Сиротка Джейн

      Тип, сидящий рядом со мной, явно нервничал и как-то уж слишком часто поправлял стоящий у него на коленях и довольно увесистый даже на вид рюкзак. Не так уж и мешал, но лучше бы сидел спокойно. Хотя в метро, да еще в час пик сложно рассчитывать на особый комфорт, хорошо еще, что сесть удалось.       Поезд несся по тоннелю, громыхая на стыках, читать не хотелось. Я прикидывала, что есть дома съедобного, и стоит ли зайти в супермаркет, чтобы пополнить запас продовольствия. Вроде можно и обойтись, вот только я в упор не помнила, есть ли дома хлеб. Тоже мне проблема, конечно, но вот вспомнить почему-то не удавалось. Так что зайти все-таки придется. Ну, раз такое дело, то стоит и еще чего прикупить. Вроде и кофе уже скоро закончится. Можно себя любимую и побаловать чем-нибудь…       Сосед по скамейке как уж совсем нервно сунул обе руки в свой рюкзак и что-то забормотал. Раздался громкий хлопок. Яркая вспышка и чудовищная боль… И все…       Или не все? Потому что боль вернулась. И почти невозможно было вдохнуть. Темно, тесно, страшно, больно, душно… Я рванулась изо всех сил, меня снова ослепила вспышка, и вдруг в мои легкие хлынул такой восхитительный, такой сладкий, такой чудесный воздух! Я закашлялась, выплевывая изо рта какую-то слизь и грязь. Видно было очень плохо, и дело не только в темноте, глаза, похоже, основательно запорошило или даже залепило чем-то колким и противным. Инстинкты вопили, что надо убираться отсюда подальше, так что я поползла, практически ничего не видя и не понимая, куда.       Не знаю, сколько это продолжалось, но внезапно меня оглушил дикий вопль. Потом еще один и еще. Орало явно несколько человек. Может быть, они наконец заткнутся и помогут мне? Но озвучить эту мысль не получилось. Из груди вырвался только хрип. И я отключилась.