Опер и программист

       Сегодня двадцать второе марта. У капитана Сменкиной выходной, по этому она до сих пор нежится в своей постели.        Когда настырные лучи всё же настигают её фарфоровое личико, то она невольно жмурится и что-то кряхтит. Переворачивается на другой бок и благополучно приземляется на пол!        — Ну, капитан, бой солнцу ты уже проиграла, — тяжело вздохнула Кира и встала с пола. — И, похоже, что не без потерь.        Плечо девушки сильно болело и пульсировало. Создавалось такое ощущение, будто рука сейчас отвалится.        Ещё раз вздохнув и побубнев на свою удачливость, девушка потёрла плечо рукой. Походкой сонного овоща дошла до выхода из комнаты. Она бы так же медленно и сонно шла в ванную и вообще делала все дела примерно до полудня, если бы не телефонный звонок. Пришлось хорошенько постараться, чтобы найти телефон под диваном в гостиной.        — Да, алё, мам, — сонно сказала Сменкина, потирая глаза рукой.        — Привет, Кира, — приторно-сладко начала Анна. — Доченька, у тебя же сегодня выходной?        — Мам, вообще-то уже неделю у меня выходной. У нас дело тяжёлое и оперов поделили на две группы. Моя только завтра выходит, ты что-то хотела? — сразу же взбодрилась брюнетка.        Когда мама говорила таким тоном, это означало, что ничем хорошим это не закончится. По крайней мере, для Киры.        — Кирусь, мы с тётей Алёной идём сегодня в торговый центр, — начала растягивать Сменкина-старшая. — В общем, с ней идёт её сын Матвей. Помнишь такой милый мальчик, который с Витей о биологии разговаривал?        — Мама, я Матвея отлично помню, — строго сказала несостоявшаяся арбалетчица мира Энвелла. — Этого зануду, который, когда мне было пятнадцать, пытался привлечь моё внимание внутренним миром человека, я не забуду никогда! И причём внутренний мир был далеко не душа, а… А строение органов! Даже биологичка рассказывала интересней, чем он!        — Кирочка, ну что ты судишь по прошлому, — упрекнула дочку мать. — Сейчас он биолог, аспирантуру оканчивает, в доценты метится…        — А Вик патологоантом, — строго перебила она маму. — Оба зануды, но даже с братцем интересней, чем с Матвеем.        — Ты скажешь категорическое нет? — спросила Анна Владимировна.        — Да, мама, — строго согласилась Сменкина-младшая. — Меня не нужно ни с кем сводить! Я сама могу о себе позаботиться, а постоять, так тем более!        — Ну, знаешь, что! Витя, хотя бы, уже женат, — не менее строго возразила мать. — Я, как бы, хочу внуков не только от него увидеть! Да, я даже до свадьбы твоей хочу дожить, хотя мне кажется, что такими темпами, ты вообще останешься незамужней!        — Мам, — что виновато сказала Кира. — Мне не нужен этот твой Матвей, не для меня он!        — Почему? Почему ты не хочешь идти со мной? — спросила Анна.        Кира поняла, что, если сейчас она не придумает весомую отмазку, то мать сто процентов заставит идти её в этот злосчастный торговый центр.        — А-а-а… Меня пригласили — неуверенно ответила брюнетка. — Меня коллега, по работе, пригласил в… в кафе и я…        — Ага, свидание, Кира, — довольно сказала Анна. — Иди ты вместе с этим своим коллегой в кафе. Удачи.        — Ага, и вам с тёть Алёной того же, — вздохнув, ответила Сменкина.        Мать положила трубку. Кира встала с дивана и вновь тяжело вздохнула.        Может, Анна Владимировна и была в чём-то права. Кире двадцать четыре, а она до сих пор одна. Её братец даже уже женился. Правда брак забавный вышел. Два патологоанатома. Кира, иногда, сдерживая смешки, представляла себе, какими у них буду дети. Может, тоже патологоанатомами будут. Эти мысли, почему-то, очень забавляли Сменкину.        Спустя двадцать минут Кира сидела и пила кофе на кухне, листая ленту социальной сети в телефоне.        Она задумалась. Ей уже двадцать четыре, а детей нет, а мужа так и подавно. А она была бы совсем не против почувствовать себя любимой. Подержать на руках свой крохотный комочек счастья. Просыпаться каждое утро в обнимку с мужем.        Был, конечно, такой человек что был ей не безразличен. Старший лейтенант. Начальник компьютерного отдела. Их часто ставили в одну смену. Он был хорошим другом, собеседником, шутником. Хотя, почему был? Он и является хорошим другом, собеседником, шутником. Ещё с самого начала своей работы в ЛЭС (Ленинградская Экспертная Служба) она поняла, что что-то её тянет к этому шатену. Только вот, ей кажется, что она ему безразлична.        Вдруг её телефон вновь зазвонил.        — Да, Антон Львович, — взяла трубку девушка.        — Кира, ты же разбираешься в компьютерах? — зашёл из далека полковник. — Сможешь работать в компьютерном отделе?        — Вы… Вы хотите меня перевести в компьютерный отдел? — ужаснулась брюнетка.        — Сможешь?        — Да, но почему…        — Кир, я не перевожу тебя, — усмехнувшись, перебил её Феаклистов. — Просто, Черных заболел, так не кстати, нужен тот, кто сможет его подменить. Денька на три. Сможешь?        — Смогу, Антон Львович, конечно, смогу! — радостно воскликнула Сменкина. — Ой, а как же Котов и Гурьев? Мы же завтра с ними должны были заменить Дятлову, Котлярова и Дубинина?        — Вместо тебя с ними выйдет Инна, — убедил он Киру. — Тогда говорю Мещерякову, чтобы ждал помощницу! Через час должна быть на месте.        — Хорошо-хорошо, — усмехнулась девушка. — Хлеб-соль готовьте, выезжаю!        Она отбилась. Вот это новость! Сегодня она впервые будет работать в компьютерном отделе. Он всегда казался ей райским уголоком в стенах ЛЭС. Ну, после столовой, конечно.        Она радостно влетела в спальню. Даже была рада, что на день раньше выйдет на работу. Заодно, если мама вдруг решит проверить не солгала ли дочь, убедится, что Кира на «свидании».        — Ага, на свидании, — усмехнулась Сменкина. — Я, наушники и компьютер! И так до самого вечера, с коротким перерывом на обед.        Одела Кира совершенно непривычную ей одежду. На девушке была чёрная юбка карандаш почти достающая до колен. Фиолетовая блузка с рукавом три четверти. Итак короткие волосы были просто собраны в что-то на подобии греческой причёски, из которой выбивалась фиолетовая прядка.        Почему она так оделась не понимала даже сама Сменкина. Видела она, как Инка частенько одевает коротенькие юбочки, чтобы главу компьютерного отдела охомутать. Да только он никак на неё не реагирует. А однажды Инка даже заменяла Артёма. Ну, так и одела юбку, правда подлиннее, ведь того, кого хотела охомутать не было.

***

       Кира открыла двери компьютерного отдела и засмеялась. Хотя пред ней предстала довольно смешная картина издалека, ведь двери были стеклянными.        Завидев издалека Сменкину. Мещеряков заметался по отделу, что-то попрятал, что-то наоборот подвинул. И, когда брюнетка взяла ручку двери, то он стал, как штык возле нее.        — Здравия желаю, товарищ капитан! — воскликнул Артём. — Под ваше руководство прибыл начальник компьютерного отдела, старший лейтенант Артём Мещеряков!        — Спасибо, товарищ старший лейтенант, — улыбнулась Кира, принимая шоколадку из рук программиста. — Ну, это, конечно, не хлеб-соль, однако пойдёт, — усмехнулась она и взгляд скользнул по подаренной плитке. — Ой с орешком! Как я люблю!        — Ну, что, капитан, с чего начнём? — спросил Арт, отставляя перед подругой стул, на который она благополучно присела.        — Ну, товарищ начальник, начнём с правил в вашем отделе, — усмехнулась Сменкина.        — Ой, да какие правила, — отмахнулся парень. — Разве что нельзя ничего громить и разрушать, а также бесприкословно слушаться меня. Но последнее на тебя на распространяется, ведь по званию ты выше, так что прошу, сегодня отделом руководишь ты!        — Нет, Артём Алексеевич, — она склонила голову на бок. — Будь Вы на оперативном задании, тогда да, там бы Вы вынуждены были бесприкословно меня слушаться, ведь я выше по званию. А это лаборатория. Здесь начальник Вы и никакие звание здесь не имеют значения.        — Ого, вот это новости, — усмехнулся Артас. — И да, Кира, зачем же так официально? Я просто Арт!        Эта игра забавляла обоих. Артёму даже было приятно, что подруга, что выше его по званию, называет его сейчас на вы и готова выполнять все приказы.        Они замолчали. Арт рассматривал крохотную фигурку своей «подчинённой». Особое внимание он оставлял пухлым бледно-розовым губам. Что-то его к ним манило. Кира же рассматривала его лицо. Всё, вплоть до шрама на правой брови ей нравилось на нём. Она не знала, где и когда он его получил, но не привлекать к себе внимания шрам не мог. Он просто заставлял думать, что Арт получил его тогда, когда ещё был в операх, до перехода в ЛЭС. Что, возможно, он рисковал в тот момент жизнью, ради того, чтобы мог жить кто-то другой.        Их взгляды встретились.        — Чувак, с Днём Рождения! — в лабораторию зашёл Виктор. — О, смотрю я не вовремя, да, сестрёнка?        — Нет, что ты! — в один голос воскликнули влюблённые.        — Да чё вы, я же видел, как вы друг на друга смотрели! — возразил Сменкин.        — Вик, мы просто смотрели, — возразил в ответ Артём. — Как друзья, как коллеги, ну, может, как начальство на подчинённых.        — Да я ж не возражаю! — воскликнул Вик. — Разве друзья не могут смотреть друга на друга влюблёнными глазами? А коллеги и начальство с подчинёнными? Да, конечно, могут! Я ж не против! Кире, тем более, давно пора было жениха найти.        — Братец, — сквозь зубы сказала Кира. — Излагай, что хотел, и, пожалуйста, иди к своим пациентам.        — Кира, мои, как ты говоришь, пациенты, подождут, — отмахнулся братец. — Им уже, слава Богу, никуда не надо.        — Излагай! — одновременно воскликнули друзья.        — Да чё вы так разнервничались? — с видом еврея спросил шатен. — Я ж не виноват, что такой невезучей чёрной кошке удалось влюбить себя сильного и храброго мартовского кота.        — Вик!        — Да всё-всё, — усмехнулся Вик. — Наша новая жертва умерла от асфиксии.        — Дай угадаю, — перебила его сестра. — Задушена она была подушкой, что в свою очередь лежала на лице жертвы. Следов никаких не осталось, кроме как потожировых самой жертвы, убийца орудовал в перчатках. Вырываться наша жертва и не думала, так как была задушена во сне. В итоге, очередной жмурик, который нам ничего не дал.        — Откуда ты знаешь? — удивился брат.        — Как бы, не ты один со своей женой общаешься, — усмехнулась Кира. — Я знаю, что ты сегодня должен был её заменить. Встретилась с Васькой в коридоре, ну она меня в курс дела и ввела. Вскрывала-то жмурика Вася.        — Так не интересно, — показушно обиделся Сменкин. — Язык бы Васе оторвать, за излишнюю болтливость.        — Так, ты Антонову (теперь понятно, откуда я взяла фамилию для Ленки и Вэлл?) мне не обижай! — пригрозив брату кулаком, сказала Сменкина. — Жена у тебя хорошая и племянники мне нужны.        — Во-первых, она уже пол года, как Сменкина, — поучительно подняв палец вверх, стал говорить Вик. — Во-вторых, жена у меня лучшая на свете и обижать её я не собираюсь, а в-третьих…        — А в-третьих, ты, когда зашёл в лабораторию говорил совсем не о новой жертве, — перебил друга Артём.        — Ах да, — хлопнул себя по лбу патологоанатом. — С Днём Рождения, чувак, ну, а я побежал, ибо к вам тут товарищ полковник, — учтиво ответил Виктор и поспешил смыться из лаборатории.        — Ну как, борцы за справедливость, Киру в курс дела ввели? — зашёл в лабораторию Антон Львович.        — Конечно, Антон Львович, — улыбнулся Мещеряков. — Сейчас Витя принесёт нам одежду новой жертвы и будем искать хоть какие-то следы.        — Ну, хорошо, — довольно хмыкнул полковник. — Кира, Артём тебя не обижает?        — Нет, что Вы, — смутилась девушка и потупила взгляд в пол.        — Ну, вот и отлично, я пошёл, — мужчина отправился в «зал заседаний».        — А куда это он? — спросила Кира у своего «начальника».        — Эт он в «зал заседаний», — усмехнулся он. — То есть в общую залу. Там нам, как трындюлей могут дать, так и поощрить.        — Ого, вот какого работать программистом, — усмехнулась в ответ Сменкина. — А Вас, кстати, с Днём Рождения!        — А за это спасибо, — Артишок поцеловал ладонь своей «подопечной»…

***

       — Артём, Кира, вы свободны, — в лабораторию вновь зашёл Антон Львович. — Доделываете то, чем заняты сейчас и по домам, понятно?        — Так точно, товарищ полковник, — в один голос ответили коллеги, не отрывая взгляда от экранов мониторов.        Стоило Артёму убедится, что кроме него и Киры в помещении больше никого нет, он развалился на стуле на колёсиках.        — Значит так, Сменкина, ты до конца пробиваешь магазины, где мог быть куплен этот шарф и отправляешься домой, — дал указание «начальник».        — А как же ты? — удивилась Кира.        — А я ещё буду работать, — отмахнулся парень. — Мне не даёт покоя тот факт, что шарф был найден на месте преступления, но на нём совсем не было чьих-либо следов.        — Артём, езжай домой, ты всё равно уже всё сделал, — попросила Сменкина. — У тебя, как никак, сегодня День Рождения, ты хотя бы сегодня должен уйти с работы пораньше подчинённых. Разве, тебя не ждут родственники?        — Кира, уже половина девятого, — упрекнул он девушку. — Какие родственники? Я даже не собирал никого из-за этого чертового дела! Хотя мне особо компания и не нужна. Тот с кем бы я хотел провести этот вечер уже здесь.        — Не ужели, ты хотел провести своё двадцатипятилетие в компании компьютера? — она оттолкнулась от стола и подъехала к нему.        — Нет, — он повернулся в её сторону. — Своё двадцатипятилетие я хотел встретить с очень красивой и крохотной оперуполномоченной.        Кира покраснела. Они были близко друг ко другу. Слишком близко. Оба чувствовали, то ещё немного и они поцелуются, как вдруг компьютер Сменкиной пиликнул. Пришлось вернуться за рабочий стол.        — Шарше ля фам! — победно воскликнула она. — Этот шарф был заказан в одном из Питерских ателье. Таких атлье всего три. Заказан был на имя Евангелины Петровны Шурочкиной.        — Вот и всё, — как-то грустно улыбнулся Мещеряков. — Езжай домой. Ты выполнила свою работу на сегодня.        — А как же ты? — возмутилась брюнетка. — Ты ещё раньше меня всё сделал!        — А я буду искать эту Шуррчкину Евангелину Петровну, — хмыкнул Арт и уставился в экран монитора.        Кира печально посмотрела на друга. Вот не мог компьютер хотя бы на минуту позже найти эту даму с шарфом? Она стала собирать сумку.        Артём задумался. Что же не даёт ему покоя в этой девушке. Он был уверен, у такой красавицы, как она, уже давно есть парень. Шутки Вика и Фила про нас, часто бесили её, что говорит, что у неё кто-то есть. Просто она молчалива и не говорит некому об этом. Но это даже лучше чем болтливая Инна.        — Стой, давай помогу, — как ошпаренный подскочил Мещеряков и стал снимать с девушки лаборантский халат. Потом остановился. — Ну, если можно, конечно.        — Конечно, можно, — смутилась Кира. — Если ты хочешь.        Наступило неловкое молчание. Артём помог ей одеть фиолетовое пальто. Стал даже сам застёгивать пуговицы на нём. Стоило ему дойти до середины пути, как Кира вдруг опомнилась.        — Что ты, — смутилась девушка и взяла пуговицу в руки, пытаясь застегнуть. Пальцы не слушались. — Я и сама могу… Не маленькая.        — Да, конечно, — тоже смутился парень, опустил голову и стал чесать затылок.        Он понимал, что у него сейчас есть шанс признаться, пока она не ушла. Но не решался.        Они подняли друг на друга свои взгляды. И они, конечно же, встретились.        Почему-то Кира так и не стала застёгивать пуговицы, хотя оставалась всего одна.        Уже через секунду Сменкина оказалась прижата к стене. Они до сих пор смотрели друг на друга, но никто не делал первый шаг. Оба боялись.        Она, такая маленькая и хрупкая (но это лишь на первый взгляд), была сейчас прижата к стене каким-то старшим лейтенантом. Мещеряков невольно смутился от таких действий со своей стороны и даже немного разозлился на себя. Она же, всё-таки, выше по званию, да и, наверняка у неё кто-то есть.        Из уст Киры, вылетел тихий стон. Артём, задумавшись, даже не заметил, что слишком сильно сдавливал сейчас её плечи. А плюс ко всему синяк, который она набила с утра. Боль была ещё сильнее, ведь он схватил её прямо за синяк.        — Артём, мне больно, — тихо сказала Кира.        — Ой извини, — он убрал руки. Кира, чуть расстегнула пальто и высунулась левую руку. — Прям помутнение какое-то.        Закатала рукав, чтобы посмотреть не стал ли синяк больше.        — Это я? — ужаснулся Артас. — Слушай, ты извини, я ж случайно. Я не хотел, просто и вправду, как помутнение какое-то.        — Ой, да это не ты, а я, — возразила она, а сама опечалилась. Помутнение. Она-то думала, что он сейчас её поцелует. Горько усмехнувшись, добавила: — Я с утра с кровати упала.        — Можешь не отпираться, Кир, я понимаю, что это я, — он опустил голову.        — Это я и вправду с кровати упала, — вдруг строго ответила капитан.        Как дурочка, повелась на его уловку. Да он, сто процентов, разыграть её хотел. От понимания этого, смущение сразу сменилось на строгость. И вправду, чего это она размякла, как никак, она холодная капитан Кира Сменкина. Она такая со всеми и он не должен быть исключением. Она отвернулась и пошла к выходу из лаборатории.        — Я пойду, — всё так же строго сказала арбалетчица, открывая дверь. — Ни пуха, ни пера.        — Стой — воскликнул Арт, приближаясь к ней и хватая за руку. — Слушай, я сказать хотел… То есть…        Она смотрела на него строго-выпытавющим взглядом. Он успел выбесить её за несколько минут. На губах так и застыло какое-то слово.        — Не трогай меня! — всё же воскликнула она и стала вырывать свою руку.        — Стой, Кир, — он сильнее сжал её запястье.        И вот Сменкина вновь прижата им к стене. Только теперь он целует её. Горячо и страстно.        По началу она стала отбиваться, думая, что это какой-то розыгрыш. Но ничего не происходило и она стала отвечать на поцелуи.        Его руки стали расстёгивать её пальто, которое сами же и застегнули…

***

30 декабря 2018 год

       С того момента уже почти прошёл год. Как думаете, Арт и Кира вместе?        Если скажите нет, то сильно ошибётесь. Они вместе. Даже более. Они с июля муж и жена.        И сейчас Артём разогревает машину. Они с Кирой собираются за покупками, а ещё она хотела к Василисе и Вику заехать. Это чудное семейство уже в марте должно было пополнится на одного нового человечка.        Но его возлюбленной долго нет. Он уже где-то минут двадцать на улице, а её нет, хотя она должна была ещё десять минут назад быть на месте.        Он решил позвонить своей жене, однако кроме долгих и действующих на нервы гудков ничего нового не услышал.        Тогда он выключает разогрев, закрывает машину и идёт к пятнадцатиэтажному дому, в котором они живут.        Лифт, как назло едет долго, видимо с последних этажей. Решает не ждать его, а самостоятельно подняться на пятый этаж.        Ещё на лестничной площадке заподозрил что-то неладное. Дверь была чуть приоткрыта. Влетел в коридор и стал звать. Но тишина. Сколько бы не звал в ответ тишина.        Оббегал все комнаты. Но жены не нашёл, а вот в спальне на кровати лежал какой-то листок.        — Твоя жена похищена. Если хочешь её найти, то первым делом включи свой компьютер на работе, — прочитал Мещеряков.        Он осел на кровать. Да быть такого не может! Это чей-то розыгрыш! Да даже, если бы её и хотели похитить, то не смогли бы! Она кого хочешь может уложить за считанные секунды…

***

       — Артём, а, что ты тут делаешь? — удивился Антон Львович, летящему в лабораторию подчинённому. — Вроде бы, у тебя сегодня выходной.        — Киру похитили! — воскликнул в ответ Арт, не оборачиваясь. — Сказали, чтобы найти её нужно, так для начал, включить мой рабочий компьютер!        Начальник поспешил за Мещеряковым. Похищение работницы волновало его не меньше, чем Артаса.        — Ты должен найти настоящего убийцу моего сына, — стал быстро читать входящее письмо. — Дело о смерти Новикова Егора Андреевича. Оно в архивах МВД в ЛЭС его не передали.        — Вызываю Виктора и Василису, они нам помогут! — зло сказал полковник и вылетел из лаборатории. — Быстро ищи это дело.        Через пол часа в лаборатории сидела чета Сменкиных. Они были в шоке. Виктор тоже перерывал рабочие архивы МВД и искал дело о смерти шестнадцатилетнего парня.        — Василиса, Виктор занят, а там труп, сможешь вскрыть? — спросил вдруг появившийся из неоткуда полковник. — Ну, просто ты в положении…        — Не переживайте, Антон Львович, — сказала Вэлл. — Даже отвлекусь от пропажи Киры. Мне же вредно переживать.        Через три минуты послышался громкий визг, оглушивший всю кантору. В морг быстрее ветра примчались Сменкин и Мещеряков. Они подхватили дрожащую Василису и она указала рукой на труп.        — Т-там, посмотри, Арт, — попросила она, прижимаясь к мужу.        Он подошёл к столу. На нём лежала крохотное тело его жены. Бледное лицо и следы верёвки на шее. Белая ткань была неровно поднята с лица и даже половину его закрывала.        — К-кира? — дрожащим голосом спросил он.        Рядом с ним уже стояли Сменкины.        — Я не уверена, но кажется да, — всё ещё дрожа ответила Вася. — Выйдите, пожалуйста, сейчас я буду вскрывать тело. Нужно кое-что проверить.        В общем зале сидело два опера, полковник, Сменкин и Мещеряков. Они обсуждали способы найти похитителя и убийцу капитана. На глазах большинства стояли слёзы. Только одна Инна не была огорчена, хотя старалась показать обратное.        — Да чё ты разнылся, Мещеряков! — не выдержала вдруг Обухова. Ей было противно осознавать, что её возлюбленный так убивается, по какой-то грубой и холодной оперуполномоченной. — Тоже мне опер! Да какой из неё опер, если она за себя постоять не смогла!        — Это не Кира! — воскликнула Василиса, громко хлопая дверью в общий зал. — Арт, это не твоя жена!        — Василис, спасибо за поддержку, но я понял, что она мертва, — тихо ответил Мещеряков.        — Дурачок ты, Артём, это и вправду не Кира, — усмехнулась она, обнимая друга.        — Ты успела сравнить ДНК? — спросил муж у жены.        — Нет, я только вскрыла, — ответила та и вновь обратилась к Арту. — Артём, ты не замечал, что у твоей жены в последнее время настроение быстро меняется, что она стала отказываться от большинства еды?        — Заметил, но причём здесь это?! — грубо воскликнул старший лейтенант.        — И ничего не заподозрил? — он покачал опущенной вниз головой. — Кира была на двенадцатой недели беременности, а труп, что лежит у меня даже не был беремен! Ни разу! Следов аборта тоже нет!        — Но это же третий месяц! — удивился Вик. — Как она скрывала?        — Плод ещё совсем маленький и животик соответственно тоже, — она улыбнулась мужу. — Да и в последнее время она стала носить больше вещей оверсайз, чтобы скрыть его.        — Но, почему она не сказала это мне?! — удивился Артём. — Почему ты знала, а я нет? Ребёнок, что не мой?        — Дурак, — Василиса дала подзатыльник шатену. — Твой это ребёнок! Она просто боялась, как ты это воспримешь!        — Да как я мог это воспринять, да я рад! Как ещё можно было осознать тот факт, что скоро я стану отцом! — дрожащим от радости голосом восклицал рыцарь.        — Она боялась, что ты откажешься от малыша, — она улыбнулась. — Да и хотела, как подарок сделать, на Новый Год. Поздравляю тебя! Летом ты станешь отцом! А ты Инна, совсем! Она не сопротивлялась при нападении потому что похититель мог навредить, как ей, так и ребёнку! Разумничалась тут!        Пока все поздравляли Артёма с таким важным событием на компьютер начальства пришла видеозапись. Она включилась и стала отражаться на большом экране.        — Этот труп — предупреждение, — сказал какой-то человек в маске, голос был обработан. — Если вы до завтра не найдёте настоящую убийцу Егора, то завтра там будет труп настоящего капитана Киры Мещеряковой. Время пошло.        Артём, Василиса и Виктор побежали в лабораторию, чтобы узнать, откуда была отправлена запись. Однако, она была отправлена из интернет-кафе и телефон отправителя сразу же выключился после отправки.        — Вот чёрт! — стукнул после толку рукой Мещеряков.        — Нашёл! — воскликнул Виктор. — Новиков Егор Андреевич. Был убит тридцать первого декабря две тысячи семнадцатого года. Убийца. Его же отчим? — удивился Вик. — Из родителей осталась мать Новикова Валентина Иннокентьевна. Сорок восемь лет. Работает акушером-гинекологом.        — Так я знаю её! — воскликнула Вася. — Она работает в той же клинике, в которой Кира находится на наблюдении! Она могла знать, кем работает Кира и похитить её, чтобы мы стали расследовать дело о смерти её сына.        — А вот и похититель, — задумчиво протянул Сменкин.        — Нет, она лишь заказала похищение, — сказал Арт. — Даже, если Кира особо и не сопротивлялась при нападении, всё равно усыпить её было бы очень тяжело. А также незаметно вынести тело через чёрный вход мог только сильный мужчина.        — Значит, у неё есть сообщник! — воскликнула Вэлл.        — Её сообщником может быть старший сын, — ответил Вик, пробивая состав семьи. — Новиков Сергей Андреевич. Двадцать три года. Владелец крупной фирмы магазинов сантехники. Она досталась ему в наследство от биологического отца, который умер, когда Сергею было тринадцать лет.        — У Киры сегодня первое УЗИ, — дошло до бывшей Антоновой. — Нужно сделать запрос в клиенику и спросить была ли у них на приёме Мещерякова Кира Александровна, если была, то с кем!        — Щас будет, — сказал Артём. Через пять минут пришёл ответ. — Да, она была в клинике полчаса назад. Была сама.        — Видимо, Ольга Юрьевна помогает своей коллеге, ведь Кира одна не могла там быть, — задумчиво произнесла Вася. — Я в клинику, а вы оставайтесь тут, может, похититель пришлёт что-нибудь ещё…

***

       — Ольга Юрьевна, вы мне нужны! — влетела в кабинет Сменкина. — Час назад, может, чуть больше у вас была Кира. Она точно была одна?        — Да, Василисочка, — ласково ответила женщина. — Что-то случилось?        — Её похитили, — Вася села на стул. — Нам стало известно, что похититель ваша коллега Новикова Валентина Иннокентьевна. Она хочет, чтобы мы нашли настоящего убийцу её сына. Если Кира была с ней, то вы только скажите. Ничего такого с Валентиной не произойдёт.        — Ладно, — выдохнула женщина. — Да, Кира была с Валей. Но за Киру можно не переживать, всё хорошо, беременность протекает гладко. Валя не собирается убивать её по-настоящему, только хочет вас припугнуть. О твоей подруге заботятся.        — Скажите, пожалуйста. Где держат Киру? — попросила Вэлл.        — Я не знаю. Мне не говорили, — сказала правду врач…

***

       — Быть не может такого! — восклицал Мещеряков, расхаживая по лаборатории и махая руками. — Да знает эта твоя Ольга Юрьевна, где Киру держат!        — Арт, она бы не стала врать! — возразила патологоанатом. — Просто нужно пробить всё недвижимое имущество и отправить туда оперов. Можно, конечно, даже с группой захвата, мало ли они будут отпираться.        — Как я раньше не додумался! — воскликнул Артём и сел за компьютер. Через несколько секунд ответ был готов. — У них есть квартира и дача.        — Отправляем Обухову в квартиру, а Гурьева на дачу? — спросил Вик, повернувшись к другу.        — Да, только без группы захвата, — задумчиво произнёс рыцарь. — Они сами справятся, ведь сорокавосьмилетняя женщина не сможет противостоять майору или же капитану.        — Я в общий зал, — Виктор пулей вылетел из лаборатории.        — Так, Егор поперхнулся салатом, — читала вслух документы о причине смерти Сменкина. — Смерть признана несчастным случаем.        — Но его отчима, Валерия Игоревича, посадили, как убийцу собственного пасынка, — не понял Арт.        — По версии следователей Валерий Игоревич ударил парня, когда тот ел салат.        — Бред какой-то, с чего они это взяли? — усмехнулся лидер.        — По показаниям сводной сестры Егора, Софии Валерьевны, её отец ударил пасынка во время еды. Парень стал задыхаться, поперхнулся салатом и спасти его не удалось, — хмыкнула Василиса Кирилловна.        — Что-то мне кажется, что он поперхнулся не салатом, — недоверчиво протянул Мещеряков. — Слушай, ты сказала задыхаться, в салате мог быть какой-то продукт вызывающий аллергию?        — В салате был сильный аллерген — арахис, — хмыкнула она. — Стоп, ты хочешь сказать, что София наврала и парень на самом деле умер не от того, что поперхнулся? Запроси, пожалуйста, медецинскую карту Егора.        — Будет сделано, — хмыкнул Арт и стал печатать что-то на ноутбуке. — Через двадцать минут она придёт на ресепшн в электронном виде. Распечатаешь там же.        — Поняла, — девушка вышла из лаборатории.        — Говоришь, что на даче никого нет? — спрашивал Виктор у майора Гурьева. — Ладно, бывай.        — Что там? — спросил Артём.        — На даче никого нет, — хмыкнул Вик. — И около месяца никого не было. До квартиры Инна ещё не доехала. В городе пробки.        — Звони Инне и говори, что, если в квартире будет Новикова София Валерьевна, то пусть везёт её к нам. Есть подозрения, что она как-то причастна к смерти сводного брата.        Через час в допросной сидела высокая голубоглазая брюнетка. Девушке от силы было шестнадцать лет.        — То есть, ты говоришь, что любила своих сводных братьев и никак не смогла бы подсыть одному из них арахис в тарелку? — спросил Мещеряков. Он вызвался допрашивать её, в надежде узнать, где его жена.        — Я даже не знала, что у Егора аллергия на арахис, — хмыкнула девушка. — Да и тем более, у меня нет мотива. Если бы я хотела получить папину сеть ресторанов, то убила бы сразу отца.        — Я не говорил, что арахис был подсыпан именно Егору, — недоверчиво сказал Арт. — Почему ты сказала, что даже не знала о том, что у него на него аллергия?        — Ну, умер же Егор, а арахис — это сильный аллерген, — хмыкнула девушка. — Вот и сказала.        — Ты знаешь, что исходя из этого твой отец не виноват в смерти твоего брата? — спросил Артас.        — Но, он же ударил его, — удивилась София. — Он поперхнулся салатом!        — София Валерьевна, только что я сказал вам, что причина смерти Егора — это аллергия на арахис, а вы мне тут говорите что-то об ударе, — строго произнёс Мещеряков и в итоге не выдержал. — Где ваша мачеха держит капитана Киру Мещерякову?!        — Моя мачеха? — ещё больше удивилась Новикова. — Она её похитила? Быть такого не может!        — Где вы были с десяти утра до половины одиннадцатого утра? — строго спросил Артём.        Девушка опустила взгляд. Она молчала и не хотела отвечать.        — Я спросил где ты была с десяти до половины одиннадцатого?! — повторил рыцарь.        — Вы только этой, Вальке, не говорите, — попросила девушка, не поднимая взгляда. — Я у друга была.        — У какого? — строго спросил мужчина. — Возраст, ФИО, местожительства!        — Селезнёв Владимир Дмитриевич, двадцать один год, улица Жукова дом сорок пять, квартира тридцать, — промямлила та. — Вы не говорите этой, что я у Вовки была, пожалуйста! А я вам скажу, кто Егора убил.        — Ну и кто же? — усмехнулся Арт. — Я честно не скажу.        — Это Володька ему арахис в тарелку подсыпал, — София потёрла плечо. — Понимаете, Егор часто задирал Володьку на счёт бедности. Ну, не то, чтобы его семья жила бедно, просто, ну, мы были богаче. И однажды Володька не выдержал. Узнал, что у Егора аллергия на арахис и подсыпал. Мой отец решил взять его вину на себя. Придумал мне речь и даже ударил тело Егора.        — Где он сейчас? — спросил Артём.        — Дома, где ж ему быть, — хмыкнула Новикова. — Я свободна?        — Нет, где ваша мачеха может сейчас находится? — уже спокойно спросил он у Софии.        — Я не знаю, — взгляд её забегал из стороны в сторону. — Она может быть в квартире у Серёжи.        Спустя ещё час девушка спокойно сидела в общей зале и говорила с Василисой. Вдруг мимо провели Владимира.        — Ты чё наплела им? — стал кричать блондин, когда заметил свою подругу.        — Ты! — стала восклицать девушка. — Ты убил Егора! Тебя достали его издёвки! Ты во всём виноват!        — Его же ты убила! — воскликнул в ответ Вова. — Твой батя ещё ж твою вину на себя взял!        — Стоп, хватит кричать! — попросила Вася. — Владимир, ты сказал, что это её вину взял на себя Валерий Игоревич? В допросную его.        Парень уже минут пять сидит в допросной. Дверь открывается и в неё входит всё та же беременная девушка, которая ему поверила. За стеклом за парнем смотрят Вик и Арт.        — Ты сказал, что это София убила Егора, почему ты так сказал?        — Послушайте, я ни в чём не виноват! — стал восклицать Володя.- Я ничего не сделал! Это Сонька всё! Я даже мотив знаю! Поверьте же мне!        — Я и так тебе верю, не кричи, — ласково улыбнулась Сменкина. — Успокойся и расскажи, как всё было.        — Сонька так своего батю ненавидеть стала, когда тот её мамку бросил. Дочка с ним осталась, так суд решил, почему не знаю. А она всё к мамке рвалась. А когда её батя за тётю Валю вышел она вообще отказывалась общаться с ним. Потом вроде смирилась, с Егором и Серёжкой поближе познакомилась. И вроде всё стало налаживаться, только вот она узнала, что Валерий Игоревич свою сеть ресторанов Егору завещал. Они с Сонькой одногодки, но Сонька не самостоятельная, вот её батя и завещал сеть Егору. Она так разозлилась, когда узнала. Тогда она и решила убить Егора. Узнала, что у него аллергия на арахис и момента подходящего ждала. Мне всё рассказала. И подсыпала в итоге Егору этот арахис в тарелку. Когда он задыхаться стал она стала реветь, мол случайно подсыпала ему арахис. Отец придумал теорию, ударил тело и арахис из тарелки позабирал. Сказал, что сам вместо дочки сядет. Она этого и ожидала. В случае смерти Егора, сеть ей переходит. А, если отца посадят, то она станет хозяйкой при совершеннолетии и не нужно будет ждать, когда он умрёт.        — А почему ты это сразу следствию не сказал? — удивилась Вася.        — Она сказала, что засудит меня, ну она ж тип не совершеннолетняя, — смущённо ответил Владимир.        — Ясно всё с ней, — хмыкнула она. — А ты лучше найди себе другую девушку.        — Обязательно, — согласился парень. — И не подумайте, между нами ничего не было, просто у неё связи, меня б и слушать никто не стал.        — Ах вот оно как. Слушай, а ты не знаешь, где…        — Где вашего опера держат? — перебил парень. — У меня на даче. Я всё тёть Вале рассказал. И похитил я. А она приехала проведать и увидела этого вашего капитана. Ну и сказала, что проследит за ней. Правда она к врачу её возила, я не вдавался в подробности.        — А София сказала, что она у тебя была, — удивилась Вэлл.        — А она понимать стала, что я хочу правду доказать. Вот и решила меня подставить.        — Адрес.        — Коттеджный посёлок «Приветное» улица Лесная дом 10.        Уже через два часа там были Гурьев, Обухова и Мещеряков. С ними был Владимир, чтобы они могли беспрепятственно пора на территорию дачи.        — Я двор, вы дом, — сказал Артём и вылез из машины.        Стоило им попасть на территорию дачи, как Степан и Инна пошли в дом, а Артём остался во дворе.        — Где капитан Кира Мещерякова? — спросил Гурьев, найдя на кухне Валентину Иннокентьевну и наводя на неё дуло пистолета. Привычка, что с неё взять.        — Во двор вышла…

***

       — Кира! — воскликнул Арт, завидя крохотную фигурку жены. — Кирочка!        — Артём, — прошептала она и побежала ему навстречу.        — Как же я переживал, — он подхватил Киру на руки и закружилась в воздухе. Потом поставил и серьёзно спросил: — Почему ты мне ничего не сказала?        — Ты о чём? — нервно спросила Мещерякова, а сердце забилось быстрее и стало страшно.        — Я о беременности. Кир, я всё знаю…        — Ты не рад? — спросила она и отстранилась от него.        В глазах брюнетки стояли слёзы. Губы дрожали, а сама она тяжело и прерывисто вздыхала.        — Ты чего! — воскликнул он и обнял жену, стал целовать её в щёку.        — Я всё поняла, Артём, ты не хочешь быть отцом, я всё поняла, не успокаивай меня.        — Солнышко, ты чего, я наоборот хочу! — воскликнул он и вновь приподнял жену на руки и вновь закружил. — Я так счастлив! Жду не дождусь когда он родится! — он поставил Киру на землю и прислонился ухом к животу. — А кто у нас будет? Мальчик или девочка?        — Двойняшки, — неуверенно ответила Мещерякова. — Мальчик и девочка. Но пол пока что предположительный.        — Ещё лучше, — улыбнулся он и стал поглаживать живот возлюбленной. — Я самый счастливый человек на свете!        — Правда? — не веря своим ушам, спросила Кира.        — Правда, Кир, моему счастью нет предела! Двойня, понимаешь, двойня! Да это же даже лучше чем один малыш!        — Я так тебя люблю, — улыбнулась она и обняла мужа. Причём довольно крепко.        — Я тебя тоже…

***

       Ноябрьский вечер. За окном лежит снег. Возле двух кроваток сидит невысокая кареглазая брюнетка и следит за малышами.        Её счастью нет предела. Ещё в марте две тысячи восемнадцатого года она сидела за столом и мечтала о том, как она будет держать на руках своё чадо. Как рядом будет муж и всё будет хорошо. А сейчас она сидит, уставшая и вымотаная, и смотрит на своих мирно спящих малышей. Глаза начинают потихоньку слипаться.        — Как прошёл день? — в комнату зашёл Артём.        — О, ты уже поужинал? — зевая спросила Кира, обнимая мужа в ответ. — Как обычно. Проснулись, поели, чуть посидели, поспали, поели, погуляли на улице, опять поели и легли спать.        — А твой день? — спросил он целуя жену в макушку.        — Проснулась, накормила их, поиграла, уложила спать, потом смогла наконец-то хотя бы переодеться. Потом они проснулись, я их покормила, потом с Васей сходили в парк, естественно, не без детей. Пришла, накормила, уложила их. Встретила тебя, разогрела ужин. А как ты день провёл?        — Знаешь, совсем не интересно, — он улыбнулся. — И по сравнению с тобой ничего важного не сделал.        — Ага, всего-то раскрыли новое дело, — усмехнулась Мещерякова. — Вы преступника нашли, а я просто с малыми сидела.        — И это в сто раз важнее, всяких там преступников, — он посмотрел ей в глаза. — Ведь сохранять спокойствие и уют в семье, а также следить за детьми, которым ты подарила жизнь — это в сто раз тяжелее…        Он обнял жену. Они долго так стояли, но Кира вдруг вспомнила, как, иногда, сдерживая смешки, считала брак брата забавным. Два патологоанатома. А сейчас стоит обнимает люби мужа и понимает, что их брак, куда забавней. Ведь муж и жена совершенно разные люди.

Опер и программист. Забавно, не правда ли?