За кадром

— Господи, как же я скучал! — единственное, что успевает сказать Эрвин, прежде чем заключает парня в свои объятия и страстно целует в нежные и мягкие губы. Они редко видятся, только на съемках сериала, да на конвенциях, после которых мужчина ещё несколько дней не может нормально дышать, ведь образ Леви такой реальный и призрачный одновременно. Сегодня у Эрвина хороший день, он говорит так, объясняя это тем, что его любимые пирожные не успели разобрать, и он смог спокойно посидеть в кафе с чашкой ароматного чая и вкуснейшей выпечкой, но на самом деле причина в Нём. Он приехал на несколько дней раньше, чем обещал, от этого ему снесло все тормоза. Смит со стопроцентной уверенностью может сказать, что он спятил, ведь Аккерман позволяет вжимать себя поясницей в столешницу небольшой кухоньки трейлера, совершенно наплевав на незакрытую дверь и снующую повсюду толпу актеров и гримеров. От Аккермана пахнет персиком из-за гигиенической помады, которой он вынужден пользоваться из-за полноты губ, и Эрвин всерьёз готов продать душу дьяволу, лишь бы почаще чувствовать этот запах и сладковатый привкус. Он целует страстно и одновременно нежно, прижимаясь всем телом к такому родному и необходимому Леви, а тот лишь послушно отвечает и глухо стонет, сжимая своими длинными тонкими пальцами край столешницы, чтобы не потерять равновесие от такого напора. Пальцы мужчины скользят по черным волосам, а потом резко и сильно сжимают их, вынуждая Аккермана запрокинуть голову и оголить горло. Он нежно мурлычет, когда Эрвин откровенно пошло вылизывает его шею и ключицы, попутно оставляя мелкие красные засосы. Смит быстро стягивает футболку возлюбленного, швыряя ее на пол, и, пока его партнер по-кошачьи прогибается в спине, отвечая на ласки, он успевает расстегнуть молнию чужих брюк и освободить колом стоящий член. Парень охает и еще сильнее сжимает поверхность столешницы, когда Эрвин отрывается от его сосков и, выцеловывая живот, накрывает ртом головку его паха, вбирая член больше, чем наполовину. Леви чувствует, насколько горяча глотка Эрвина, и как его умелые губы ласкают нежную возбужденную плоть, пока сильные руки поглаживают внутреннюю сторону бедер. Аккерман, долгое время не ощущающий ничего подобного, быстро доходит до оргазма и изливается прямо в горло мужчины. Эрвин не отстраняется, послушно проглатывая белесую жидкость, а потом поднимается с колен и впивается в губы Леви, который бегло скользит по его губам, ощущая вкус собственной спермы. Смит отрывается от чужих губ, когда кто-то проходит мимо их укрытия, и тут же прижимается лбом ко лбу любимого, обжигая его лицо горячим дыханием. — Я тоже чертовски скучал, — шепчет Леви и, хватая обеими руками ремень Эрвина, утаскивает его к кровати, ясно давая понять, что не собирается оставаться в долгу.