквозь и теперь он тоже понимает, что Лёша врёт. — Он поцеловал меня! — выпаливает Миранчук, потому что держать это в себе больше не получается. — И? Брат не выглядит удивлённым. Совсем. Он будто бы ждал этих слов. — Что и? — И что дальше? Тебе понравилось? Этот вопрос будто бьёт его обухом по голове. Понравилось ли ему? О таком он даже не задумывался. Да и можно ли судить по этому неловкому столкновению губ? Стоп, он что, на самом деле хочет судить, понравился ли ему поцелуй с мужчиной?! — Он же мужчина! — возмущённо выкрикивает Лёша. — Ну и что? Федя тоже мужчина. — Причем тут Федя? — недоумённо спрашивает Лёша. — Федя меня не це… — а потом до него доходит. — Федя тебя поцеловал?! — Я поцеловал Федю, — спокойно отвечает брат, и Лёша чувствует, как рушится его мир. Как он мог пропустить такое? Его брат поцеловал мужчину, а он этого даже не заметил? Они всегда были близки с Антоном. Лёша первым узнал, что Антон влюбился. Даже раньше самого Антона. Лёша первым услышал про поцелуй Антона. Он первым узнал подробности секса. Он знал про каждую интрижку, каждую симпатию, каждую девушку брата. А тут такое. И он это не заметил. — Ты был слишком занят своей придуманной враждой с Артёмом, так что я решил не отвлекать тебя из-за мелочей, — с усмешкой говорит брат, читая на лице Лёши все его мысли. — Мелочей?! Ты поцеловался с парнем! — Ой, ну не сексом же мы занялись, — пожимает плечами Антон, будто это самое обычное дело. И у Лёши просто не находится аргументов. Его брат так спокоен, что спорить с ним просто не хочется. К тому же… Лёше ведь на самом деле совсем не важно, с кем будет целоваться его брат. С девушкой, с парнем. Главное, чтобы ему было хорошо. — Смолов, серьёзно? — просто спрашивает он. — Ну, а что, он крутой. И на эти слова у Лёши не находится ответа, так что они просто замолкают. Впрочем, ненадолго, потому что Лёша не может надеяться на то, что его брат всё забыл. — Так что там с твоим поцелуем с Артёмом? Я жажду подробностей. — Да какие подробности? Он клюнул меня в губы и сбежал, — отвечает Лёша и чувствует, как его лицо заливает краска. — Я даже понять ничего не успел. Брат смеётся и утыкается носом куда-то ему в ключицу. — А хотел бы? — Что? — Ну, понять. Первым порывом было ответить «нет». Зачем ему понимать, нравится ли ему целоваться с мужчиной? А потом Лёша задумался. Перед глазами всплыл тот момент. Тяжелое дыхание Дзюбы, его сильная рука на плече, странная улыбка и это касание губ, от которого всё внутри сделало кульбит. А потом это сменяется картинкой Дзюбы в одних трусах. В этих глупых желтых трусах, которые так притягивают взгляд… — Да, хотел бы. — Ну так вперёд и с песней! — В смысле? — Ну, тебе подсказать номер комнаты Дзюбы? — И что я должен сделать? Постучаться и сказать: «поцелуй меня»? — А ты что, девчонка? Если первым поцелуешь, то губы отвалятся? Антон с силой спихивает его с кровати и начинает толкать в сторону двери. Лёша сопротивляется, но не то чтобы очень активно. — Давай, давай, братик. Навстречу любви! Антон открывает дверь, выталкивает Лёшу и тут же захлопывает номер. Лёша слышит щелчок замка и остаётся в коридоре один. И что ему теперь делать?***
Лёша уже пятнадцать минут топчется под дверью номера Артёма и пытается понять, как он вообще во всё это вляпался. Неужели он в самом деле хочет сейчас зайти к номер к мужчине и поцеловать того? Как он до такого докатился? Парень уже раз пять тянулся рукой к двери, планируя постучать, но каждый раз себя одергивал. Нет! Он не будет целовать мужчину. Сейчас он вернётся в номер, заставит брата открыть дверь и скажет тому, что он не гей. И пусть Антон целуется с Федей, а Лёша найдёт себе девушку. И он точно не будет целовать Дзюбу. Лёша разворачивается, собираясь направиться в свой номер и… налетает на Дзюбу. И как только он при таком размере так бесшумно ходит? Дзюба удивлённо смотрит на парня сверху вниз и улыбается. Так же широко, как и всегда. И эта улыбка то ли раздражает, то ли согревает. — Привет, Антон. Ты ко мне? Что-то хотел? Лёша ничего не отвечает. Просто молча стоит и пялится на Дзюбу и на его губы. И это становится нездоровым. И ему пора что-то сделать. Например, уйти. Или поцеловать Артёма. Ну хотя бы что-то сказать. Но он так ничего не делает. И поэтому инициативу перехватывает Артём. Он берет Лёшу за плечи, толкает назад в стену и целует. В этот раз уже по настоящему. Губы у Дзюбы горячие, прямо обжигающие. Он целуется властно и настойчиво. И это совсем не похоже на поцелуй с девушкой, потому что сейчас именно Лёше надо подчиняться. И это должно пугать. Но вместо этого он чувствует, как что-то приятно сжимается в животе. Он начинает отвечать на десятой секунде поцелуя. Подаётся вперед, кладёт руку на шею Дзюбе, углубляет поцелуй. Ему нравится. Ему определенно нравится поцелуй с мужчиной. И это должно пугать, но он слишком много боялся в последние дни и сейчас сил просто не осталось. — Кхе, кхе, кхе. Они резко отскакивают друг от друга и испуганно смотрят на Смолова, так неудачно проходящего мимо номера Дзюбы. Лёша видит, как Артём сжимает кулаки и думает, что сейчас он ударит Федю. — Вы бы лучше в номере целовались, — усмехается Смолов. — А то тут же люди ходят. Он пожимает плечами и равнодушно продолжает путь. Как будто каждый день натыкается в коридорах на целующихся футболистов. — Твой брат сейчас в номере? — уточняет он у Лёши, и тот только и может, что кивнуть. — Отлично. Смолов широко улыбается и бодрым шагом направляется в сторону номера близнецов. Артём провожает его удивлённым взглядом, потом смотрит на Лёшу и неуверенно предлагает: — Зайдём ко мне? А то к себе ты сейчас не сможешь вернуться, пожалуй…***
Номер Дзюбы ничем не отличается от их с братом, разве что кровать всего одна. И к счастью, она одноместная, иначе Лёша тут же с криком убежал бы куда подальше. А так он просто неуверенно мнётся в углу. Артём тоже выглядит растерянным. Он обводит комнату взглядом, пытается исправить бардак, царящий тут, но быстро разочаровывается в этой затее, махнув рукой, и просто скидывает всё с кровати на пол, освобождая поверхность: — Садись. Лёша осторожно устраивается на самом краю кровати. И внимательно следит за Дзюбой, который ходит туда-сюда по комнате, не зная, куда себя пристроить: — Может, тебе заказать что-нибудь? Лёше совсем ничего не хочется, но он почему-то кивает и просит: — Да, закажи апельсинового сока. Дзюба, кажется, радуется этой просьбе, тут же хватает телефон и делает заказ. А потом они молча ждут, пока им принесут сок, и оба явно чувствуют себя неловко. Лёша жалеет, что рядом нет брата. Тот бы сказал ему, что надо делать в такой ситуации. Наконец им приносят сок и… ничего не меняется. Только теперь Лёша может не просто молча сидеть, а молча пить сок, который ему совсем не хочется. Он ведь даже не любит апельсиновый сок. — Может… продолжим? — наконец подаёт голос Дзюба. Он усаживается на кровать рядом с Лёшей и кладёт руку ему на колено. Лёша смотрит на руку. Потом на Дзюбу. Потом на кровать. Он в номере у мужика. Они сидят в кровати и собираются поцеловаться. Это не звучит как начало истории, которая закончится хорошо. Лёша мотает головой и отодвигается от Дзюбы. — Извини, — тот одергивает руку и неловко улыбается. — Не хотел тебя испугать. Снова повисает тишина. Лёша думает о том, что раньше Дзюбу было не заткнуть. На тренировках он говорил даже больше тренера. И куда делось всё его красноречие сейчас, когда оно так нужно? — Знаешь… я пойду, наверное. Лёша встаёт с кровати и подходит к двери. Дзюба смотрит на него глазами обиженной собачки, но остановить не пытается: — У тебя в номере Федя, — напоминает он. — Я возле отеля погуляю. — Хорошо… Пока, Антон. Лёша замирает у открытой двери и смотрит на Дзюбу. Точно, тот ведь всё ещё считает его Антоном. Наверное, стоит признаться. Хуже ведь уже не станет. — На самом деле я Л… Он не успевает закончить, потому что вдруг всё понимает. Дзюба каждый раз называл его Антоном. Безошибочно определял, с каким из братьев говорит, и называл правильное имя. Так не делают люди, которые не могут их отличить. Люди вообще редко используют имена в общении с ними. Боятся ошибиться и обидеть, поэтому стараются обойтись без имен. А Дзюба каждый раз звал его Антоном. — Ты знал! — возмущённо восклицает Миранчук. — Что ты Лёша? — Дзюба улыбается. — Знал. Вы с братом довольно разные, вас легко отличить. — Тогда зачем подыгрывал? — Лёша меня боится. А Антон – нет. Миранчук задумывается на мгновение и понимает, что это в самом деле так. Он ведь перестал бегать от Артёма, после того, как представился ему именем брата. Он первым подошел к Дзюбе на тренировке, он не убежал, когда тот зажал его в раздевалке. Кажется, прячась за чужим именем, он был смелее. — Антон прав, я идиот, — вздыхает Лёша, а Дзюба смеётся в ответ на эти слова. — А ты чего вообще меня боялся-то? Лёша не ожидает этого вопроса. Он смотрит на Артёма внимательно, стараясь найти в его глазах издёвку. Обманывал же он его с именами, может, и сейчас врёт? Но на лице у Дзюбы искреннее недоумение. — Ну ты же обещал меня поймать, — произносит Лёша, чувствуя себя крайне глупо. — Поймать? Ты о чём? Ну конечно. Как и говорил брат, Артём и не помнит о той ситуации. Напугал парня и просто забыл. Лёша смотрит в честные глаза Дзюбы и понимает, что просто не может злиться. — Не важно. Забудь. До завтра. Он выскакивает из комнаты и захлопывает за собой дверь. Лёше нужно многое обдумать.***
Когда Лёша возвращается в номер, то брат сидит на кровати и довольно улыбается. У него опухшие губы, растрепанные волосы, а футболка надета наизнанку. В общем, он всем своим видом показывает, что вечер у него прошёл хорошо. — Поцеловал? — с ходу спрашивает Антон, но вопрос этот звучит как риторический. — Молодец. Ну конечно, Федя ему всё рассказал. Вот только Федя не видел начала и не знает, что инициатором поцелуя вновь был Дзюба, а Лёша просто не оттолкнул мужчину. Но сообщать об этом брату Лёша не спешит, поэтому молча кивает и падает на кровать. В любой другой день брат начал бы задавать вопросы. Но сегодня он слишком занят собственным счастьем и поэтому вместо расспросов отправляется в душ, что-то весело напевая себе под нос. На следующий день Лёша снова избегает Артёма. Дзюба пару раз пытается подойти к нему на тренировке, но Миранчук каждый раз умело находит повод тут же оказаться на другом конце поля. Он и сам не знает, почему бегает. Ему же понравилось. И Дзюбе понравилось. И он точно выяснил, что Артём не таит на него злобу. Тогда в чём причина? Лёша и сам не может сказать. И поэтому продолжает бегать. Брат смотрит на него с осуждением, но ничего не говорит. А у Артёма глаза побитой собаки, и хочется подойти и пожалеть его. Но вместо этого Лёша снова бежит к Головину, делая вид, что у него очень важный разговор и ему вот вообще не до нападающего. А потом тренировка заканчивается и они идут в раздевалку. Артём пытается поймать его за руку, но Лёша легко уворачивается и ускоряет шаг. — Да подожди ты, — раздаётся в спину. — Я поговорить хочу. Лёша не оборачивается. Он слышит тяжелый вздох за спиной, а потом Дзюба вдруг зовет: — Антон. Лёша замирает, пытаясь понять, почему Артём назвал его именем брата. Он ведь точно их не путает. А потом в памяти всплывают слова Артема: «Лёша меня боится. А Антон – нет». Неужели это то, что он сейчас делает? Боится? Лёша молча стоит, спиной ощущая взгляд Дзюбы. Артём не подходит к нему и ничего не говорит, давая подумать и решить. И Лёша решает. Резко разворачивается, в два шага приближается к Артёму и впивается в его губы поцелуем быстрее, чем успевает опомниться. Артём отвечает на поцелуй охотно. Кладет руку на затылок Лёши, притягивая ближе, приоткрывает рот, позволяя пустить в ход язык. Дзюба удивительно хорошо целуется. Так хорошо, что ноги подгибаются, будто он провёл на поле 120 минут, а из горла против воли вырывается глухой стон. — Серьёзно? — раздаётся за спиной. И конечно, там стоит Смолов. Кто же ещё. Федя смотрит на них то ли недовольно, то ли с насмешкой. — Да научитесь вы уже прятаться. Когда-нибудь вам не повезёт, и вас застану не я. Лёша смотрит на Федю пару мгновений, а потом вдруг решительно говорит то, чего от себя никак не ожидал: — Сегодня наша комната – моя. И развернувшись, тащит Артёма за собой в сторону выхода. В спину ему раздаётся смех Смолова. Далеко они не уходят. Артём явно не готов терпеть до отеля. Правда совету Феди всё же внимает и поэтому в этот раз заталкивает Лёшу в какую-то подсобку, прежде чем прижать к стене и поцеловать. Они целуются несколько минут и прекращают только тогда, когда Лёша понимает, что у него начинает кружиться голова. Он осторожно отодвигает от себя Артёма и опускает голову ему на плечо. Пару секунд они стоят молча, а потом Дзюба весело спрашивает: — Мне каждый раз придется звать тебя Антоном, чтобы ты меня поцеловал? Может, мне тогда лучше пойти к твоему брату? — Феде это не понравится, — глухо отвечает Лёша и поднимает голову. — Думаю, Лёша как-нибудь справится. И тянется к Артёму за новым поцелуем. Да. Он определённо справится сам.
