С первого взгляда

Tim McMorris — All I Want is You

«Мы друзья», — твердили они, и Коул действительно в это верил. С первой встречи он чувствовал притяжение к Лили. Обычная симпатичная девушка, отлично подходящая для роли идеальной Бетти Купер. Коул наблюдал со стороны за ней, пока она разговаривала с Кейси, не замечая пристального заинтересованного взгляда. Когда Спроус подошёл, Лили, увидев его, улыбнулась, протягивая свою маленькую ладошку с аккуратным маникюром: «Лили», — представилась она, и Коул на секунду замер, удивляясь своей реакции — будто сердце пропустило удар. Сориентировавшись, он натянул свою фирменную улыбочку: «Спроус, Коул Спроус». «Лили отличный друг», — уговаривал он себя, пока взглядом неосознанно искал её. С ней комфортно работать — понимали друг друга с полуслова. Они прекрасно проводили время вместе, наслаждаясь обществом друг друга, даже если вокруг был остальной каст сериала или семья. Дружеские объятия. Ведь друзья обнимаются, верно? Такая милая, веселая, улыбчивая и невероятно притягательная. Искренний смех проникал в самую душу. Поддаваясь порывам, Коул касался её нежной кожи, моментально покрывающейся мурашками под его пальцами. Мероприятия, интервью, вечеринки — он не может отвести взгляд от Лили, когда она что-то говорит. Камеры и десятки людей вокруг не останавливают Коула, и его руки тянутся невзначай, чтобы приобнять, дотронуться, будто играючи — всё в его стиле. Они же друзья. Но при мысли о парне Лили, Сэме, на лице Спроуса отражается отвращение. Он совершенно не подходит такой, как она. Друзья тоже могут ревновать. Коулу нравились их с Лили совместные подколы друг над другом в соцсетях, возможно, это и сыграло немаловажную роль в её расставании с Сэмом Нотером. Спроус поддержал подругу, чувствуя себя немного кретином, потому что был рад их разрыву отношений. Её привычка закусывать губу возвращала его воспоминаниями к отснятым идеальным дублям, когда Джагхед целовал Бетти. А каково ощутить их вкус без сценического образа? Инстаграм Лили заполнялся сексуальными фото после различных фотосессий, и он шумно сглатывал застрявший комок в пересохшем горле. Она, как произведение искусства в объективе камеры, и он обязательно внесёт свою лепту. Коулу, как фотографу, хотелось запечатлеть каждый её вздох, каждый взмах ресниц, яркую улыбку, притягательные изгибы тела. «Смотри, как девчонки прикалывались», — Кейджей протянул ему свой смартфон, над чем-то смеясь. На видео Лили и Ками танцуют в сопровождении песни «Ciara — Body Party». Можно было подумать, ничего особенного, но Спроус пялился, как заворожённый, пока оно на повторе начиналось заново. Девятнадцать чертовых секунд, а у него совсем недружеские мысли от его просмотра. Её плавные, умелые движения сводили с ума. Лили двигалась чертовски горячо, несмотря на образ Бетти, надетый на ней. Коул отдал обратно телефон другу, покусывая внутреннюю щёку. Перед глазами теперь стояла картинка с танцующей Лили, только не в свитере и юбочке малышки Купер. Громкая музыка, темное помещение, заполненное танцующими людьми. Все навеселе, подвыпившие — вечеринка по случаю дня рождения общей подруги. Небрежно закинув ноги на столик, Спроус сидел на подлокотнике дивана, наблюдая за Лили в толпе. И всё-таки эта девочка умеет двигаться — чувствует ритм, растворяясь в нём. Она развернулась, замечая на себе пристальный взгляд Коула. И у него от её обворожительной улыбки щемит сердце. Глаза Лили сияют призывным огнём, она закусывает губу, немного усмехаясь, будто дразня. Пальцы покалывает от желания прикоснуться к ней, и Коул за считанные секунды оказывается рядом, подстраиваясь под её движения. Резко схватив Лили за руку, в танце проворачивает её, прижимая хрупкую спину к своей груди. Её пальцы моментально зарываются в волосы парня, делая телесный контакт ещё ближе. Легкие заполнил приятный запах её духов. Цветочный, ненавязчивый, так подходивший для такой нежной девушки. Его руки поглаживают плоский живот Лили через тонкую ткань платья. Коул чувствует жар её тела, учащенный пульс, подаваясь губами к изящной шее. Она наклоняет голову, давая больший доступ горячему рту, её ручка накрывает ладонь Коула на своём теле. Он мягко сжимает грудь девушки, понимая, что не в силах остановиться. Сердце колотится, шумом отдаваясь в ушах. Время остановилось, толпа исчезла — есть только Лили в его объятиях. «Коул, нас увидят», — произносит почти с мольбой, голос хриплый — она так же, как и он, задыхается от этих ощущений и эмоций. Возможно, хочет Коула не меньше, чем он Лили. Друзья не испытывают влечение друг к другу. Спроус ведёт себя несдержанно, необдуманно, но она нужна ему, словно воздух. Коул не может любить Лили только как подругу. Ему необходимо больше — вся, целиком и полностью. «Моя», — твёрдая мысль вызывает довольную улыбку.

***

Лили. Его девочка всегда в мыслях Коула. Такое короткое имя, но сколько в нем значимости для него — на языке, словно прекрасная музыка, когда раз за разом произносит его. Она, будто героиня романа — его героиня. Любить её так просто. Они больше года скрывали свои отношения, знали лишь самые близкие. Маленький секрет чего-то большого и сильного — сохранить любовь гораздо проще без посторонних глаз. Принципы Коула настолько сходились с Лили: ценить и беречь — друг друга, то, что между ними. Сложно, особенно для них. Фанаты вынудили открыться — не было смысла дальше прятаться, слишком всё очевидно. Первый шаг: Коул хочет поцеловать свою девушку — он это сделает, и плевать, что они в объективе камеры папарацци. Самое серьёзное решение, конечно, был посещением «Met Gala» — официальное заявление. Ожидаемо, что с восторгом фанатов, которые их любят, будут и те, кто возненавидит саму мысль о чете Спроуса и Рейнхарт. Хранить в секрете отношения куда проще, отвечать на интервью, что они хорошие друзья, а потом смеяться из-за очевидных влюблённых взглядов друг на друга, просматривая все видео. Конечно, люди не слепые, проницательные фанаты так точно. Очередной «Comic-Con» с тысячами фанатов, объективами камер со всех сторон, журналистами — теперь все знают, следят за ними, ожидают чего-то грандиозного. Глупые, любовь — это личное дело двоих. В этом всём держать дистанцию оказалось сложнее всего: терпеть, ждать окончания. Так непросто не касаться Лили, не обнимать, не целовать, когда захочется. Она невероятно красива и соблазнительна в любом из этих чертовых платьев, которые руки чесались снять. Как же Коулу не хватало их флирта в соцсетях, намёки, которые понимали только они вдвоём, оставляя толику загадочности для остальных. Лили — она его, и лишний раз хотелось это показать всем, так же, как и она недавно взорвала интернет, поздравив Коула с днём рождения — чтобы все влюблённые в него фанатки не забывали, что он её. Спроусу чертовски это нравилось. Очередная порция сексуальных фотографий Лили, и его разрывает от переполняющих чувств: любовь, желание и гордость за свою девочку. Она так талантлива и прекрасна — это видит не только Коул. Пальцы неосознанно двигаются по сенсору, печатая короткий комментарий к её посту: «a/s/l». В его стиле — не думать о последствиях, как жаль, что Спроус сейчас не может видеть её реакции. Вероятно, это был один из последних поводов взломать его твиттер практически на следующий день. Коул лишь посмеялся этой глупости, вспоминая свою шутку о том, что никто и не заметит, потеряй он контроль над своим аккаунтом. Администрация разберётся, не впервой. Что поделать, если этим хакерам скучно — можно только посочувствовать придуркам. Во многих людях есть злоба, зависть, ненависть — от этого Коул и старался уберечь хоть как-то свою девушку. — Коул, сосредоточься, нам надо доснимать вашу сцену, — устало попросил режиссёр. И вот перед Коулом стоит самый дорогой ему человек в привычном, и даже полюбившемся образе Элизабет Купер. Выражение лица девушки измученное и напуганное, по сценарию Бетти переживает не лучшие времена из-за матери и сестры. Видя её, такую правдоподобную и чувственную, играть было легко. — Беттс, — парень шагнул навстречу девушке, обхватив заплаканное лицо ладонями. — Ты справишься со всем, мы справимся, слышишь? — Лили кивнула, а затем потянулась к губам своего парня, отчаянно целуя солеными устами. В такие дубли сложно было сохранять тонкую грань между игрой. А была ли она вообще? Они сливались с чувствами своих персонажей. — Стоп. Снято. Всё, ребята, перерыв. Все разошлись немного отдохнуть после напряженных съёмок, чтобы продолжить через час с новыми силами. Коул и Лили направились в её трейлер, они часто проводили вместе перерыв, никого этим не удивляя. Маленькая обитель девушки встретила их тишиной и запахом её духов. — Лилс, что ты опять твитнула? — усмехнулся Коул, видя издалека интерфейс твиттера. — Ничего. Коул, я не могу зайти в свой аккаунт, меня вышибло, — девушка начала заметно нервничать, — Думаешь, хакеры и до меня добрались? — Не надо было тебе всё-таки тот агрессивный пост делать, детка, — Спроус, достав свой смартфон, сразу увидел странные твиты неизвестного имени, понимая что к чему. Он зашёл в приложение, чертыхнувшись, нахмурился. Лили, и правда, взломали. Переименовали аккаунт, выкладывая отвратительные посты, одним из которых было фото чужого женского тела. — Что там? — её голос дрожал, девушка старалась посмотреть в телефон Коула. — Малышка, тебе не надо это видеть, я сам разберусь со всем, — Спроус попытался убрать смартфон из поля зрения Лили, но проворная и упёртая девушка резко вырвала его из рук. Её дыхание участилось, на глаза навернулись слёзы. Она сделала шаг назад, натыкаясь поясницей на туалетный столик. Ох, Коул так и думал, что именно такая реакция у неё и будет. Трясущимися пальцами она водила по сенсору, остервенело кусая бледные губы. Парень со вздохом забрал оба телефона, предполагая, что и остальные соцсети могут быть тоже оккупированы хакерами. — Они… они… почему, Коул? — голос Лили срывался, в глазах стояли прозрачные слёзы, делая их еще ярче. — Почему так много людей, ненавидящих меня? За что? За то, что мы вместе? За то, что получается делать любимое дело? За что? — Тише, детка… успокойся, — Коул вытер скатившуюся слезинку. Он не мог видеть в таком виде девушку даже в сценическом образе, а в реальности — сердце разрывалось. — Всегда найдутся такие люди, почти каждый человек порочен своей завистью, предрассудками, да неважно чем. Важно быть сильнее этого, Лилс. — Вдруг, все подумают, поверят, что это мое тело. Что я делаю такие фотографии, — новый всхлип, и Коул крепко сжимает в объятиях свою девочку. — Малышка, думаешь, твои фанаты, которые любят тебя, знают почти всё о тебе, поверят в эту чушь? — Спроус пальцами мягко приподнял её подбородок, внимательно заглядывая в блестящие большие глаза Лили. — У тебя есть много фотографий, очень сексуального содержания, детка. Они видели твоё тело в фотосессиях. Ну, конечно, только я знаю его по-настоящему, — Коул провёл рукой по талии девушки, пробираясь под топ, ласково усмехаясь. Спроус гордился Лили во всём, но его раздражало, что миллионы людей могут видеть очень многое в ней, любоваться ей так же, как и он. Ревность — это была ревность смешанная с чувством удовлетворения, потому что эта сексуальная трепетная девочка его. Только Коул мог так её касаться, вызывая мурашки на нежной коже, дрожь Лили. — Лилс, в следующей сцене должна быть веселая счастливая Бетти, а не моя заплаканная девочка, — уж он-то знал, что надо делать. Его губы оставляли горячие влажные поцелуи на её шее. Отвлечь, позже они разберутся со всем. Сейчас у них есть сорок минут. — Может, тогда отрепетируем её… чтобы я вошла в образ? — учащенное дыхание Лили показывало ему, что Коул на верном пути. Она обняла парня за шею, срывая шапку-корону Джагхеда и зарываясь пальцами в его волосы. — О, детка, боюсь, рейтинг сериала не позволит отснять этот дубль по сценарию наших репетиций, — довольно усмехнулся Спроус, затем впился голодным поцелуем в её пухлые губы. Лили ответила с таким напором, будто желая раствориться в нём, отдаваясь движениям языков. Ему всегда будет мало. Снова и снова изучать её тело поцелуями, слушая тихие стоны. Влажная дорожка от родинки к родинке на бархатной коже — и её оголенное тело трепещет перед ним, покрываясь мурашками. Такая чувственная, сексуальная, красивая. Коул усаживает Лили на туалетный столик, устраиваясь между её ног. Воздух сгущается и электризуется вокруг. Её ладошки гладили спину парня, спускаясь ниже и подцепляя края футболки, чтобы избавиться от неё. Когда он губами накрыл набухший сосок, из неё вырвался громкий стон, Лили подалась навстречу его горячему рту, отдаваясь во власть его рук и языка. Ладонь Коула поглаживала её клитор, распаляя девушку ещё больше. Она не должна переживать из-за таких мелочей — прекрасный способ отвлечь любимую девочку, что принимает всё близко к сердцу. Искренняя и чувствительная — одни из первых вещей, которые Спроуса в ней зацепили. — Коул… — её голос полон желания и просьбы, руки Лили настойчиво потянулись к пряжке ремня на его джинсах. Её требовательный напор ещё больше возбуждал. Они понимали друг друга без слов — у них не так много времени, но дома он насладится ей сполна. Сладкий глубокий поцелуй, Коул ловит её облегчённый стон, резко заполняя девушку. Пальчики Лили путались в его волосах, больно оттягивая их. Телесный контакт её возбужденных сосков о его грудь вышибал весь воздух из легких — эмоции и чувства переполняли Коула и Лили. Быстрые толчки, ощущения внутри её тела дарили нереальное наслаждение. Реакция Лили на касания парня, поцелуи была так подстроена под него. От резких движений баллончики и косметика падали на столике, скрипящем под ними. Коул бы сказал: «Тише, Лилс, нас могут услышать», но её стоны разжигали в нём желание довести её до исступления, слышать их ещё громче и отчетливей. Лили сжимается вокруг него в оргазме, тело пробивает дрожь, она утыкается в его шею, с облегчением выдыхая в последнем стоне. И ему этого хватает, чтобы кончить следом. — Вау, отличная вышла репетиция, — выдохнула Лили, едва восстановив дыхание. — Я готова играть счастливую королеву Змеев. Они прижимаются лбами, одними губами прошептав «люблю». Всего лишь слово в пять букв, для многих впустую звучащее — а они не кричат об этом — они показывают свою любовь друг к другу, стараясь избежать лишних свидетелей.

На вопрос журналистки не влюблялся ли он с первого взгляда, Коул незамедлительно ответил «да».