все звезды горят для тебя

какое-то число.05.2018       как только ванечка зашел во всем известный бар, он почувствовал приятное тепло в руке. мысль, что сегодня он наконец найдет своего соулмейта въелась в мозг такой яркой кляксой, что даже самым сильным пятновыводителем не вывести будет. снова, как на баттле, народу очень много. судя по этому, времени около одиннадцати часов вечера. ваня подошел к стойке и, перекрикивая себя, взял какой-то слабый напиток. нужно оставаться в сознании, чтобы чел с таким же материалом, что у тебя, не подумал при встрече, мол, «блять, бухущий в хламину. нахер надо».       ваня рудбой сидел где-то в углу бара со своими знакомыми и просто скроллил ленты в интернете, не принимая никакого участия в диалоге. в один момент он почувствовал, как камень на запястье медленно, но верно нагревается. иван не мог поверить в происходящее и решил уйти по-английски. проще говоря, взял и съебал с бара. испугался, что ли, что его убеждения были неверны?       оба ощущали, как их 'талисманы' остывают. ванечка светло был так охвачен мыслями, что не удосужился поискать хоть кого-нибудь и был ужасно разочарован, когда все проебал. иван евстигнеев был рад, что ушел, ведь его точка зрения была подвергнута сомнениям, чего он допустить не мог. «отстаивай свое мнение до конца, какой бы она ни была» — девиз по жизни рудбоя. он часто сравнивал родственные души с верой в бога: кто-то крепко уверен в его бытовании, никогда не видя ничего подобного., а кто-то не верит в существование также, как в зубных фей и прочих существ.       ≪раз уж соул не хочет идти ко мне, то я пойду к нему≫, — думал ванечка, переделывая знакомую пословицу на свой лад. пришлось пробираться сквозь огромную толпу. обычно ваня любил рассматривать людей. это занимательно, ведь все разные. особенно светло любил смотреть на татуировки и придумывать им смысл, даже где его не было. сейчас у него нет времени для такого развлечения. ваня с детства жаждал найти родного человека, а тут такой шанс. выйдя на улицу, обнаружились небольшие группы тех же самых людей, разговаривающих о вечном. молодой человек накинул капюшон, все еще надеясь, что сегодня он точно найдет вторую половинку. следуя температуре камня, как по навигатору, ваня шел и вдруг почувствовал обжигающее тепло в руке. он оказался с другой стороны, возле магазина. он представлял себе стройную модель с длинными ногами и красивыми глазами, но вместо этого он увидел одиноко стоящую каланчу, нервно курящую, судя по бычкам на асфальте, сижку пятую. легкая ветровка прятала красивые руки, а очки — не менее красивые голубые глаза. — ебать, светло, — резко оглянувшись, заговорил ваня. — ты че тут делаешь? — так, дядь, соула вроде ищу. уж не подумал бы, что ты им окажешься. ваня усмехнулся, бросил сигарету на асфальт и потушил ее. — ты серьезно веришь в это? сказки же. — а то, что твой браслет, — кивнув, ванечка указал на руку. — горячий, ниче? тоже сказки? — с чего ты взял, что именно я твой соул? тут дофига людей, иди ищи дальше. — дядь, мы одни тут как бы. фаллен скрестил руки на груди и нахмурил брови. повисло неловкое молчание. в его голову пришла замечательная идея. он резко схватил охру за запястье и потрогал камень. обжегся. — даже если так… — помедлив, ваня закурил еще одну сигарету. — от меня-то ты чего хочешь? — любви, блять, хочу. — не по адресу обратился. мне пора, уж извини. ваня постучал ногтем по циферблату часов на левой руке и, похлопав ванечку по плечу, ушел по длинному коридору меж низких зданий. ванечка стоял еще минут пять в оцепенении. он не понимал, что происходит. парень был похож на котенка, который только недавно открыл глаза и впервые увидел мир за пределами комнатушки. он вспоминал красивые татуированные руки. вспоминал огонек от сигареты меж пальцами. вспоминал, все больше и больше влюбляясь в рудбоя. ≪пиздец≫, — бегущей строкой отображалось в воображении у светло. припоминая слова друга он мысленно добавил: ≪славка че, ясновидящий? ≫