Струны души

Юнги сидит за пианино, раз за разом перебирая податливые клавиши. Чонгук следит за парнем, складывая пальцы в замок. Чон решился пригласить Мина к себе, сказав, что у него дома также находится музыкальный инструмент. Мин сразу принял приглашение. Лето совсем скоро, в это время года темнеет довольно поздно, и, в семь часов по настенным часам, на улице все еще было достаточно светло. Юнги не собирался уходить, что частично огорчало брюнета, ведь гостей он не жалует, а уж тем более на ночь. Но тут Мин резко поднялся, закрыл клавиши крышкой инструмента и подхватил свой мятного цвета рюкзак. — Я хочу выпить. Чонгук непонимающе вскидывает бровь, в свою очередь поднимаясь с прогретого кресла. Пить он умеет, но откуда же такое резкое желание у этого парня? — Сейчас? — Чон не хочет составлять компанию. — Может на выходных? У Юнги словно дьяволы в глазах заплясали, а на лице засияла ухмылка. Все складывается до безумия просто. — Выбирай, — Юн ведет пальцами по клапу, — Либо идем сейчас… Либо же на выходных, но я приглашу пару друзей? Чонгук цокает, сжимая руки в кулаки. Это больше смахивает на некий шантаж, ведь уже поздно и желание идти куда-либо отсутствует, а просто отказать как-то неуважительно. Хотя, когда же Чон задумывался об уважении? — Юнги, я никуда не собираюсь идти, — Мин расплывается в улыбке, — Тем более с твоими друзьями. — «Хен». Для тебя я — хен, дорогой, — Юнги скалится. — А поскольку ты куда младше меня, твое мнение не сильно важно. Так на выходных? На тумбочке лежит телефон Чонгука, который тут же оказывается в руках Мина. Пару движений и он уже записан там как «Любимый хен». Дверь хлопает и наступает гнетущая тишина. Чон с небывалой злостью переименовывает нахального парня в своих контактах на «Придурок».

***

От: Юнги-хени Скажи своему ванильному мальчику, что мы идем бухать в субботу с придурком Чоном. Платит Ким. От: Мелкий Чим Мы?! Хен, ты прекрасен ㅠ3ㅠ

***

— Эй! — взвизгнул Пак, когда увидел, что его друг-идиот-Ким надевает широкие штаны. — Я же сказал, чтобы ты надел мои обтягивающие и разорванные в коленях джинсы, а что ты на себя напяливаешь? Тэхен бурчит себе под нос, уже стягивая с себя растянутую ткань, бросая ее куда-то в сторону кровати. — Я не соблазнять туда Чона иду, а пить. Чимин закатывает глаза на ответ младшего, кидая в него теми самыми джинсами, чтобы его любимый друг был одет с ниточки. Все же знают, что Ким с удовольствием будет подмахивать задом. Когда трое студентов проходили в клуб с каким-то пафосным названием, взгляд сразу пал на Пака с Кимом, ведь эти два парня натянули до жути узкие джинсы, больше похожие на вторую кожу. В нос ударил крепкий запах алкоголя, а барабанные перепонки не выдерживали настолько громкую и грубую для них музыку. Парни прошли к столику в углу, сталкиваясь там с Чоном и Мином. Двое уже заказали соджу для начала, не решаясь напиться с самого прихода. Как только в поле зрения Чонгука попадает парень в жутко обтягивающих штанах и с растрепанными волосами, тот ненароком давится прозрачной жидкостью. Одежда на Киме кажется лишней. Чон уже занимался сексом с парнями, поэтому с девушками ему казалось, что куда приятнее, но на этом худом теле просто не смотрелась эта одежда. Как по-гейски. — Ты знаком с этим придурком?! — алкоголь ударил в голову. Чонгук умеет пить, но тело не слушается, как и голова. Все смешалось, в глазах словно двоится, когда этот парень со смущенной улыбкой усаживается напротив Чона, здороваясь с Мином. Так мило тому улыбается… — Если ты про Пака, то он еще тот придурок, — прохрипел Мин, с ухмылкой рассматривая блондина. — Он про меня, хен, — прошептал Ким. Конечно всем и так понятно про кого Чон, но для чего же тогда весь этот театр? Если уж начали, то до конца, до последней стопки горького напитка и пошлого поцелуя. Чонгук ненавидел себя, когда прижимал к стене русоволосого, жадно впиваясь в губы того, пропихивая язык в горячий приоткрытый рот, пуская слюну на подбородок в этом противном клубе, где каждый второй трахается чуть ли не на столе. Хоть они и не исключение. — Как нога? — В губы рвано дышит, заглядывая в сладкую карамель чужих глаз. — Заботишься? Все хорошо, Гуки, — Ким толкает того в грудь, возвращаясь к столу. Так и хочется прошептать 1:0. Сходил в сортир, называется. Тэхену не скрыть смущения, да и счастья тоже. Сегодняшний день удался, а страдания в этих узких джинсах не прошли даром. Ким теперь знает, что в нем заинтересованы, пусть и по-пьяни.