secret love song

Свечи с запахом карамели наполнили воздух одновременно тяжестью и чистотой, света от огней города, пробивавшихся сквозь окно, было достаточно, чтобы они могли видеть друг друга. Их очертания, лица и ослепительные улыбки сияли ярче любого источника света, известного человеку. Все выглядело мило, не смотря на то, что Хосок не считал такое большое количество свечей у шторы хорошей идеей. В их гостиной в тот вечер не было ничего выдающегося, только пара шариков золотого цвета, которые Юнги откопал в ящике их офиса, летали вокруг, стол, накрытый шелковой скатертью, был забит блюдами и бутылками соджу, а посередине стоял торт красный бархат, который испек Сокдждин, пока что не присоединившийся к их торжеству. Намджун смеялся с чего-то сказанного Чонгуком на диване, он настолько привык к своей старой квартире, что ощущал себя тут как дома. Тэхен сидел за пианино, наигрывая какую-то нежную мелодию, легко касаясь клавиш, шепча что-то в тон, будто он был один в комнате. Возможно, так оно и было, по крайней мере, для трех парней, сидящих на мягком ковре посреди комнаты, точно никого больше не существовало. Их конечности, одетые в джинсы и парные футболки из приятной на ощупь ткани, которые они купили на этой неделе, комфортно сплетались. Юнги сидел с закрытыми глазами, наслаждаясь ощущениями от пальцев Чимина, пока тот вплетал голубые цветы в его высветленные волосы. Хосок ярко улыбался, фоторгафируя своих любимых на телефон, с желтыми цветами, так сильно контрастирующими с его черными локонами. Цветы, что были у Чимина за ушами и в венке, были розовыми, вся концепция таких мелких деталей состояла из его убеждения, что без цветов на головах свадьба – не свадьба. Ни один из женихов не был настолько жесток, чтобы отвергнуть его единственное желание, даже, несмотря на то, что они втроем выглядели, будто сошли с обложки какого-то альтернативного/индии рок трио, оба сидели смирно, пока Чимин подбирал идеальное расположение для своих цветочных орнаментов. В такие моменты они понимали, насколько мало им нужно для счастья, не больше, чем таять от нежных прикосновений и наслаждаться компанией друг друга. Если это тизер их будущего, то они абсолютно точно готовы прожить этот фильм полностью. «Я вас люблю», проговорил Чимин, взял их руки в свои и заставляя их сердца трепетать. В ответ он получил поцелуи в костяшки, тихие обещания и улыбки, дающие клятвы, что невозможно нарушить. Потому, что вы понимаете, им не нужны никакие бумажки из ЗАГСа, или мужчина в экстраординарном наряде, благословляющий их святой водой. Им не нужны стостраничные письма с признаниями в любви, потому, что они видят все по глазам друг друга. По тому, как Хосок и Юнги одновременно целуют Чимина в щеки, шепча миллионы «навсегда» ему на ухо, пока он невозможно красиво краснеет, чувствуя себя благодарным и любимым, готовым к новым приключениям до тех пор, пока эти умные, красивые и креативные парни на его стороне. В мире не существует ничего, что он бы не смог преодолеть или сделать до тех пор, пока они идут вместе рука об руку. И этого было достаточно. Кажется, их друзья все поняли, когда парни решили официально встречать каждый новый день вместе, когда они дали клятвы и обменялись обещаниями, потому, что Чонгук хлопал, а Тэхен присвистывал, а улыбка на лице Намджуна была настолько широкой, что ямочки, казалось, вот-вот станут настоящими черными дырами и всех их поглотят. Чимин почувствовал прикосновения теплых губ на уголках своего рта, которые закрепляли их обещания прежде, чем Юнги спрятял лицо в его шее, а Хосок уложил подбородок на его макушку. Он не припоминает и секунды, когда бы он был настолько счастлив за жизнь, и если сильно захотеть, это и не будет их последний самый прекрасный момент жизни. Это только начало. Конечно же, позже все приобрело странноватый характер. Тэхен с Чонгуком убежали спасать Сокджина, которого почему-то арестовали, а Намджун с подозрением смотрел на своих лучших друзей, будто его собственный паззл стал складываться, давая ему возможность увидеть всю картину. Но он был достаточно добрым, чтобы не говорить об их «предательстве» в день свадьбы, довольствуясь дешевым пивом и набивая рот тортом, не смотря на боль, которую он испытает от этого через время, так как у него непереносимость глютена. Пьяному Намджуну не было до этого дела, особенно, когда ему сообщили, что за торт был ответственным Сокджин. Слава небесам, Юнги додумался спрятать его телефон в рюкзак до того, как он с нефункционирующим мозгом напишет объекту своих воздыханий. Позже их друг вернулся в свою холодную, одинокую квартиру, и Хосок стал возмущаться, что ему приходится самому разбираться со своими пьяными мужьями. Но, в конечном итоге, это не имело значения, не тогда, когда счастье заполняло всю его грудную клетку, а солнечный свет, рвущийся из сердца, окрашивал его кожу золотом. Позже тем вечером Чимин все еще был немного пьяным и разморенным алкоголем, его тело было горячим, несмотря на то, что он был в одних боксерах, в которые Хосок умудрился его засунуть, после того, как заставил хотя бы помыться перед сном. Юнги что-то бормотал о том, что он корейский Человек-паук, пока его темноволосый муж старался донести его в кровать и одновременно укачать. Чимин почувствовал как прогнулся матрац, когда Хосок лег между ними, притягивая двух парней ближе к своему телу, будто они были его личными грелками, человеческое, пьяное одеяло, за которое он вышел замуж. Да, не все было идеально, особенно предчувствие бодуна, что ожидал его утром, но тогда, на закате, прижимаясь к своим мужьям, прислушиваясь к их неровному дыханию и учащенному сердцебиению, не существовало ни единой вещи в мире, на которую Чимин бы это променял. Все было хорошо, и они были дома. В месте, в котором нашли убежище их сердца.