Как всегда бывает

      Время приближалось к Рождеству, и почти все студенты разъехались по домам. Гостиная Рейвенкло совсем опустела. Одри буквально осталась там одна и уговорила Ньорда остаться, да и он сам не сильно хотел проводить праздник в окружении надменных родственников. На ужине было так мало людей, что они сели вместе за стол, хотя на это никто не обратил внимания. После этого, слизеринец решил проводить девушку до дверей её гостиной.       — Ну, увидимся завтра утром? — начал прощаться Ньорд, но Одри проигнорировала это и, разгадав загадку, встала в дверном проёме, — Что?       — Заходи, — заговорчески улыбнулась она.       — Зачем?       — Просто заходи.       Парень сдался и прошёл внутрь. Рейвенкловка потянула его с собой на диван, оставила там и сбегала в спальню, прихватив с собой какой-то кулёк и два бокала. Она молча распаковала карамельные конфеты и положила несколько в оба бокала. С помощью палочки и молчаливого заклинания они растопились и превратились в какой-то сладкий напиток. Девушка протянула один Ньорду. Он настороженно сделал глоток. Вкус был достаточно сладким и местами терпкий.       — Это вкусно. Это приворотное зелье, что ли? — улыбнулся парень и получил в ответ злорадную улыбку, — Надеюсь, нет, — он отвёл взгляд.       — Просто карамельный сидр. Люблю иногда тайком пить такое. Хранится в таких капсулах, — она достала одну конфету.       — Разве такое можно пить в Хогвартсе?       Одри усмехнулась и начала пить.       — Я думал, ты не хочешь вылететь из школы. И вообще, что вы строго подчиняетесь правилам.       — Ну, я всё ещё здесь сижу. Никто не разу не отобрал у меня карамельки. И самый нелегал здесь ты.       — Я? Кстати, не знаю, можно ли студентам других факультетов находиться в других гостиных.       — Думаю, всё зависит от намерений и отношений с факультетом. Если даже один человек не захочет тебя увидеть, то должен свалить.       — Меня недолюбливает весь факультет, — спокойно сказал слизеринец, озираясь по сторонам.       — Ага, — улыбнулась рейвенкловка, не отводя взгляда от лица парня. Он почувствовал напряжение и повернулся. Застыл на мгновение, но сразу же заговорил:       — А как у тебя получается колдовать без слов? Я знаю о таком, не подумай, я не совсем дурак. Но как?       — Не знаю, — рейвенкловка пожала плечами, — с самого начала обучения в Хогвартсе у меня получалось так.       — Врёшь. Знаешь ты всё. Просто слишком сложно объяснять разным глупым, вроде меня, поэтому избегаешь этого.       — А ты прав, — удивлённо, но не в плохом смысле произнесла Одри, — Не насчёт того, что я считаю тебя тупым, — она быстро заговорила, — а насчёт всего остального.       — Я понял, — Ньорд улыбнулся.       Одри неловко улыбнулась в ответ. Они разговаривали всю ночь и уснули лишь под утро на диване в обнимку. Когда солнце начало пробивать плотные шторы, пара лучиков попали на лицо Ньорда, тем самым разбудив его. Он протёр одной рукой глаза, не отпуская другой Одри, лежавшую на его груди. Слизеринец погладил девушку по голове и поцеловал в макушку. В ответ она слегка зашевелилась.       — С Рождеством, Одри, — тихо проговорил парень.       Рейвенкловка повернулась лицом к нему и сонно улыбнулась, приоткрыв глаза.       — С Рождеством, Ньорд, — она чуть-чуть потянулась для поцелуя, но он остановил её.       — Подожди, — вызвав некое недоумение, произнёс парень, — У меня для тебя кое-что есть, — он сел и достал из кармана мантии маленькую синюю коробочку, — Не знаю, понравится тебе или нет, но…       Одри взяла её и с детским предвкушением открыла. Внутри оказался небольшой кулончик в виде серебристой короны. Ньорд помог надеть его и сразу получил крепкие объятия.       — Спасибо большое, это же диадема Ровены! — она непривычно чмокнула парня в щечку, заставив краснеть. Глаза просто светились ярко-голубым светом, — А я тоже для тебя приготовила подарок. Только он под ёлкой.       Ньорд залез под наряженное дерево и достал такой же маленький кожаный мешочек. Внутри была неподвижная фигурка дракона. Он смотрел на неё и хмурился. Тем временем Одри достала палочку и, чтобы привлечь внимание, произнесла вслух заклинание. Дракончик тряхнул головой, а потом всем телом, стряхнув серебристую пыль. Он слегка помахал крыльями, сделал круг и приземлился на ладонь слизеринца.       — Я увидела в Хогсмиде этого дракончика и сразу решила, что он должен принадлежать тебе. Такой же рыжий и злой.       В этот момент дракончик выпустил огонёк и будто нахмурился. Ньорд не мог отвести от него глаз.       — Спасибо.       — Ты должен дать ему имя. Тогда он будет твоим. Будет сидеть в мешочке или летать возле тебя.       — Я назову его Нотэйл, — сказал Ньорд, и на мешочке золотистыми нитями начало выписываться это имя.       На обеде они снова сидели вместе, но на этот раз их заметила преподаватель, но ЗОТИ. Пройдя мимо них, она пожелала обоим счастливого Рождества и как-то ехидно улыбнулась. (Шипперы, они такие…)