Whore

< BONUS > феликс возвращается в сеул после длительной поездки в сидней. Феликс скучал. Все это время в Австралии он думал только о Чанбине. И весь путь в Сеул, который уже стал ему домом, Ли был как на иголках. Все дело в сердце, которое сейчас стучит так сильно, от ожидания и волнения, что готово пробить грудную клетку. Кожу на кончиках пальцев слегка пощипывало от дрожи. Пытаясь унять ее, Феликс глубоко вдохнул и медленно выдохнул, придавая лицу спокойное выражение, чтобы предстать перед парнем, как ни в чем не бывало. Наконец, дверь открывается. Феликс вальяжно бросает короткое «привет» и наблюдает, как медленно вытягивается сонное лицо Чанбина. На нем одни пижамные штаны. Обнаженный торс парня сразу притягивает взгляд Феликса и тот даже слегка наклоняет голову любуясь видом. - Ты… - наконец, мямлит Со. Без лишних слов, он тянет любимого в квартиру и прижимает его к стене, тут же целуя сладкие губы. Феликс отвечает на поцелуй, наслаждаясь долгожданной близостью. Он выпускает из рук ручку чемодана, чтобы обнять своего возлюбленного, отчего неустойчивый багаж с грохотом падает на пол. Громкий звук заставляет Чанбина оторваться от Ли. Наконец, его лицо становится по настоящему удивленным. Он вглядывается в лицо парня, бросает взгляд на чемодан и снова на парня. - Боже, я подумал, что ты мне снишься, - выдыхает Чанбин, осознавая происходящее, чем заставляет Феликса засмеяться. Его губ касается легкая улыбка. - Ну, ты быстро среагировал. - Это потому что ты часто мне снишься, - быстро отвечает Чанбин, чтобы снова впиться в желанные губы. Ли понял, о каких именно снах идет речь, и он был вовсе не прочь воплотить один из них в реальность прямо сейчас. Руки уже давно по-хозяйски блуждали по чужому телу, в то время, как Чанбин стягивал с него куртку и все, что было под ней. Не разрывая поцелуя, Чанбин ведет парня в спальню. По пути они сшибают все встречные углы, совсем как в тех глупых романтических фильмах. Взгляд Феликса уже совсем затуманен, когда его бросают на кровать. Губы уже искусаны, волосы растрепаны. Наполовину голый он лежал в ожидании, пока Чанбин пытался впитать в себя этот образ. Несколько секунд парень смотрел на возлюбленного, прежде чем накрыть его тело своим и снова захватить власть над чужими губами. Руки Со спускаются к ширинке Феликса. В секунду расправившись пуговицей и молнией, он отрывается от губ любимого и стягивает с того узкие джинсы вместе с боксерами, оставляя полностью обнаженным. Феликс снова ловит на себе взгляд своего парня. Взгляд, который передает желание тела и души. Желание, которое он и сам сейчас так явственно ощущает и не может обуздать. Кожу начинает жечь от прикосновений Чанбина. Поцелуи, от которых точно останутся следы на следующий день. Феликс только сейчас понял, как скучал по ним. Раньше он мог целый день ворчать о том, чтобы Чанбин хоть сколько-нибудь держал себя в руках. О том, что эти самые следы вызывают море косых взглядов, заставляя его краснеть. Сейчас ему плевать на это. Сейчас он жаждал большего. - Чанбин…, - вместе с выдохом произносит Феликс, но все, что он хотел сказать тут же улетучивается, когда его плоти касаются горячим языком. Чувственный стон следует за каждым четким движением. Рука непроизвольно ложится на голову парня, пропускает мягкие светлые волосы сквозь пальцы. Ощущения, по которым так скучал Феликс. Непроизвольно он начинает поддаваться бедрами навстречу ласкающим его губам. И вот, когда он уже был готов кончить, Чанбин, почувствовав это, выпустил его член изо рта. Разочарованный стон ударился о стены. Феликс обиженно посмотрел на парня. - Не так быстро, - самодовольно ухмыльнулся Со. По спине Феликса пробежала толпа мурашек, когда он заметил в глазах возлюбленного шальные огоньки. Боже, как же он по ним скучал. Феликсу оставалось лишь охнуть, когда сильные руки его перевернули, поставив на колени. Он чувствовал, как разгоряченное тело прижималось к его спине. Дышать удавалось лишь глубокими урывками, когда Чанбин осыпал его шею, а затем и спину поцелуями и укусами. Со спускался все ниже, наконец, вынудив Феликса встать в коленно-локтевую позицию. Он сжал так бесстыдно выставленные ягодицы обеими руками. Звучит бредово, но они словно созданы друг для друга – руки Чанбина и задница Феликса. Усмехнувшись этой по-дебильному романтичной мысли, Чанбин развел половинки и, наклонившись, коснулся языком колечка мышц. От неожиданности тот выдохнул весь воздух из легких и качнулся вперед, но тут же поддался назад, давая понять своему парню, как он жаждет его прикосновений. Захваченный новой волной энтузиазма, Чанбин снова проник языком между ягодиц Феликса, почти сразу врываясь в сжатое колечко мышц. - Аах… Чанбин, с-скорее, - неясно бормочет Феликс, уже неспособный сдерживать стоны, но для Чанбина этого достаточно. Снова уложив своего парня на спину, он проникает пальцами ему в рот. Феликс послушно облизывает каждый палец, обильно смачивая их слюной, в то время как Чанбин зацеловывает его шею и грудь. Когда со спонтанной смазкой покончено, Чанбин сразу проникает в тело своего любимого двумя пальцами, заставляя того завертеться под собой от неприятных ощущений. - Прости, солнце, - понимая, что погорячился, Чанбин нежно целует сладкие губы. - Все хорошо, - шепчет Феликс, когда поцелуй прерывается. Он тоже недооценил срок расставания и переоценил свое тело, которое успело отвыкнуть. В конце концов, он хочет этого не меньше Чанбина, и чтобы показать это он пробует сам насадиться на пальцы. Для Чанбина это все равно, что зеленый свет. Он начинает медленно двигать пальцами, разводит их в стороны, разрабатывая нежные стенки. Через какое-то время он вводит третий. Его Феликс принимает спокойнее, но стоны уже беспрепятственно срываются с его губ, так как контролировать себя он уже не в состоянии. Когда Чанбин понимает, что парень готов, то вынимает из него пальцы и приставляет к разработанному колечку мышц свой член. Феликс покусывает губы в нетерпении и обвивает возлюбленного ногами вокруг талии. Слегка надавив, Чанбин проникает в тело любимого наполовину, заставляя того задержать дыхание. Когда он замечает, что глаза Феликса начинают слезиться, хочет отступить, но Феликс лишь прижимает его к себе ногами. - Не… останавливайся, - произносит он, глядя на Чанбина самыми любящими глазами в мире. Чанбин плавным толчком входит в тело любимого до конца и сцеловывает соленые слезы с его висков. Целует слегка приоткрытые губы, проникая языком между рядами зубов и увлекая чужой язык в сладкую негу. Чанбин начинает двигаться медленно, прислушиваясь к каждой реакции Феликса. Он ловит каждый вдох, каждый взгляд. А все, что теперь может Феликс — это позволить сладострастным стонам вырываться из груди и сжимать покрывала, когда любимый набирает ритм. Толчки становятся более размашистыми, заставляя Феликса терять рассудок каждую секунду. - Ликс, - срывается с губ, когда у Чанбина вконец срывает последние тормоза. Почти с рычанием он врывается в тело любимого, заставляя того выгибаться от наслаждения и приближающегося оргазма. Чанбин и сам был уже на грани. Толчки стали яростнее, быстрее. Совершенно пошлые звуки разносились по квартире, пока не прервались почти одновременным стоном любовников. Чанбин едва успел выйти из Феликса прежде, чем кончить. — Это было… - Феликс тщетно пытается восстановить дыхание. - Потрясающе, - завершает фразу Чанбин, падая рядом с парнем и тут же сгребая его в объятья.