Контракт на самого себя

***

      Раздаётся характерный звон, когда лифт останавливается на первом этаже. Двери медленно раскрываются, и оттуда выходит высокий омега с довольно увесистой папкой в руках. Оглядев себя на наличие изъянов, а таких, заведомо, нет, в большом зеркале в холле, он выходит из здания, приветствуя кивком присутствующих работников. Не проходит и минуты, как на главную дорогу выруливает чёрная служебная машина и останавливается аккурат у входа с сотрудниками. Дверь открывается, и Сокджин готов поклясться, что слышит восхищённые вздохи позади себя, к которым уже привык за столько-то лет работы.       — Секретарь Ким, — кивает молодой альфа, приветствуя своего подчинённого, и незамедлительно входит в здание.       — Доброе утро, президент Чон, — запоздало здоровается Сокджин, вслед за альфой заходя в лифт. — У вас на сегодня лишь одна встреча с… — не успевает он договорить, как альфа поднимает в воздух ладонь, прося остановиться.       — Ты мне уже скинул расписание, — отмахивается он, — лучше расскажи, что там у нас с магазином на Каннаме, мне Пак Джехун уже все уши прожужжал с утра пораньше.       — Ах, это, пожар был в служебном помещении. Сотрудник признался, что курил и, скорее всего, не потушил окурок, из-за чего и произошло возгорание.       — Ясно, с ним всё в порядке?       — Да, никто не пострадал, было лишь мелкое возгорание, которое тут же потушили.       Стоит лифту остановиться и открыться, как молодой альфа размеренным и уверенным шагом идёт в свой кабинет.       — Лично проследи, чтобы его уволили, — говорит он твёрдым голосом, прежде чем захлопнуть за собой дверь.       Сокджин устало выдыхает и идёт к своему рабочему месту. Многие бы подумали, что президент Чон Чонгук — холодная, расчётливая сволочь, которая в первую очередь ненавидит халатность, и они были бы правы, потому что Чонгук такой. В свои двадцать шесть он восседает на кресле президента семейной компании, справляясь со своими обязанностями на все сто процентов. Сокджин думает, что Чонгук имеет полное право ждать и от своих сотрудников такой же отдачи.       Чонгук любит крепкий кофе без сахара и сливок, потому Сокджин ставит на поднос один эспрессо и заходит в кабинет своего босса, предварительно постучавшись.       — Ваш кофе.       Альфа, кажется, своего секретаря даже не замечает, продолжая копаться в каких-то бумагах.       — Ах, этот чертов старик, — всё же раздражённо тянет Чон, рассматривая документы, — этот Ким Седжин, он опять отказал.       Сокджин задумывается, вспоминая статного, взрослого альфу, с которым ему доводилось видеться.       — Господин Ким при вашей прошлой встрече сказал, что не намерен продавать развлекательный комплекс, даже под предлогом почти половины процентов акций. Не думаю, что он может изменить своё решение.       — Сокджин, — омега вздрагивает от такого редкого неформального обращения к себе, — ты помнишь компанию Ли Кванджуна? — Чонгук встаёт со своего кресла, беря в руки кофе и делая маленький глоток. Чуть подождав, он делает ещё один, перекатывая напиток во рту.       — Да.       — А что сейчас с его компанией? — смакуя кислинку, спрашивает Чон.       — Сейчас она является филиалом JEON Enterprises в Пусане, — отвечает Сокджин, понимая, к чему ведёт альфа.       — Отлично, — допив оставшийся напиток, выдыхает президент, — а теперь назначь мне встречу с Ким Седжином на… — смотрит на наручные часы, задумываясь, — часов так пять.       Забрав поднос с пустой чашкой и поклонившись, Сокджин выходит, оставляя альфу одного.       За огромными окнами мегаполис во всей красе, находясь на такой высоте, Чонгук даже не думает любоваться всем этим. Лишь бумаги и договора, встречи и контракты, с таким бешенным ритмом ему бы хоть расслабиться, но нет, как-нибудь в следующей жизни.

***

      Чёрная иномарка мягко останавливается у ресторана с вычурным французским названием, на которое Чонгуку наплевать. Его немного подбешивает, что чёртов старик выбрал для встречи такое людное место. Изнутри ресторан так и кричит о напускной роскоши, но, признаться, пахнет здесь действительно вкусно. А Чонгуку, который не обедал, возможно, даже повезло, что Ким Седжин назначил встречу именно здесь.       — Чон Чонгук, — говорит он миловидному парню за стойкой. Паренёк тушуется, разглядывая такого красивого молодого альфу перед собой, но потом всё же вспоминает о своих обязанностях.       — Прошу следовать за мной.       Ким Седжин встречает его рукопожатием и просит паренька подать заранее заказанную еду.       — Не думал, что вы будете настаивать, — начинает старший альфа, делая глоток из бокала с красным, — но всё же слухи о вас не врут.       — И о чём же они?       — Что вы целеустремленный молодой человек, — улыбается альфа, из-за чего вокруг рта образовываются ямочки.       — Буду надеяться, что это действительно так.       Хочет Чонгук этого или нет, но непринуждённая беседа об экономике и прочей важной лабуде завязывается. Он даже пару раз шутит, заставляя взрослого мужчину, которого он в порыве раздражения называл стариком, тепло расхохотаться.       — Но вы правы, — откидывается назад в кресле Чон, — я всегда добиваюсь поставленных целей.       Мужчина улыбается, начиная осматриваться по убранству ресторана, его примеру следует и Чонгук.       — Отвратительное обустройство, — изрекает Ким, и Чонгук согласно кивает, — но еда здесь что надо.       На несколько минут воцаряется молчание, позволяющее слышать, как за соседним столом семейная пара просит детей сидеть тише, а то больше не возьмут с собой.       — Вы хотите отнять у меня то, чему я уделил почти всю свою жизнь, — начинает старший, — я в курсе, что центр расположен в удобном для вас месте, хоть и не знаю, для какой именно цели он вам послужит.       — Я не хочу у вас что-либо отнимать, я предлагаю обмен, — Чонгук отпивает из своего бокала, уже отлично зная, что придётся вызывать Сокджина из офиса. — Как мне известно, у вас нет наследника. Тогда мне ваша позиция еще больше непонятна, ведь в обмен я предлагаю деньги и проценты, с которыми вам уж точно не придется бедствовать.       — У меня есть наследник, — поправляет Седжин, — моё место после отставки займёт мой сын, Тэхён.       — Но он ведь омега.       — Омега, — соглашается старший, — но так же мой единственный наследник.       Они молчат недолго, каждый задумываясь о своём. Всё, как и говорил Сокджин: старший альфа оказался тем ещё упрямцем. Но ничего, ведь Чонгук всегда достигает поставленной цели.