***
Наш отель представлял собой внушительных размеров многоэтажное здание, с просторным фойе, выполнявшим самые разные роли. Нам отчего то стало скучно просто тащиться в номер и мы заняли относительно укромное место с диванчиками и столиком. - Зачем тебе это нужно? - Что именно? - Эта работа, это место, этот мир? - Не знаю, быть может для самоопределения? - Хочешь всю жизнь подобным заниматься? - Почему бы и нет? Такая жизнь меня привлекает больше военной и чиновничьей. - Правда? - Да, я не вижу для себя особого смысла в такой работе. Обычно туда идут ради карьеры, денег, положения, но зачем это мне? - Пожалуй, но наша жизнь очень непостоянна. - Действительно, но та же работа в университете не настолько хуже в плане материального обеспечения, впрочем, тут уж как посмотреть. - Хм, этот человек… ему что-то от нас нужно? - мы сидели лицом друг к другу, а она смотрела куда-то мне за спину, поэтому мне пришлось обернуться, чтобы понять, о чем она. - Да это же Веббер, - в самом деле, около одной из опорных колонн, недалеко от ресепшена, стоял тот самый человек. Несколько неловко посматривая на нас, он, видимо, боролся со смущением, одолевавшим его. - Знакомый? - Да, учится в параллельном классе, - он таки принял решение и направился в нашу сторону, после того, как я столь явно обратил на него внимание. - Аа... хм, добрый день, - несколько смущённо поздоровался он. В прошлый раз, когда я видел его в библиотеке, он вел себя более свободно. Вероятно, тому способствовало присутствие Канна, который был с ним в гораздо более близких отношениях, нежели я. Да и присутствие Виттории, о строптивом нраве которой всё-таки пошли слухи, едва ли расслабляло ситуацию. - Ага, - я пожал его руку. - Но а какими судьбами здесь ты? Я не помню тебя на том собрании недельной давности. - Да… меня там и не было, как и ошибок в работе, а теперь вот жду, пока брат разберётся с номерами. - Так можно было отказаться? Знал бы раньше… - кто-то позвал Веббера со стороны ресепшена. - Кажется мне пора, что ж, ещё увидимся. - Конечно, - сказал я, и он нас покинул. - Прям-таки ни одной? У тебя-то были, кажется. - Да-а, будет интересно его послушать. - И что ты будешь делать, если его работа окажется… достойной? - Быть может, приглашу его в империю? - Серьезно? Из-за такого? - Нет, не сразу, но если мне удастся с ним сблизиться… он может стать ценным союзником, а минусов у данной инициативы нет - убить его несложно, в случае чего. - Что уж сразу убивать то? - Нам же нужно поддерживать уровень конспирации, простой расписки о неразглашении недостаточно. - Но твоей матери не сложно стереть ему память. - Чем тратить её время на такие глупости, проще избавиться от человека. - Как-то это… странно. - Что именно? - Ну… в чем-то ты очень даже похож на местных людей, но иногда… - В том, что касается важных для меня вещей, я не изменюсь так просто. К тому же, даже живя в этом месте, я не отказываюсь и никогда не отказывался от своего дома.***
Я проснулся ночью. Сам не понял от чего, вначале мне показалось, что Виттория опять залезла на мою кровать, но это оказалось не так - она вполне обычно спала на своей кровати. Никаких прочих источников “раздражения” я также не заметил. Впрочем, вполне возможно проснуться и просто так, да же? Я уже сомкнул глаза, намереваясь продолжить внезапно прерванный сон, как за окном раздался резкий треск молнии и следующий за ней раскатистый гром, так близко и неожиданно, что это окончательно выбило сон из меня. Я даже подумал об удивительности того факта, что это не разбудило Витторию. Теперь я заметил и дождь, он был довольно слабым, совсем не под стать молнии, а наша комната находится на одном из верхних этажей, поэтому звук ударяющихся об асфальт капель воды совершенно не слышен. Я посмотрел на время - половина второго ночи. А значит, до утра ещё необходимо поспать, что, впрочем, было очевидно по ночной тьме за окном. Однако настроения на сон не особо наблюдалось, за сим я счёл неплохой идеей немного прогуляться. Время было не очень позднее и в коридоре иногда можно было "услышать" жизнь других постояльцев, хотя в целом было очень тихо. Я проследовал прямо по длинному коридору, зная о небольшом зале в нескольких десятках метров впереди. Это довольно приличное заведение, как по цене, так и по району, но уходя, я почему-то все же немного обеспокоился безопасностью комнаты, что оставил. Там спало две девушки, вернее, спала лишь одна - когда я только вышел из-за угла, ведущего в коридор, и ненадолго остановился, одна из них подняла голову и оценивающе взглянула на меня, но вскоре сомкнула глаза вновь. Всего было три дивана, и стояли они около одной стены, девушки заняли тот, что посередине, я же выбрал крайний. Ситуация до боли напомнила мне ту самую любимую многими писателями сцену, когда какие-то постояльцы гостиницы - посетители бара отягощенные возвышенными душевными переживаниями, - начинают так интересно о чём-то беседовать, попивая крепкое спиртное. Я взглянул на эту парочку ещё. Нет, им явно было не до этого. Впрочем, я не испытывал желания затеять что-то подобное, ведь даже в тех книжках это происходило спонтанно, по волшебному сценарию автора. Пытаясь перебить навязчивую мысль о бренности ситуации, я вспомнил о завтрашнем дне. В самом деле, разве не должен я сейчас как-то переживать? Когда я только-только собирался показать свою первую работу более-менее квалифицированному специалисту, мне приходилось досконально перепроверять каждую мелочь. Перечитывать тонны работ других авторов, разной тематической литературы и все равно мне казалось, что взяв мой труд, специалист лишь посмеётся в ответ. Но даже несмотря на то, что я понимал абсурдность самобичевания этого чувства, я также осознавал и то, что моя работа, в самом деле, требует тщательной шлифовки. Сейчас я стал куда увереннее, поэтому нужно не зазнаться и продолжать упорно трудиться, стремясь к чему-то ещё большему. Впрочем, так ли всё это необходимо?