Контракт на самого себя

***

      — Он с тобой флиртовал? — заинтересованно спрашивает Чимин, расположившись у Тэхёна на кровати и бессовестно поедая чипсы. На какие-либо замечания у него было неизменное «у меня скоро течка».       — Ну, да, — мямлит Тэхён неуверенно, — или нет.       — Так да или нет? Боже, Тэ, тебе уже двадцать первый год, а ты не можешь понять, заигрывает ли с тобой альфа, — возводит он очи к потолку, не останавливаясь в поедании вредной пищи.       — Он не из тех, кто заигрывает или пытается закадрить, — почему-то оправдывает Чонгука Тэхён, хмуря брови.       — Ты откуда это знаешь? Вы всего один раз разговаривали.       — Не знаю, — присев на краешек собственной кровати и отобрав всё-таки у друга пачку с картофельными чипсами, ворчит младший омега, — он создаёт впечатление серьёзного и уверенного в себе альфы, но никак не пикапера, если ты об этом.       — Ха-ха, — театрально смеётся Пак, вставая с кровати и подходя к большому настенному зеркалу, — я так же и о Юнги думал, пока не надоел ему со своими «серьёзными отношениями, к которым он не готов», — делая кавычки пальцами, с сарказмом заканчивает омега. — Слушай, я не поправился?       Чимин крутится около зеркала, похлопывая себя по плоскому животу и проговаривая «жирненький какой стал». Выглядит он, к слову, как и всегда, но это же Чимин.       — Если продолжишь есть эту дрянь и дальше, то точно поправишься, — в противовес собственным словам омега закидывает в рот жирную картофелину. — Кстати, насчёт вас. Он не связывался с тобой?       — Даже если бы и попробовал, я не ответил бы, — бубнит Чимин, плюхаясь рядом с Тэхёном и доставая свой телефон. — Да и не скучает он там у себя, смотри, — с дисплея на Тэхёна смотрят небезызвестный Юнги и совершенно незнакомый им омега, явно веселящиеся под градусом.       — Неужели тебе не всё равно?       — Даже не мечтай! — фырчит Пак, убирая телефон обратно. — Сдался он мне.       Хоть друг так и говорит, Тэхён всё равно может видеть, какими грустными становятся его глаза при упоминании Юнги.

***

      — У вас на шесть запланирована встреча с господином Чхве, — оповещает Сокджин, листая планировочный лист. — На этом всё.       Чонгук сидит, сцепив руки в замок, с самым что ни есть серьёзным лицом. Сокджину, самому приближенному к нему человеку, знающему о его характере многое, это не кажется добрым знаком. Альфа тянется рукой к своей фирменной ручке, которой подписал не один десяток договоров, и медленно откручивает крышку.       — Секретарь Ким, — начинает он, смотря на заостренный конец ручки.       — Да?       Закрутив крышку и вернув ручку обратно на место, Чонгук встаёт со своего кресла и подходит к настенному шкафу, чтобы достать свой пиджак.       — У Ким Седжина есть сын, — Сокджин с опозданием кивает, не совсем понимая, к чему ведет президент. — Ким Тэхён. Узнай о нём всё, что можно и нельзя, и доложи мне.       Посмотрев на наручные часы, Чонгук застёгивает пиджак на одну пуговицу и выходит из кабинета. Секретарь пытается вспомнить миловидного омегу, которого видел от силы один раз, не совсем понимая, для чего Чонгуку информация об этом мальце.       Возможно, это подло. Нет, не так, это взаправду подло, но Чонгука не учили пасовать перед отказом. Внутри бурлит задетое «я», к которому плюсуется ещё и непонятное доселе желание овладеть омегой, которого Чонгук видел один единственный раз. Это не честно, это может аукнуться ему в будущем, но это потом. Всё потом, сейчас Чонгук хочет своего.