С чистого листа, или Новая жизнь Наруто!

*** — Что у тебя с Наруто? — Спросил Акира у Итачи не здороваясь. Сейчас они оба находятся в комнате, где обычно собираются все джоунины с утра. Они находились вдвоем, поэтому ничто и никто не мешал задать этот вопрос. Вчера на приеме в доме Учиха, после того, как они с отцом переговорили со всеми важными людьми, он был свободен, поэтому решил выйти на веранду, чтобы подышать свежим воздухом. Но сделать этого не удалось, так как перед тем, как выйти, он проверил веранду на наличие людей, то есть посмотрел в окно. Каково же было его удивление, когда там он увидел свою имото и друга, стоящих в обнимку. Конечно, Акира и раньше видел, как они обнимаются, но это объятие… было другим. Итачи нежно гладил Наруто по спине, иногда накручивая ее волосы себе на палец, а сама девушка спокойно смотрела на луну. Не решаясь прерывать их, Намикадзе просто смотрел. Иногда губы Учихи шевелились — он отвечал что-то Наруто. Лица сестры он не видел, но готов поклясться, что она улыбалась. И они смотрелись так гармонично, так хорошо вместе, а над ними буквально светило солнце, хотя была поздняя ночь. — Почему тебя это интересует? — Спокойным голосом спросил Итачи, не отрываясь от отчетов. — Она моя сестра. — Просто пояснил Акира. Учиха все также смотрел в отчеты, однако перестал их читать. — Раньше тебя это не волновало. — Намикадзе невольно поежился от холода в голосе друга. — Ты не ответил на мой вопрос. — Ты на мой тоже. — Итачи отложил отчеты на диван, и сам откинулся на спинку, посмотрев на сидящего напротив Акиру. — Я ответил. — Нет, ты не ответил. — Хмыкнул Учиха. Акира, хоть и был довольно опытным джоунином, все равно отметил, что Итачи наводит праведный ужас на любого, кто окажется поблизости. Он выражал свою силу, уверенность и непокорность только одним видом. А если включит свои глазки, так и помирать со страху не стыдно. — Я… волнуюсь за нее. — Выразил свои чувства сын Четвертого. — Почему раньше ты это не показывал? Ей важна была любая поддержка. Особенно со стороны старшего брата. — Спокойно спросил Итачи, хотя наклонил голову чуть вправо, что выражало степень его злости. — Тогда, когда от нее все отвернулись, где ты был, Акира? — Это сейчас неважно! — Вспылил джоунин, хотя и признавал свою вину. — А что важно? — То, что происходит между вами! — Если бы здесь был стол, то Намикадзе с удовольствием стукнул по нему рукой, подражая своей матери. — Разве? А то, что она весь период своего взросления была без поддержки — неважно? — Над Учихой буквально появилась черная аура, которая сгущалась с каждой секундой. Однако, лицо оставалось все таким же непроницаемым и спокойным. — То есть сейчас, когда она выросла, изменилась, ты стал заботиться о ней, так? — Я… — И неожиданно решил поучаствовать в ее жизни? — Перебил его Итачи. — Вот что я скажу тебе. Тебя не касается то, что есть между нами. Тебя не должны волновать наши с ней отношения. — Итачи… — Я не лезу в твою жизнь, ты не лезешь в мою, а также в жизнь Наруто. — Снова. — Если я узнаю, от Наруто, от Саске или кого-то еще, что она из-за тебя расстроилась, то, не обижайся, я тебя убью. Мне плевать, что будет со мной после этого, но за Наруто я перережу глотки, понятно? — И Акира вновь удивился тому, как у него получается говорить такие серьезные слова таким спокойным тоном и постной физиономией. Но то, как опасно сверкнули его шаринганы, ясно говорило о всей серьезности слов. — Не забывайся, Учиха. Ты смеешь мне угрожать? Я такой же джоунин, как и ты, поэтому не смей так со мной разговаривать. — Я могу привести ряд причин, почему я могу так с тобой разговаривать, Намикадзе. То, что ты сын Хокаге никак не трогает меня. — Аура стала еще гуще над Учихой. Тот выпустил даже немного КИ. — Я, безусловно, уважаю Хокаге-сама за все, что он делает для деревни и моего клана. Но это не помешает мне поставить тебя на место, когда ты зарываешься. Мы знакомы с детства, но я никогда не видел, чтобы ты так себя вел. — Как я себя веду? — Фыркнул Намикадзе. — Как взбунтовавшийся ребенок. Я не терплю, когда мне указывают; когда меня пытаются «поставить на место», хотя я прекрасно знаю его; и когда пытаются навредить моим близким. Надеюсь, с последствиями последнего тебе никогда не придется столкнуться, но вот первые два ты уже сделал. — Чем же ты мне ответишь? — Я не буду ничем отвечать, Намикадзе. Я старше тебя, я опытнее тебя и я выше тебя по статусу, помни об этом всегда. Я официально признанный наследник главы клана Учиха, поэтому не смей мне больше указывать и перечить мне. Иначе будет плохо. — Итачи вновь сверкнул глазенками. — А я всегда выполняю свои угрозы. — В кабинете чувствовались две мощные КИ, которые буквально заполонили все пространство. В следующее мгновение в кабинет зашли Шисуи и Какаши. Они что-то лениво обсуждали, но когда почувствовали всю атмосферу помещения, быстро замолчали. Капитан Анбу и джоунин удивленно посмотрели на товарищей, переглянулись и прошли на диван, на котором сидел Акира. Итачи убрал свое КИ и снова взял в руки отчеты. Вторая КИ исчезла также быстро, как и первая. — И что тут произошло? — Спросил Какаши. — Не сошлись во мнении по поводу миссии, да, Акира-кун? — Улыбнулся Итачи, наклоняя голову вправо. Шисуи удивленно уставилась на лучшего друга. Что ж за «миссия» такая, что Итачи находится в праведном гневе? — Конечно, Итачи-сан. — Прошипел в ответ Намикадзе. *** Итачи ушел спустя полчаса, а вместе с ним и Шисуи. В помещении остались только Какаши и Акира, поэтому разговор все никак не завязывался. Намикадзе был полностью погружен в свои мысли, даже про отчеты забыл. Его ужасно злила вся ситуация с Наруто и Учихой. Да и слова Итачи задели за живое. В конце концов, парень был прав. Он весь период взросления Наруто игнорировал ее, боялся. А теперь что? Его сестра выросла, стала сильной куноичи, а также изменилась. Из той замкнутой девчонки она превратилась в веселую, смелую и жизнерадостную. Теперь часто можно было застать ее разговаривающей с кем-то, смеющейся или улыбающейся. Казалось бы, что в этом плохого? Но она перестала обращать внимание на семью. Она все еще кушает с ними, здоровается и прощается, но считает ли она их самыми близкими и родными? Определённо, нет. Ее семьей стали Итачи, Джирайя, а также команда номер семь. Были ли они когда-то настоящей семьей? Возможно, до рождения Наруто. Но когда эта девочка появилась на свет, ее родителей будто подменили. Отец первое время пытался полюбить дочь, но не получилось. И своим поведением он давил и на Кушину, и на Акиру. Хотя, до ее девяти лет Намикадзе-младший довольно неплохо общался с имото. И девочка, несмотря на нелюбовь отца, росла веселой и активной. Любила гулять, часто смеялась и разговаривала очень много. Говорила, что обязательно превзойдет своего нии-сана. А после того, как Лис попытался вырваться, все стало хуже. Все стало очень и очень плохо. Акиру тогда знатно напугал Девятихвостый, и он перестал общаться со своей сестрой. Наруто глубоко ушла в себя, стала тише воды, ниже травы. Ее даже иногда не замечали. Кушина, хоть и сама была раньше джинчурики, попала под влияние своего мужа. А сейчас Акира очень жалел, что тогда не поддержал сестру. Она нуждалась в нем, как и в остальных членах семьи, но все бросили бедную джинчурики. Когда она спасла его во время нападения Данзо, Намикадзе понял, что потерял. Все уважение сестры. Несомненно, она любила его, как и всех родных, но они упали в ее глазах. Как вернуть хотя бы то, что было между ними? — Акира-кун, ты слишком громко думаешь. — Заметил Какаши. — Что тебя беспокоит? — Я просто… неважно, Какаши-сан. — Вот, что я тебе скажу. Я знаю, что тебя беспокоит ситуация с твоей сестрой. — И откуда только он все знает? — Какаши-сан… — Послушай меня. — Перебил его Копирующий. — Я знаю Наруто с двенадцати лет, все же, я ее сенсей. И я хорошо изучил каждого члена своей команды. — Говорил он. — И каждый из них индивидуален. У каждого свои тараканы в голове, но я люблю их. Люблю каждого. — К чему вы ведете? — Нахмурился Намикадзе. — Если говорить о твоей сестре, то первое, что стоит сказать, это ее любовь к своим близким. Она, даже будучи слабой, защищала и Саске, и Сакуру, и меня. Я не знаю, чем лично я заслужил, но это действительно так, Акира-кун. Мы ее команда. — Вздохнул Какаши. — Но была еще и другая сторона. У Наруто была семья, не кровная, но родная. Итачи и Саске. Именно они стали ее семьёй, когда настоящая отвернулась. — А как же мы? Я, ото-сан, каа-чан? — Она любит вас, несомненно, и она встанет на вашу защиту, как и на мою, на защиту Сакуры или Неджи. Как на защиту любого жителя деревни. Но именно ради Итачи и Саске она пожертвует всем. Это немного разные вещи. Я долго наблюдал за ними в детстве, наблюдаю и сейчас. Просто поверь мне. — И что мне делать сейчас? — Все это я говорил к чему. Так и не понял? — Спросил Какаши, поворачивая голову в сторону джоунина. — Если ты хочешь вернуть расположение своей сестры, сначала разреши все конфликты с Итачи, а потом подружись с Саске. Или хотя бы заслужи его уважение. Удачи тебе, Акира-кун! — С такими словами Копирующий исчез из помещения. Почему все так сложно? Конфликт с Итачи еще можно разрешить, хотя он не уверен, что Учиха будет настроен положительно. Да и сам Акира не готов к этому еще, нужно все переосмыслить прежде, чем идти на контакт с этим человеком. Он же буквально насквозь видит каждого. А что насчет младшего из братьев? Этот человек крайне сложный, еще сложнее, чем Итачи. Акира вообще не уверен, что он хотя бы кого-то уважает. Подружиться? Да скорее Какаши опаздывать перестанет, чем они подружатся. *** Вечером того же дня, Шисуи ждал Итачи на полигоне клана, желая выяснить, что же все-таки произошло между ним и Акирой. Насколько знал он своего друга — а он знал его очень хорошо — Итачи могли выбесить так только три вещи: если кто-то задел его клан, если кто-то сказал что-то про его любимого отото, и если кто-то задел Наруто. И почему-то у Учихи возникло ощущение, что причина конфликта кроется именно в последнем. В конце концов, Итачи очень сильно привязался к юной джинчурики, хотя всю жизнь избегал любых привязанностей. А пообщавшись с этой девушкой, понял причину этого. Она действительно была очень яркой, будто солнышко, как иногда называл ее лучший друг. Итачи вообще крайне редко любил говорить о том, кто ему дорог, но про эту девушку он мог рассказывать по несколько раз на дню. Еще тогда, когда больше четырех лет назад он рассказал ему о ней, Шисуи понял — вот она, та, кто растопит ледяное сердце гения клана. Ведь Итачи всегда старался избегать любых близких отношений, находясь в собственном мире. Сколько раз он, Шисуи, пытался вправить ему мозги, но все было тщетно? А ведь беспокойство за друга росло с каждым днем. Тот все больше загонял себя на миссиях, а после и в клане, будто это его единственный способ почувствовать себя живым. И сердце болело за Итачи очень сильно. А потом появилась эта девочка, которая проникла в сердце наследника клана и заняла прочное место. «Солнышко» будто влило новую жизнь в Итачи. Он помирился со своим отото, стал беречь себя на миссиях, а главное — он стал улыбаться. Конечно, только узкий круг лиц мог увидеть это действо, но сам факт… — Шисуи, я долго буду тут стоять? — Вывел его из транса голос лучшего друга. — Прости, задумался. — Ты хотел поговорить? — Итачи сел на траву около друга. — Я так понимаю о конфликте с Акирой. — Из-за чего он произошел? — Из-за Наруто. Он сказал, что переживает за нее. — Хмыкнул Учиха в ответ. — А ты? — А я никогда не обижу ее. — Итачи лег на траву, закрывая глаза. Шисуи сделал также. — Я знаю, но что тебя так взбесило? — Как он ведет себя со своей сестрой. Он игнорировал ее в течении нескольких лет. Я понимаю, что тут, скорее всего, влияние Минато, но… она же его имото. — А ты бы что сделал на его месте? — Поинтересовался Шисуи. — А я бы никогда не бросил Наруто. Кем бы она ни была, как бы себя ни вела, она бы оставалась моей сестрой. — Ты любишь ее? — Задал вопрос в лоб Шисуи, однако его друг ответил не сразу. Несколько минут прошло в молчании, прежде чем прозвучало тихое, но уверенное: — Люблю. Как никого не любил. А Шисуи вспомнил то, что когда-то говорил ему отец: «Учиха всегда выбирают одного человека на всю жизнь. Того, кого любят безгранично, преданно, полностью посвящая себя ему. Представители нашего клана, сынок, однолюбы. Тот, кому удосужится стать избранным Учихой, испытает много боли, но будет очень счастлив. Учиха сделают все для своей половины, а потеряв ее — навсегда останутся одиноки.»