Акела

Авада Кедавра - заклинание не оставляющее следов на физическом теле. Оно просто разрушает душу. Гарри выжила в первый раз только благодаря тому, что Реддл заполнил трещины собой. Гарри смогла противостоять во второй раз только из-за того, что между ними была связь из частей одной, когда-то целой, души. В третий раз? Она с полным пониманием убила часть души. И если бы рядом был хоть кто-нибудь готовый поделится душой и заполнить собой трещины? Она была бы так искушена этим предложением, так жадна до всего предложенного. У неё не было бы сил устоять и сказать "нет". Думать о другом? Задуматься о последствиях для него? У неё не было бы на это воли. Иногда, когда она позволяла себе подобные мечты, ей вспоминались дементоры и их вечный голод до счастья и радости, готовые выпить любовь чужой души и оставить после этого ничего. Она стала бы такой же, только охочей до чужих душ. И это понимание преследовало её в кошмарах. А сейчас Локи на блюдечке преподносит ей решение. Осколок когда-то целой души*, осознанно разделившей себя на части целого. Она дышит сквозь каждый свой кошмар и смотрит на саму себя со стороны. Она уставшая, сломленная, упрямая и волшебная. Она молодая, и старая, и горькая, и наивная. У неё нет силы отказаться от этого решения. Не тогда, когда другой маг показывает ей видения о каждой угрозе, об их возможностях и тщательно расставляет акценты. Он не хочет, чтобы она была героем битвы или участником сражений. Локи, этот бог коварства и огня ждет, что она создаст безопасную гавань. Он предлагает ей цель и средства для этого. Он искушает её обещанием если не исцеления, то улучшения. И она дрожит, осознавая, что именно с этого начинается каждый её кошмар. А потом дышит. И еще раз. И снова. Однажды её кошмаром были дементоры - ответом стал патронус. Однажды её кошмаром были видения - ответом стало разрушение. Однажды её кошмаром был монстр - ответом было убийство. Она смотрит на свой новый кошмар, на тот, где главный враг - она сама, и принимает его. Хорошо. Да. Она может стать Пожирателем душ. А может и нет. Может, в ней достаточно Гриффиндора, для того чтобы быть "благородным монстром". Гарри продолжает дышать через эти мысли, сжимая в руках собственное самообладание. Сможет ли она отличить навязанное голодом желание от собственного? У неё достаточно принципов и границ для этого? Хватит ли у неё воли сказать нет тогда, когда это важно? Не зависимо от цены для других? Она хочет ответить "да" на последнее уточнение. Но это не тот вопрос, что требует спешки. Не в этих обстоятельствах. Итак, она смотрит на это еще раз. Круциатус, который она бросила без понимания и который никогда больше не использовала после того как поняла как. Империо который она знает лучше всего и никогда не бросала лично. Авада, которая разбила её на части и то, что она не пожелает этого даже самому страшному врагу. У неё нет примеров для соотношения. Её друзья всегда знали её линии и не просили через них переступать. Ни один из них не требовал от неё отказаться от обезоруживающих чар и использовать убийственные. Она не знает, сможет ли остановиться в следующий раз. Сможет ли удерживать себя на протяжении лет от того, чтобы восстанавливать себя за счет свободно отданных осколков людей, не обученных защите разума. Гарри смотрит на свое тело и думает о том, что показал ей Локи. Вот что она знает. Авада однажды разбила её, а потом еще раз. И в её силах сделать так, чтобы эти трещины остались как последнее средство. Если она оступится, если не сможет бороться со своим кошмаром, то она просто уйдет.