Причина первая

Один.

      Питер довольно улыбается, рассказывается о впечатлениях своему наставнику — Тони. Он жестикулировал руками, взахлеб что-то говорил о Мстителях, о своем новом костюме и о том, как же он благодарен ему за то, что взял его на эту важную работу. Он смущенно закрывает лицо руками на шутки Старка, а тот в свою очередь наслаждается компанией Питера. Они едут по огромному Нью-Йорку в дорогой черной машине, слушая глупую болтовню паучка. — А когда следующая стажировка? — с заиканием спрашивает мальчик, глядя в глаза мужчине. — Мы позвоним, — говорит он и тянется открыть дверь, а Питер не так понимает и обнимает его. — Нет, это не обнимашки. Мы не настолько близки.       Питер неловко улыбается и под новыми впечатлениями, берет тяжелый чемодан и скрывается в дверях своего дома. Спустя некоторое время, он начинает написывать Хэппи, каждый день отправляя по несколько сообщений. Все таки он бесконечно счастлив, что его заметил сам «мистер Старк», что он работал и дрался с теми самыми Мстителями, которые не раз спасали Нью-Йорк. И вот он, счастливчик, сражался с ними на одном складе. Конечно, он не хотел показывать, что очень сильно рад, и ему кажется, что так все и происходит, хотя из него так и прет счастье. Он убирает все многочисленные футболки с Мстителями подальше, чтобы не было неловких моментов       Но ему все-таки никто не звонит.       Питер вспоминает это, когда находится в очередной раз в смертельной опасности, вот только он уже не пытается сбежать или вырваться из лап смерти, которая вот-вот настигнет. Он лежит на холодном асфальте истекая кровью, которую смывает обильным потоком струи дождя. Он уже не может двигаться, даже паучья регенерация не может заживить огромную рану, что находится прямо посередине его тела, он не думает, что сейчас умрет, его дело сделано, преступник пойман, а он сейчас подыхает где-то в квартале оттуда. Он думает о том, какие Старк понесет убытки за испорченный костюм. Воздух в его легких уже кончается, он чувствует как каждая капля крови вытекает из огромной кровоточащей раны. Жизненные силы медленно покидают хрупкое тело паучка. Он старается не думать о смерти, которая стоит за его спиной, поджидает, когда он умрет, здесь на грязной земле, один и в ужасных муках. Питер уже хочет обратиться к искусственному интеллекту, но он его опережает: — Не беспокойтесь, мистер Паркер, робот уже выслан, чтобы помочь вам и перенести в медицинский блок, — успокаивающее говорит мягкий женский голос. — Если что, передай Тони, что я сожалею, что испортил супер-дорогой костюм.       Последнее о чем он думает — за ним выслан робот, а не Старк.

Два.

      Вот он и его кумир стоят на крыше массивного здания на воде. Ветер обдувает волосы Питера, он смотрит в глубину, голова немного кружится и ему кажется, что становится страшно от такого. Он паук, плавать не умеет. — В предыдущей серии Питер облажался, я сказал тебе не лезть в это, а ты взломал костюм, который стоит миллионы долларов, чтобы за моей спиной делать, что я тебе ровно сказал не делать? — парень чувствовал, что ему предстоит тяжелый разговор, потому он думает как выход, прыгнуть воду. Ему очень стыдно за то, что испортил планы ФСБ, за то, что прямо сейчас преступник мог сидеть за решеткой. Естественно, если бы не Питер. Чтобы было, если бы Тони был в другой стране и не смог прилететь на помощь. Все бы люди погибли, а ноша осталась на этом шестнадцатилетнем мальчике. Он слишком часто думал «а что если бы?», но он молчит, лишь виновато поджимает губы и смотрит куда-то в пол. Он положил на себя слишком много, вообразив великим супергероем, но на самом то деле Питер даже рядом не стоял с остальными.       Он слабо улавливает то, что говорит Тони, звуки словно смешались воедино, давя на сознание и делаю из этого большую кашу. «Верни костюм, » — проносится эхом в его голове. «А если бы умер ты? Мне это не надо, » — говорит с выражением он, а Паркеру больно, ведь ему плевать, умрет ли мальчик. Время будто останавливается, а его скидывают в бездну отчаяния. Он летит, пробивая дно, прямым путем в небытие, в бесконечную пропасть, где у него отбирают все, оставляя щемящую пустоту в сердце, которую хочется заполнить чем-нибудь. Он летит туда, где его уже давно ждут — разочаровавшегося и разбитого, как фарфоровая кукла маленькой девочки. Как же хочется, чтобы осколки этой куклы врезались глубоко в сердце Старка, наравне с кусочками шрапнели. С этого все и началось.       Вот только теперь плевать ему.       После университета Питер лежит на кровати и внимательно изучает белый потрескавшийся потолок. После трех лет разорванных связей, он задумывается, а действительно ли мужчина считает его хотя бы на уровне супергероя, а не просто ошибкой жизни, которую по счастливым обстоятельствам укусил радиоактивный паук? Судя потому, что он давно не интересуется им, не звонит, не дает задания, просто забыл, выбросил, как новую вещь, которая оказалась неудобной. Старк может и забыл паучка, глупого, шестнадцатилетнего возраста, но только ему уже пять лет как не шестнадцать, да и сам Питер далеко не забыл мужчину. Как бы он не пытался заполнить эту пустоту, которая таится в нем уже четыре с лишним года, закрывая глаза он видел такой желанный силуэт, что снился ему каждую ночь. Он не просил взаимной любви, свадьбы и детей, он просто хотел находится рядом с Тони и видеть, что он счастлив со своей женщиной, а Питер будет счастлив за него. Но где-то с восемнадцати ему ни разу не позвонили, прямо как в самом начале, но вот только он не увидит Старка не через неделю, не через два месяца, не через год и не через три. Продолжая свою карьеру мелкого городского спасителя, часто приходили на ум вопросы что-то вроде: «Нужно ли это все, бегать по крышам зданий, переводить старушек через дорогу и снимать котиков с деревьев?» Он отказался быть Мстителем, потому что был не готов. Потому что тогда знал, что снова разочарует Старка. Он просто продолжает свою обычную жизнь, точно такую же, что была до укуса. Он просто учится в одном из самом престижном университете, у него большой выбор девушек, но ему нужен лишь Старк, которому плевать, как всегда. Да, он помог поступить ему. Да, он нашел ему квартиру недалеко от места учебы. Да, он фактически открыл дверь в светлое будущее, но зачем все это, раз ему все равно до глупого мальчишки?       И Паркер не знает, что лучше изменить — тот день, когда его укусили или тот, в котором он отказался от титула Мстителя?

Три.

      Прямо сейчас Тони сказал, что ошибался в нем, приводил какие-то странные и глупые аналогии, но Питеру до жути приятно слышать это из уст человека, на которого он равнялся всю свою жизнь, начиная с детства. — Ты облажался по-крупному, но потом все исправил. Ты наложил кучу, а потом все вымыл дочиста. Ладно, не самая удачная аналогия, — он снова пошутил, а в животе мальчика начинают порхать бабочки и расти цветы, — За дверью пятьдесят репортеров, не блоггеров. Как будешь готов, выходи к ним.       Ему предоставили новый костюм, предоставили красную дорожку к славе, но он отказался. Питер прекрасно знал, что это никакая не проверка, что за дверью его и правда ждут журналисты. Но он не вынесет того груза, что придется тащить, будучи Мстителем. Не вынесет и ответственности за жизни жертв, ведь ему тогда было всего лишь шестнадцать. Из новостей он узнает, что сразу же после его ухода он делает предложение Пеппер. Тогда, мальчик чувствует ком, который подступает к горлу. Чувствует горячие слезы на щеках, что градом катятся с его глаз. Он рыдает еще очень долго, пересматривает в интернете сюжеты о неожиданном предложении. Он делает себе еще хуже, сыплет соль на рану и теребит ее края, чтобы она не заживала.       Главное, чтобы цветы в его животе не убили его.       Питер действительно понимает, что все плохо, когда на его двадцатиоднолетие не приходит даже поздравление в виде смс на телефоне. Уже молодой Человек-Паук давно потерял хоть какую-то связь со «Старк Индастриз»: удалил номер Тони, удалил номер Хэппи, снял с костюма жучок отслеживания, и забыл про костюм, что забросил в самый дальний угол своего шкафа. Костюмом он пользовался теперь редко, иногда ловя каких-то мелких воришек, которые пытались ограбить магазины. Или охотился на кого-то покрупнее, но не попадался на камеры, делал исключительно все скрытно. Естественно все понимали, что это был Человек-Паук, но почему он скрывался — никому не понятно.       А Паркер скрывался, потому что не хотел напоминать о своем существовании Тони, который очень часто светился по телевизору, бывая на различных мероприятиях вместе со своей супругой, с которой, на минуточку, спустя пять лет миллиардер так и не поженился. Сейчас ему только тридцать девять, вся жизнь впереди, а у Паркера, она и не начиналась. У него учеба, у него популярность, у него друзья, у него чертова влюбленность в «мистера Старка», который забыл о нем раз десять. Сейчас, сидя на полу в своей квартире, он смотрит на ночной город с огромной высоты и понимает, что где-то там сейчас сидит его одна большая боль по имени Тони и спокойно спит с Пеппер. Питер разрезает торт, который купил в кондитерской неподалеку, наливает вино пятидесятилетней выдержки, дорогущее, которое ему подарили. Закрывает глаза и думает, что, если бы никакой паук его не укусил было бы прекрасно. Он бы не любил никакого Тони Старка, не страдал и жил сейчас с тетей Мэй. Он бесконечно рад за него, потому что у него есть любовь, семья и место, где его ждут. — За тебя, Тони, — захлебываясь от слез, говорит он и залпом выпивает напиток, который обжигает глотку, даря прекрасный вкус и некоторое время забвения.       А у Питера нет ничего.

Четыре.

      Последней каплей становится свадьба. Придя домой после сложного дня, парень как всегда проверяет почту. Но вместо счетов за квартиру он находит аккуратно оформленный конверт, на котором значится «Для Питера Паркера». Он с удивлением рассматривает загадочное письмо, которое словно пришло из прошлого. Бумага была слегка пожелтевшая, буквы были написаны вручную, как будто пером. В середине стояла объемная красная печать, на которой был знак корпорации «Старк Индастриз». Это был удар под дых. Слезы начинают подступать, а внутри все скручивается комом. Он не вспоминал о нем три чертовых года, а сейчас просто так приходит это письмо. Подрагивающими пальцами он срывает печать и открывает конверт, видя большую записку:

«Официально приглашаем Вас на свадебную церемонию в честь Мистера Старка и мисс Поттс» …

      В горле Питера огромный ком, он не может нормально дышать, а слезы все стремительнее капают на паркетный пол. Они градом срываются с его щек, разбиваясь на тысячу кристалликов. Он снова и снова вчитывается в уже промокшую от слез бумагу, надеясь, что прямо сейчас в окно влетит Тони, взорвутся хлопушки и он скажет, что это все был розыгрыш и проверка, которую он успешно прошел. Ну или надеялся хотя бы проснуться от этого личного кошмара и боли. Но нет, никакого Старка не было — был только Питер и разбитое сердце. Его скручивало от одной мысли, что он появится на этой свадьбе, будет видеть как регистрируют их брак, слушать поздравительную речь. Он не хочет видеть лицо этого Старка, лицо Пеппер и других приглашенных на торжество. Не хочет притворно улыбаться, скрывая разрушающую боль, что пожирает его изнутри с последней встречи. Не хочет поздравлять новоиспеченных молодоженов, желать счастья, он может пожелать Тони ужасной боли тупой пустоты, словно у него вырвали реактор и размозжили по полу на тысячу обломков, размазали их ногой, так же, как он поступил с ним, только вместо реактора — душа, доверие, любовь, сердце. Его охватывают мерзкие щупальца ненависти, гнева, которые поглощают его с головой, скользят по каждому закоулку его пустой души, временно залечивая рану, которая снова открылась. Он со всей силой разрывает бумагу на мелкие части, что-то неразборчиво кричит, медленно издирает приглашение в клочья. В приступе истерики, он замечает в трясущихся руках фрагмент письма, на котором написано «Любимому Питеру». Мальчик снова заходится в лихорадочном плаче.       Он чувствует агонию, которая сжигает его тело. Он медленно собирает фрагменты письма, аккуратно склеивая их скотчем, сильно проглаживая клейкую ленту, чтобы не осталось пузырей, смотрит на желтую бумагу, с нежностью обнимает и обрезает ненужные остатки скотча. Он мог бы позвонить тете Мэй, объяснить, ведь она поймет, поддержит, объяснит, что мир не заканчивается на одном лишь Тони, Питер сам это прекрасно это знает, но ему не помогает этот факт. Вместо телефона он берет антидепрессанты, который прописал когда-то ему психолог, насыпает горстку в ладонь, и разом проглатывая их, запивывая водой из-под крана. Да вот только антидепрессанты ему никогда не помогали. У него нет сил встать с кровати, отыскать где-то в закромах своего телефона номер Хэппи, попросить соединить с Тони и высказать все, что накопилось за долгие годы одиночества. Но у него есть под рукой только почти пустая баночка антидепрессантов, которой он не пользовался года два, а еще лезвие, которое в последнее время очень помогает ему. Он уже давно начал медленно разлагаться внутри, не выходя из комнаты, пропуская занятия, но деканат ему ничего не предъявляет, потому что знает, что Питер сидит на лекарственных психотропных веществах. Мальчик давно перестал различать дни, лишь редкие походы к психологу скрашивают его донельзя серую одинаковую жизнь или мероприятия на которых есть Старк. Конечно, он не знает о присутствие Паркера там, поэтому он тихо наблюдает за ним из дальнего угла. Он еще давно понял, что из плена апатии и отрешенности ему не выбраться, ему поможет только компания мужчины, но увы, это невозможно.       Питер снова подносит лезвие в ноге, нанося легкий порез из которого тут же начинает идти кровь. Он не понимает, как именно причинение физической боли помогает, но это нельзя отрицать. Парень сразу забывает о своих проблемах, фокусируясь лишь на кровь, наверное потому что у него развилась гемофобия. Следующие порезы он наносит немного сильнее, но все так же аккуратно, не задевая вены. Шипит от легкого покалывания в районе небольшой ранки и продолжает наносить увечья дальше. Нет, ему это совсем не нравится, но деваться некуда. С кровавой ноги он переходит на живот, режа и его, не задевая старые раны, которые практически зажили, а затем и вовсе переходит к руке. У него все в крови. Но он не суицидник, нет, ему просто нужно заставить забыть его. Питер снова смотрит на фотографию Тони, думает о тете.

***

      Питер, глядя с башни свободы вниз. С высока он видел как быстро под ним пролетают точки — машины, слезящимися глазами видел большие пятна — люди. Он сидел, свесив ноги вниз. Ему всегда нравилась высота, адреналин от того, что прямо сейчас ты можешь упасть и разбиться. Прижав ногу к себе, он наконец-то начал задумываться, что же послужило резкому обрыву общения. Первое время он пытался как-то добраться до них, связаться разными путями, но Мстители словно построили огромную китайскую стену. От него, непутевого мальчишки, который и умел только, что портить. Паркер усмехнулся своим же мыслям, продолжая погружаться в себя, в свой разум, напоследок обдумывая все что с ним произошло. На его часах показывало около двух часов ночи, а удивительный город еще жил, люди куда-то спешили, но не Питер. Сейчас он в полной мере осознавал, на сколько хрупка человеческая жизнь. Легкий порыв ветра — ты на огромной скорости летишь с высоты шестьсот метров вниз, чтобы встретиться с манящей землей. — Эй, карапузам уже пора спать, а не совершать попытки суицида, — Питер услышал до боли знакомый искаженный голос из-за костюма. Тогда он почувствовал, как теплота наполняет его тело и ту самую пустоту в его груди, заменяя сердце, что Старк забрал себе, как трофей. Мужчина выходит из брони, наверное, из-за темноты не видя, кто сейчас сидит перед ним, — Третий раз повторять не буду, заканчивай это, мальчишка.       «Карапуз, суицид, заканчивай, мальчишка,» фразы ураганом проносятся в его голове, и Питер наконец-то встает и поворачивается с объекту его тревоги. Все таки встретились, спустя три года и при каких обстоятельствах. Паркер улыбался через слезы сам себе, его начало колотить и трясти, ноги подкашивались, воздуха категорически не хватало, тишина давила. Последняя паническая атака в его жизни. — Добрый вечер, мистер Старк. — Питер? — его удивлению нет предела.       — Пять, — досчитывает парень и исчезает.

Уже навсегда.