Монстр тоже может быть героем

— Я всегда думала, что ты живешь в каком-нибудь подземелье, рядом с ядром земли... — У дядюшки Сатаны нет свободных квартир в моей ценовой категории.

Был солнечный день. На кладбище собрались люди, чтобы почтить рано ушедшую из жизни девушку, у которой могла быть судьба великого героя. Тодороки сидел на скамейке после похорон, и смотрел на плывущие по небу облака. Она ушла слишком быстро. А ведь он даже толком ей в своих чувствах не признался. Шото с болью вспоминал их последнюю встречу. Как Рей вприпрыжку шла в общежитие после того, что с ней сотворил юноша. – Перестань убиваться. Это было по обоюдному согласию, – Рей улыбнулась, подхватив парня под локоть, – Я обещаю, что всегда буду рядом, – прошептала Рей, – Даже если меня не будет рядом, я всегда буду с тобой вот здесь , – ткнула парня в грудь. – Спасибо, что дождался меня, – рядом с Шото присел Шуя, – Вот, держи, – юноша протянул Шото пухлый конверт, на котором было написано «Тодороки Шото». – Что это? – спросил Шото, беря конверт. – Я нашел это в комнате Рей, – Шуя грустно улыбнулся, – Она оставила такие записки родителям и мне. А твой конверт самый толстый. Шото распаковал конверт, и вынул от туда ещё один конверт для «Юки Юи», три билета и плеер. Достав письмо, Шото озадаченно посмотрел на билеты и принялся читать. «Привет, Шо. Даже не знаю с чего начать. Мне многое хотелось бы рассказать тебе. Пожалуй стоит начать с того, как мы познакомились. Помнишь в средней школе за тобой бегала девочка, которая потом ударила тебя. Я познакомилась с твоей мамой в психиатрической больнице, когда проходила проверку. Она была потрясающей женщиной, и постоянно рассказывала о своем талантливом сыне Шото. И тогда я решила узнать тебя получше. Третий год средней школы я ходила за тобой хвостиком. Я видела как ты отдалялся от семьи, становился нелюдимым. Я даже сомневалась, за тем ли Тодороки Шото я слежу. Ты совсем небыл похож на того мальчика, которого мне описывали. В старшей школе я подрались с тобой. Сейчас уже и причину не вспомню, но я помню, что тогда была очень зла на тебя. Ты мне тогда оставил ожог на бедре, а я тебе шрам на правом боку оставила. Можно подумать, что мы пометили друг друга)))» Шото задумался. А ведь правда... За ним в средней школе следила золотоволосая девочка, а в старшей школе он подрался с беловлаской. Неужели это была Рей? «Я никогда и ни о чем тебя не просила, но я хочу, что бы ты сделал для меня кое что. Я хотела бы, чтобы ты отвёз письмо моему брату Юки Юи. Лично. Тебе не помешает прогуляться. Прости, что так неожиданно тебя об этом прошу, но для меня это очень важно. Более подробную инструкцию найдешь на обороте С любовью, Юки Рей. Люблю. Плеер считай подарком от меня. И знай, что ты должен продолжать жить дальше.» Шото сжал в руке письмо. – Она будто заранее знала, что умрет. – прошептал Шото. – Меня это тоже иногда пугало, – Шуя грустно улыбнулся, – Давай лучше посмотрим, какие песни она тебе оставила. – Шуя воткнул наушники в плеер и протянул один наушник Шото. – Возможно, нет пути другого, Но будем мы пытаться снова, И если будет шанс, Изменим мир мы в тот же час. Судьба опять нам бросает вызов, Но миг расплаты очень близок. Хочу через много лет С тобою встретить я рассвет. Быть собой я хочу, стать сильнее в этой битве. Эй! Пламя страсти не подвластно молитве. Вспышки молний закружат, Хочу забыть весь ужас. И в настоящем, и в прошлом точно Всегда круг сомнений непрочный. Не страшно упасть и вниз, Там оборвётся жизнь, Но в гордости есть лишь смысл. – раздался голос девушки в наушниках. – Ого. Это Рей поет, – Шуя улыбнулся, – Помню, в средней школе Рей научилась играть на гитаре. Тогда она сама писала музыку и текст. Она даже во дворе концерты устраивала. Но в старшей школе она забросила музыку. – Шуя переключал песни, вслушиваясь в каждую песню, написанные сестрой. Шото сидел неподвижно, смотря на билеты в руках. Музыка щекотала слух, звуча нежно, или вдруг начиная громко резать слух. На дереве на кладбище сидела черноволосая девушка, наблюдая за похоронами. Грустная улыбка украшала ее лицо. Девушка соскочила с дерева, натянув на лицо черную вауль и поправив такого же цвета платье. Она лениво прогуливалась между могилок, пока не остановилась у могилки только что похороненной девочки. Постояв какое то время, она покинула кладбище, напоследок кинув грустный взгляд на юношу с красно-белыми волосами. Юноша спрятал билеты и письмо в карман, и в наушниках покинул кладбище, сел в машину и уехал. Девушка смотрела на удаляющуюся машину, и ей хотелось плакать. – Удачи. – рядом прошел юноша, шепнув сестре слова прощения. Увидятся они теперь не скоро, а если и увидятся, то скрытно.

***

Шото собирал вещи, готовясь к поездке в другой город. – Шото, ты уверен, что хочешь поехать? Может лучше почтой отправить. – Фуюми стояла в дверях, обеспокоенно смотря на брата. – Это было ее последнее желание. – парень закинул сумку на плечо. Покидая дом, он напряжённо смотрел на отца, который все это время лишь молча наблюдал за сыном. У Шото было чувство, что Старатель знает что-то о Рей, чего не знает сам парень. Но сейчас это неважно. Тодороки лениво рассматривал мелькающие за окном электрички пейзаж, слушая музыку в плеере. В голове мелькали мысли и вспоминались моменты, которых вроде как не было. Вот коротковолновая Рей стоит на верхушке столба в Хаконе. Рей поет песню в гараже. Рей стоит перед зеркалом, в ухе серёжка с красным камнем и тонкой веревочкой-косичкой, вокруг все громыхает как при землетрясении, и девушка грустно улыбаясь ступает в толщу зеркала и исчезает. «Я тебя вижу!» Шото резко распахивает глаза, погоняя дремоту. Электричка монотонно покачивалась, а стук колес немного успокаивал. Выйдя на нужной станции, Шото, сверившись с картой, направился искать Юки Юи. Подойдя к домику, Шото осмотрел местность за калиткой. Звонок. Тишина. Потом стук шагов и появляется русая девчонка, лет четырнадцати. – Что надо? – грубо спросила девчонка. – Я ищу Юки Юи. – ответил Шото. – Всем то он нужен. Недавно гадкая девчонка приходила, а теперь ты. – девочка со злостью смотрела на юношу, – Проваливай. Братца нет дома. – Что значит «братца нет дома»? – из-за дома показался юноша, – Опять ты людям грубишь. – девочка надулась и с высоко поднятой головой ушла в дом, – Прости ее за грубость. – парень смущённо улыбнулся. – Я Тодококи Шото. – Юки Юи. – представился парень, пожав Шото руку. – Я пришел по просьбе Юки Рей. – лицо Юи изменилось. – Попросила? А она сама почему не приехала? В прошлый раз она так быстро убежала, что я волновался. – Юи с беспокойством закусил губу. – Рей погибла пять дней назад. Похороны состоялись вчера. – Шото опустил голову, нету силах посмотреть Юи в глаза. – Вот как. – Юи пару раз моргнул, смазнув выступившие слезы, – Теперь понятно, почему она тогда прощалась со мной. – Шото озадаченно посмотрел на парня. Прощалась? Неужели она была тут и предупредила брата о смерти? Не... Бред! – Пошли в дом. Ты ведь наверняка что то принес. Парни устроились на кухне. Юи заварил кофе и поставил чашку перед Шото. – Раз ты приехал от ее имени, значит, она доверяла тебе, – Юи грустно улыбнулся, – Она ни за что не попросила постороннего человека приехать ко мне. – Юи макнул в кофе печеньку, но та развалилась и растеклась в жидкости. Выругавшись, парень поморщился, но продолжил пить кофе с печенькой. Шото передал Юи письмо. Юноша открыл письмо и долго рассматривал его. Шото видел, как Юи лихорадочно бегает глазами по письму, закусывает губу и мнет листок в руках, – Черт, Рей. И в кого ты выросла таким манипулятором. – Юи взъерошил волосы и смяв листок, кинул его в мусорку. – Рей оставила мне билеты. И там было два до Токио. – подметил Шото. – Да. Она хочет, чтобы я работал в компании ее опекунов, – Юи провел рукой по волосам, – Решено. Я еду в Токио. – Юи сорвался с места и скрылся в одной из комнат. – Ма, я еду в Токио. – раздалось на весь дом. – Неужели ты решил сестру навестить? – раздался женский голос. – Рей погибла. А я исполняю ее последнее желание. – Шото немного прифегел. Он думал, что Юки будет истерить, а он такой спокойный, будто ничего не произошло. – Наконец-то она сдохла. – послышался голос девчонки, которая открывала ему дверь. Шото сидел на кухне, и пил уже остывший кофе. Все так странно. Его немного озадачила реакция Юки. Но откуда в голове воспоминания, которых с ним никогда не случалось? – Знаешь, а ведь дней пять-шесть назад Рей приезжала ко мне. Я так удивился, когда увидел ее волосы, – Юи ввалился на кухню, неся за спиной большой рюкзак, – Она ведь раньше блондинкой была. А шрамы какие, я чуть сам не поседел. Ведь это она из-за меня стала слепа на один глаз и получила шрам на пол лица, – брови Тодороки поползли вверх. Слепа на один глаз? Шрам? Он вообще о чём? – Ты чего такой удивленный? – Шото достал телефон и открыл фото. На нем была беловолосая девушка под сакурой. Волосы заплетены к косу, лицо чистое, и никаких шрамов, – Юи долго рассматривал фото, после чего выдал, – Хе. Может она замазывал чем нибудь? – Я ни разу не видел на ее лице шрамов, и на теле тоже. – Шото убрал телефон в карман. – Ладно, потом с этим разберемся, – Юи поправил тяжёлый рюкзак, – Спрошу у ее опекунов. Через три часа двое юношей стояли у дома Рей. Им открыла женщина с растрепанными волосами. На женщине была блузка и юбка, а вечернее время говорило о том, что она только что вернулась с работы. – Вы уже здесь. Как хорошо. Проходите. – Ирина пропустила парней в дом. – Можно мне посмотреть комнату Рей? – Юи раздулся и с грохотом снял рюкзак. – Конечно. – Ирина проводила юношей. Комната была светлой. Кровать у окна, книжный шкаф и шкаф для одежды стояли у противоположной стенки. Стена была завещана постерами с героями. На рабочем столе были аккуратно сложены книги и диски. Но в глаза бросалась фотография беловолосой девушки, которая солнечно улыбалась на камеру, но картину омрачала черная лента в углу. Дом Шото покинул только к одиннадцати часам. Ирина отчаянно не хотела отпускать парня, не накормив его после долгой дороги. Вернувшись домой, Шото заперся в своей комнате. Он почти всю ночь слушал музыку, написанную Рей. Он знал, что все песни в плеере Рей исполняла лично. Он бы узнал ее голос из тысячи.

***

Черноволосая девушка шла по темным улицам Токио в сторону неприметного бара. Открыв дверь, она ярко улыбнулась, отсалютовав бармену и гостям сего заведения. – Я вернулась. Теперь нам ничего не помешает убить Всемогущего.