Герой с половником?

Миша кривился, ковыряя в тарелке. Утро не задалось с самого начала, так как примчавшаяся недолекарша всунула ему в руку стакан с зеленой жидкостью и тарелку с чем-то склизким. Недовольно просверлила взглядом и молча ушла, не удосужившись даже узнать о самочувствии. — Интересная политика разговора с Избранным… Главное, очень сильно доверие вызывает, — бурчал парень, начиная задумываться о побеге из этих земель. К чертям. Вчерашняя аудиенция у Короля не вызвала никаких высокопарных чувств, желания громить, крушить зло или хотя бы возгордиться своей уникальностью. Даже в шутку издеваться и крутить на своем ху… На пальце всех и сразу. Кто-то в книжках говорил, что каждый мальчишка мечтает стать героем, получить в спутницы жену-красавицу-принцессу, а так же кучу плюшек от богиньки, которая и призвала бы этого Избранного в свой мир. Лгут. Бессовестно и нагло. Мнение Миши не изменилось ни на йоту — он хотел закончить свой университет, поступить в ординатуру и в будущем стать уважаемым хирургом! Черт, он полжизни убил в полигонах друга отца не для того чтобы его сейчас возносили хер пойми за что, убрав самое важное, ради чего он так боролся. Желание помогать людям у него было в крови с самого детства, и вот так вот раскрошить в труху пять лет жизни, мотивируя это «Епт, да это же Избранный! Он сейчас одним мизинцем жахнет и уничтожит зло этого мира!», ему не улыбалось. Более того, Властитель не казался глупым поработителем вселенной. Имел свой стержень, какие-то свои четко поставленные планы. В которых Дальницкий был всего лишь пешкой, которую Алкарондас бы передвигал по шахматному полю до того, как того просто не убьют. Парень нахмурился. Ни о какой магии речи и не шло, он по-прежнему ничего в себе не ощущал. А значит, придется как-то со всей этой задницей разбираться самому. Вздохнув, он отставил тарелку, так и не притронувшись к супу и съел лишь хлеб, запив зеленой бурдой. На вкус было отвратительно. — Окей… И куда же мне идти, — вопросы вслух немного помогали успокоить бешено стучащее сердце. На самом деле, Мишка до сих пор пребывал в раздрае чувств и с трудом верил в то, что его вытащили из собственного мира ради великой цели. Фэнтезийно, нереально… Не для медика, который ни во что не верит, пока не потрогает, не отшлифует. Не осознает физически. Пусть балакают и молют всякую чушь экономические, исторические и литературные университеты. Медики — чистые практики и пока он своими ушами, глазами, губами не ощутит правду — черта с два во что-то поверит! С воинственным духом и немного подрагивающими коленями, Миша спустился из лазарета по лестнице, задумчиво осматривая огромные коридоры, ведущие во все уголки дворца. Сейчас бы кого-нибудь из тех болтушек девчонок, дабы они помогли ему сориентироваться в пространстве… Наверное, он бродил больше часа по замку, расстраиваясь все больше и больше. Во-первых, никого за все время он так и не встретил, внутренне успокаивая себя тем, что его и охранники не нашли, но неприятный осадок оставался. Он не имел понятия где ходил, когда и в какой момент может наткнуться на самого короля… И каких кар ожидать от Властителя, если его не удовлетворит отмазка юного Избранного. Он же бессовестно сбежал с койки, намереваясь удрапать нахер! Мимо пробежал юный эльфеныш с подносом, на котором стояла дымящаяся кружка и большая тарелка с аппетитном мясом, пряча глаза в замотанной по самый лоб бандуре. Присмотревшись к странному чуду, Дальницкий улыбнулся. Идея пришла сама собой. Раз из той двери выскочили с теплой едой, значит, это кухня, кладовая или еще какая-нибудь комната для персонала. Он повертел головой и, осознав, что никто его не видит, прошмыгнул внутрь, осторожно хлопая дверью. За дверью жизнь изменилась кардинально. Никакой тишины. Здесь стоял гвалт, шум, скрипучие голоса эльфиек, торопящихся служек, и громкие крики поварих, которые в спешном порядке разливали еду из больших кастрюль… Хотя, на кастрюли это было меньше всего похоже. Дальницкий присмотрелся. Больше похоже на котлы, но странные выступы и два дна никак не давали понять, что же это за бандура такая. — Мальчишка, какого черта еще не переоделся? — эльфийка подскочила к нему внезапно, отчего Мишка аж растерялся. Светлые волосы у нее были убраны под косынку и ниспадали за спиной крупными кудряшками, а светлые глаза недовольно сверлили, вызывая ощущение неловкости. — Простите… — Никаких простите! Скоро обед, ты должен был знать, что к этому времени все слуги должны быть готовы отправиться разносить еду. Немедленно переоденься и быстро за работу! — она гневно толкнула его к небольшой комнатке позади огромной кухни. Парень зашел, осматриваясь. Небольшая конура с лежащими на полочках свертками с одеждой. Он наугад взял один и развернул. Большевата… Так, использовав магию «тыкаю наугад и смотрю», он с пятой попытки попал на свой размер и радостно улыбнувшись, принялся переодеваться. Как, что, куда… Эти вопросы мучили после того, как он посмотрел на себя в зеркало. Одежда выглядела как четыре куска ткани, рубашка, пояс и вроде как штаны… И балетки. Странная обувь для парней, но над ней он не задумывался особо, проблема стояла в том, чтобы одеться прилично, а не выйти клоуном на эстраду. Глянув на кухню, он поглядел на остальных слуг и чуть не шлепнул себя по лбу. Нихрена это не куски ткани… А сворачивающиеся в форме рубашки и двухуровневой накидки, запахивающаяся и перетягивающаяся поясом, тряпки. Последняя предназначалась для головы и заматывалась там в непонятную шапку, скрывающую волосы. Промучившись с этой ебодельней еще минут двадцать, он выполз из комнаты. — Просто пиздец… Нахуя война, тут можно устроить митинг по отсутствие легкости и простоты в одежде! — Миша негодовал. — А ну за работу! — ему в руки всучили поднос с двумя тарелками, — отнесешь это в тюрьму заключенным. Дальницкий закатил глаза. Ага, он во дворце то заблудился, а уж тюрьму найдет… Ага, три раза! Однако, улыбнулся, мило покивал разгневанной женщине и вышел из кухни, спокойно выдыхая. В этом наряде его бы и мать родная не узнала! При воспоминаниях о родителях, сердце екнуло и в груди сильно сдавило. Он постарался отогнать мрачные мысли и снова бродил по замку, но, уже не боясь, что его кто-то окликнет как Избранного. Максимум как нерасторопного слугу. Еще минут двадцать он бродил, спускаясь все ниже и ниже по многотысячным лестницам. На самом деле, он бы подал в суд на того, кто создавал этот кошмар, именуемый замком его Величества. — Эй, мальчишка, ты чего тут бродишь? — к нему подошел еще один слуга, но явно повыше рангом простых чернорабочих. На груди была эмблема, а на руке висел нарукавник с непонятной надписью. — Простите, я заблудился. — Эх, говорил Таиллее, что пора вам карты давать… Совсем глупых берут на работу. Куда тебе надо? — В тюрьму, — он сделал удивленную и испуганные глазки, стараясь подражать всем глупым девкам, что вились около него когда-то в школе. Благо, в медицинском его это обошло. Девушки там мало думали о парнях, а занимались учебой, посвящая себя медицине всецело. — О, ну почти дошел, — хмыкнул мужчина, — только в противоположную сторону. Я создам тебе портал, а то такими темпами ты не дойдешь. Надо же, в этом месте есть положительные типчики. Хотя, черт знает. Нельзя по первому же впечатлению говорить о ком-то. — Спасибо вам огромное! И он шагнул в синеву портала, внутренне опасаясь всяческих соприкосновений с магией. Что лифт, что эта долбанная перемещалка — он не хотел иметь ничего общего с чертовой магией этого мира!

***

— Мне кто-то объяснит, почему ребенок смог пройти мимо двух охранников и свалить? — Алдарон сидел у себя в кабинете, расписываясь на особо важных документах. Все стоявшие, вздрогнули. — Простите, ваше Величество, мы не думали, что он так быстро встанет, — охранник был весь белый от страха, так как знал своего правителя очень хорошо. — Вам вообще не стоит думать. Только выполнять свою работу… — король Светлых земель убрал перо в чернильницу и посмотрел на двух эльфов, которые нарушили его приказ. И потеряли пацана. Да, он не верил в то, что двадцатилетний шкет способен выиграть войну, но Избранный, это уже другой полет сил. Совет уверил его, что благодаря парню они смогут не просто разгромить Темных, но и более того, стереть с лица земли само существование Империи. Как? Это уже сам Избранный сделает. Война осточертела уже всем. Военные ресурсы, множество миллионов золотых, социальный и экономический упадок. Да, где-то он выигрывал с ней, сокращался, как минимум, слой бедного пласта населения, но скоро более влиятельные средние и высшие классы начнут роптать… А внутренние мятежи Алдарону не нужны. Он должен поскорее все закончить и привести Светлых к несокрушимой победе. — Ясно. Он щелкнул пальцами и одного из охранников разорвало изнутри. Рядом с королем стояла его охрана, и они спокойно выставили щиты, дабы кровь и ошметки внутренностей не попали на его Величество. Мужчина холодно посмотрел на второго эльфа, который весь сжался и с ужасом в глазах смотрел на него. — Убрать мусор. А ты запомни — парня найти и не спускать глаз. Как минимум до того момента, пока мы не поймем как его использовать в этой войне. И вышел, оставив взмокшего и дрожащего взрослого мужика стоять на коленях, благодаря за еще один шанс. — Ваше Величество, но сэр Мишаэ точно понадобится нам в этой войне? — Советник брезгливо стянул белоснежные перчатки с рук, выкидывая в урну. Он позже всех понял замысел короля, и пара капель осталась на его перчатках. — На это надеется наш Совет. Я не верю в то, что не видел. — Возможно… Избранного слишком высоко ставят, сэр? — Лорд Дреиэль, не волнуйтесь. Сейчас наша задача — найти его. Сообщите охране во дворце о пропаже. — Слушаюсь, ваше Величество. Все будет исполнено в лучшем виде! — Раз с этим ясно… Что у нас на передовой. Изменились ли силы противника и как обстоят дела с подмогой? — король медленно шел по коридору, рассматривая что-то за окном. Понять, за что его взгляд зацепился, было нереально. — Да, конечно, — второй советник выскочил из ниоткуда, поправляя мантию и очки. Вытащил свиток и прокашлявшись, ответил, — на этот момент в нашем отряде за сегодняшний день погибло сто двадцать пять человек. Почти шестьсот ранены. Целители не успевают всех лечить, плюс, у них все так же сильно ограничен магический резерв и из-за этого возникают сложности… Темные напали на повозку у ущелья, захватили пятый отряд на границе с Гаочыньем. Мы понятия не имеем, живы ли они… — Ясно, — Алдарон с силой потер виски. Он не любил жертвовать своими людьми просто так… Отдать жизнь за благо — это да. Но просто кинуть их как трофей для Темных? Жалко, конечно, но придется смирится, что такие потери неизбежны. — Мы одолеем их, ваше Высочество. И тогда земли Империи будут принадлежать нам, и тогда вы сможете использовать… — Достаточно. Не соизволит ли Избранный прекратить подслушивать разговор, не предназначенный для его ушей? И все это было проговорено так спокойно… Что Мишка понял — этот человек — монстр во плоти.

***

Он не собирался ничего подслушивать. Просто отнес еду заключенным… Отдал этим немощным Темным похлебку и черствый хлеб. Охрана его пропустила с легкостью. Очевидно, здесь не промышляли шпионажем и в открытую не таскались во дворец в качестве подставного лица. Кстати, клетка у них тоже выглядела странно. Большая комната с широкими литыми железными пластинами. Вот из этой вообще никто не смог бы сам сбежать. Ему даже дверь открыли и посоветовали просто кинуть еду перед выходом и уходить. Он кивнул, поблагодарил их за помощь и огляделся. Увидев пустые глаза пленников, у Дальницкого все в груди сдавило. Неизвестно, сколько те сидели в темнице, но их решительность уже давно растаяла, оставив лишь руины смирения своей участи. А потом взгляд зацепился за лежащего на полке эльфа и, приглядевшись, он внутренне ахнул. Открытая рана на ноге, нижней трети голени. Загноившаяся и более того, началась гангрена. Он подошел к мужчине. Того всего лихорадило и он кривился от боли. — Как… Как давно это с ним? — Слушай… Иди ты дальше работай. — Эльфы не были настроены на беседу и очевидно, не собирались отвечать на вопросы. — Послушайте, у вашего союзника идут необратимые процессы! Вам следует немедленно его вылечить. Неужели среди вас нет ни одного Целителя? Миша узнал, что в этом мире есть магия. Более того, его же пытались вылечить магическим путем, когда он так позорно рухнул в обморок. Поэтому, кое-какие знания в плане медицины здесь были. Осталось узнать только… На каком уровне. — Слышь, пацан. Походу ты совсем блаженный, если не знаешь о Темных ничего, — эльф с разрисованными жуткими шрамами лицом, хмыкнул. — Я не пацан, а Миша, — внутри все кипело, а в голове мгновенно строились сотни, тысячи вариантов того, что следует делать в этой ситуации. Позвать лекаря? Бесполезно. Кто будет помогать военнопленным-то? Если бы тот был важной шишкой, то да. Тогда ему бы обеспечили минимальный уход, но простолюдинам? Он вообще удивился, что здесь берут пленных, а не уничтожают мгновенно. — Мишаэ? Странное имя. Хотелось хлопнуть по лбу всех, кто так издевался над его именем. — Вы лучше скажите, как давно у него лихорадка? — Эй, пацан, время вышло. Выходи уже! Охрана явилась внезапно. О них Дальницкий вообще напрочь забыл, увидев смертельно больного. — А можно спросить, почему вы держите тяжело раненного пленного в таких условиях? Их разве не лечат? — он сделал жутко наивные и тупые глазки, покручивая выпавшую прядку волос. Ну, как прядку… Пару волосинок, потому что не имел привычки отращивать волосы. Да и на работе они бы только мешались. — О, пацан, да ты глупее, чем мы думали, — охранник загоготал, — это приближенные к Темному Императору, поэтому их вообще оставили в живых. — Ой, а зачем их тогда оставили? Хотите угрожать Императору? — Мы выполняем приказ короля и это вообще не твое дело, слуга. Поторапливайся и уходи отсюда. Охранник злился. — М… ладно, — Миша пожал плечами и начал проходить мимо мужчин. Те издевались над пленными. Один зашел в камеру и даже начал избивать какого-то Темного, говоря что-то об отбросах общества. Шутки ради? За считанные секунды Михаил выставил руку и со всей дури въехал в шею, а потом еще и в солнышко, резко развернувшись. Эльф и понять ничего не успел, как упал без чувств. Второй охранник осознал все через пару секунд и, рассвирепев, призвал шар огня. Дальницкий только хмыкнул. В таком узком пространстве магия вообще-то плохая подружка. А потом все услышали звон посуды, и вот уже большая тарелка оказывается на голове мужика… — Эм, ну, как-то так, — Темный дернул ушами и на всю камеру раздался звук лязгающих цепей. Зато теперь ясно, почему они не могут сбежать и помочь раненному. Очевидно, там какая-то блокировка магии стоит. Только вот и Миша ничего не мог поделать с цепями… Он же не маг. А ключей тоже нигде не оказалось. — Я все же еще раз спрошу. Как давно началась лихорадка? — Ну, около шести часов… — Херово… — он посмотрел на эльфа с которого градом тек пот. Черт, гангрена это вам не шутки. Тем более, в таких запущенных состояниях! — у вас тут антибиотики существуют? — Че? — Темный отупело хлопнул глазами. Ответ был ясен. — Если вы хотите спасти своего товарища, вам следует ампутировать пострадавшую конечность и хорошо промыть рану. — Ты думаешь, мы можем вот так вот в кандалах чем-то помочь? — черноволосый эльф почти кричал, с ненавистью скрипя зубами, — да если бы мы могли, то хоть что-то бы сделали, а не смотрели, как он умирает. Черт! — У вас есть шанс. Сейчас нет охраны, клетка открыта. Не верю я, что Темные настолько слабые, что не справятся с какими-то кандалами. Он провоцировал. Унижал достоинство другой расы, заставляя чувствовать себя ущемленными. Играл чувствами тех, кто так давно был закрыт в этой камере… Миша развернулся к охране. — Чтобы не сильно палиться, предлагаю вам их забрать с собой и скинуть по дороге, но не убивать. Как минимум у вас будет несколько часов форы. — Шкет… А ты точно Светлый? Только что ты фактически предал своих и хочешь дать шанс нам сбежать? — вроде, это был лидер их банды. Именно его все слушали и если хотели что-то сказать, сначала выразительно смотрели в красные глаза эльфа. — Ни черта я не Светлый, и прекратите называть меня шкетом. В моем возрасте даже стыдно такое слышать, — буркнул Миша, недовольно смотря на эльфов. — Спасибо… Серьезно, этого мы никогда не забудем, пацан. Миша улыбнулся. На самом деле он обманывал себя. Никаким героем он не был и быть не мог. Ему по-прежнему страшно, опасно и не факт, что сейчас не прибегут другие, а там уж осознают, что Избранный помог сбежать… Убьют сразу? Король, помнится, обещал пытки… Вот только долг врача в приоритете, а здесь больного никто не смог бы спасти и эта смерть, пускай и косвенно, легла бы на плечи Миши тяжелым грузом. А ему было достаточно тех, кого он не мог спасти в ОРИТе. Да, не его вина, но черт побери, видеть как уходит жизнь, стоять почти у самой кровати и осознавать — все, это конец… Было всегда больно и психологически тяжело. Он вздохнул и быстро вышел из камеры, оставляя позади себя решительно настроенных Темных, которые с лязгом крошили цепи. — Помогите! На помощь! Караул… Грабят, насилуют, унижают! — он нес любой бред, дабы его услышал хоть кто-то. Выйдя из темницы, он продолжал громко орать и даже театрально всхлипывать. — Что случилось? — на шум выбежала пара стражей. — Там… Я принес еду, чтобы покормить пленных, а они… Там… — жаль, что слезу не может пустить. Это, пожалуй, девчачьи фокусы, которым он не мог обучиться так просто. — Так, говори понятнее, что произошло? — Охрана выпустила Темных и убежала вместе с ними! Интересно, они же уже смогли убежать? Мужчины сначала удивленно смотрели на пацана, а потом, матерясь на своем языке, бросились в темницу. Он сделал все, что мог.

***

И вот, пробираясь лунной ночью по коридорам дворца, собираясь свалить отсюда, он и наткнулся на этого чертового короля. Великие боги, почему ему не попался король как в обычных манге или фанфиках? Такой, чтоб был тупым, восхвалял Героя и мечтал только о победе? Какого хрена ему даже в этом не повезло? Алдарон был явно поумнее, и играть с ним в бирюльки было попросту невозможно! Миша замер, только услышав голос его Величества, а потом и вовсе завис, осознавая, какие же гигантские потери несет за собой война. И вот он стоит перед королем, мысленно проклиная тот рандом богов, что закинули его в какой-то полигон выживания, а не детскую наивную сказочку. — Итак, у тебя есть пара секунд, чтобы объяснить свое поведение и внешний вид. Начинай. Ну и как объяснить этому напыщенному дебилу, что сражения, это не его, мать, конек? Что он вообще-то будущий педиатр, который почти получил свой чертов диплом и его главной целью было — спасти как много больше жизней! Да, у него никогда не стояла задача исцелить всех. Эта наивная сказка прошла на втором курсе после первой тяжелой практики. Тогда то и пришло осознание — врачи тоже не всесильны. И они проигрывают коварным болезням, неспособные одолеть ее на этом этапе медицины. — Я не хочу сражаться. Карты сброшены. Интересно, какая будет раскладка? Король молча смотрел на парня. Не сказать, что он удивлен такими обстоятельствами… Все же, того вытащили из собственного мира насильно, но какая, собственно, ему разница на это? Долг Избранного — помочь государству и точка. — Знаешь, я за свою жизнь встречал много глупых, наивных и даже храбрых дураков, которые хотели перечить своей судьбе. Но знаешь, что с ними произошло? — Нет, — Миша не двигался. Даже не собирался сбегать. Фигуры не на его стороне — победители. Королева делает шах и мат без права побега от нее. — Они мертвы. Безрассудство, конечно, хорошо. Но не перед королем и тем более, не тогда, когда тебе отдали приказ.