Арка 1. Глава 7
28 октября 2018 г., 22:12
Плотно прикрыв за собой дверь, Иссей тяжело вздохнул, прислоняясь к стене и массируя виски указательными пальцами. Благополучно доведя подругу до дома и удостоверившись, что та больше не найдет приключений на своё мягкое место, Хёдо вернулся к себе. Причём путь обратно парень прошёл незаметно, находясь в подобие прострации.
— Сложно, — хмыкнул себе под нос Иссей, отлипнув от стены и направляясь к кровати, на ходу сбрасывая с себя верхнюю одежду, не особо заботясь о том, чтобы аккуратно её повесить. Утром разберётся, сейчас не до этого.
Рухнув плашмя на кровать, Хёдо глухо застонал в подушку. Полежав так некоторое время, парень перекатился на спину, уставившись невидящим взором в потолок.
— Ушёл пораньше, называется, — криво улыбнувшись, Иссей закусил губу. Он мог ожидать много от жизни, тем более у него она была пресыщена различными событиями, но такого…
В памяти всплыло заплаканное лицо подруги, её глаза, в которых плескался страх. Руки парня, казалось, ещё сжимали её дрожащее тело.
Ладно, теперь всё позади. Эта ситуация уже в прошлом, Иссей лишь надеялся, что Кирью усвоила такой горький урок и больше не будет шастать по подворотням, особенно вечером.
Напрягала парня совершенно другая вещь.
— И опять же, почему мне так всё равно? — Хёдо поднес ладони к лицу, изучая их. Вроде только недавно этими самыми руками он, хоть и косвенно, но убил человека. И пару часов назад — серьезно покалечил другого.
Нет, эти уроды заслужили такой участи — это было сложно оспорить. Но… но разве он не должен испытывать хоть какие-то муки совести? Почему ему так наплевать?
Правда, и это будет являться ложью. Хёдо сглотнул, концентрируясь на собственных ощущениях. Он не то, что боялся, он… чувствовал удовлетворение от сделанного.
— Почему жизнь не может быть проще? — фыркнул Иссей, закрывая глаза и переворачиваясь набок.
Усталость брала своё. Да и особо истязать себя пустыми раздумьями не хотелось — сейчас он ничего этим не добьется, лишь испортит себе настроение. Лучше решить этот вопрос немного позже, после хорошего крепкого сна.
Придя к такому решению, парень расслабился, чувствуя как дремота берёт своё и тело приятно тяжелеет.
* * *
Кирью сидела на кровати, вертя в руках маленького плюшевого зайца — подарок отца времен далекого детства. — И что мне теперь делать, мистер Плюшик? — игрушка безучастно взирала на девушку темными бусинками глаз. Айка, подавив горестный вздох, рухнула на спину, поднимая зайца в воздух над головой. — Вот почему он такой… такой! — Кирью взвыла, прижав мистера Плюшика к груди и начиная кататься по кровати. — Дурак, кусок олуха, бесчувственный чурбан и… Замерев, девушка шмыгнула носом. — И всё равно я умудрилась в него влюбиться. А ведь сама над этой мыслью насмехалась! Что? Я не виновата! Не смотри на меня так, мистер Плюшик. Это выше моих сил. Мало того, что из обычного парня превратился в подкаченного красавца, так ещё и… у-у-у… Крепко обняв игрушку, Айка подогнула ноги к груди, надувшись. Вот как он смог так быстро измениться? К прошлому варианту Хёдо девушка испытывала максимум легкий интерес, и то, из-за его жуткой извращенности. А к этому… Кирью фыркнула. Не было смысла отнекиваться. Этот засранец плотно поселился в её голове, даже не собираясь покидать нагретое место. — Он сильный, красивый, ещё и умнеть начал, — бурчала себе под нос Айка. — А под конец, вдобавок, спас, как самый настоящий герой из влажных девичьих рассказов. Герой, блин, на белом коне. Хотя для героя его методы… Девушка инстинктивно сморщилась, вспомнив тот жуткий крик гопника. Он заслужил это, но самого факта не умаляет. Прошлый Иссей бы точно такого не сделал — кишка тонка. Да и та речь, которая, по его же словам, не совсем получилась. Что же за знакомые такие у парня появились, что у них такое заимствует? — … а ещё в его объятиях очень тепло, — прошептала на ухо зайцу Айка, невольно зардевшись. Вспомнив ощущение тех крепких рук, Кирью мягко улыбнулась. Всё-таки судьба — забавная штука. Можно ли ей поблагодарить гопников за полученную возможность увидеть скрытые стороны «друга»? Или это уже слишком? — Та-а-ак, — девушка мотнула головой, вырубая настольную лампу и забираясь под одеяло. — Что-то я совсем уже плыву, раз о таком задумалась. Нервишки-с пошаливают-с… Погладив игрушку, Кирью поставила её обратно к изголовью кровати, где мистер Плюшик обычно и проводил своё время. — Прости, — девушке показалось, что заяц смотрит на неё с обидой. — Я уже слишком взрослая, чтобы спать с мягкими игрушками… — …хотя кого я обманываю, — хихикнула Айка и вновь сгребла игрушку в объятия, устраиваясь удобнее и закрывая глаза. Кому как не мистеру Плюшику можно видеть эту сторону девушки? Даже родители девушки лишены такой возможности. Ну, ещё и Иссей частично видел, но… — Это был очень тяжелый день, — зевнула Кирью, причмокнув губами. — Спокойной ночи, мистер Плюшик…* * *
— Я предлагаю тебе выбор. Отправиться в круговорот душ, как и все обычные люди, или… На Его лице блуждала лукавая улыбка. — Или ты сыграешь со мной в небольшую Игру, получив возможность исполнить все свои мечты. Ты ведь всегда хотел побыть настоящим героем, получить невероятные силы, достичь того, что нельзя получить, будучи одним из этой серой безликой массы… Он смотрел с усмешкой. Он знал всё. И Он уже знал, каким будет ответ. — Прекрасно. Я и не ожидал другого решения, мой друг. Иначе бы не выбрал тебя в качестве, — Он широко улыбнулся, слегка прикрывая глаза, — добровольца. Резкая вспышка света. Первым ощущением было прохладное касание ветра. С неверием коснувшись ткани толстовки, в которую был одет до того момента, сглотнул и осмотрелся. Бетонные обшарпанные стены с торчащими кусками арматуры. Засыпанный строительным мусором пол, кое-где зияющий темными провалами. Увидев проём для окна, медленно подошёл к нему, переступая через крошево и куски кирпича. Вокруг, подобно локациям пост-апокалиптической игры, простирался безжизненный разрушенный город. Ни растений, ни людей — лишь голые трупы зданий, безжизненно взирающие провалами окон на серые безлюдные улицы. Вместо привычного неба, к которому привык, — тьма, настолько чёрная, что будто бы затягивала в себя. Но при этом весь город словно бы освещен сотнями фонарей. Особый контраст этому придавали тени, что изгибались в разных направлениях. Оторвав взгляд, провёл пальцем по стене. Шершавая. Холодная. Ещё окончательно не поверив, сильно щипаю себя за руку. Больно. Не сплю. Но что тогда происходит?.. Не успела мысль закончиться, как голову, подобно раскаленному шипу, пронзила острая боль. Перед глазами, мерцая и переливаясь красным, возникло… игровое окно? Сглотнув коснулся его пальцем, вызывая круги, как будто бы тронул поверхность воды. «Добро пожаловать в Игру, Доброволец. Ты готов принять в ней участие? ДА/НЕТ» Какой глупый вопрос. Согласие уже было дано. Палец уверенно нажимает кнопку. Мигнув, слова в окне изменились. «Поздравляю! Прежде чем приступить, ознакомься с правилами Игры. Не беспокойся, это будет не сложно запомнить. И правила таковы:KILL OR BE KILLED !
Пусть победит сильнейший! Удачи». Сообщение исчезло, оставив после себя лишь непонимание. Что всё это значит? Поток вопросов был остановлен очередной порцией боли. Проморгавшись, заметил, что со зрением произошли изменения. Сбоку, в правом верхнем углу, появилось что-то вроде текстового сообщения. «Количество оставшихся участников: 100». Чуть ниже него располагалась зеленая полоска. «100/100 ОЗ» Это, что, реально какая-то игра? И что за количество участников? Неожиданно в глухой тишине, нарушаемой лишь моим дыханием, раздался громкий женский голос. «До начала Игры осталось пять секунд. Пять, четыре…» Не понимаю! Не понимаю! »… три». Участники? Игра? «Kill or be killed»? Выживет сильнейший? »… два». Это… что-то вроде Королевской Битвы? «ОДИН! ИГРА НАЧАЛАСЬ!»… и небо окрасилось в цвет свежей крови…
* * *
Изуна сморщился и открыл глаза. — Твою ж мать, — хриплым после сна голосом выругался мужчина, вставая с кресла, где его знатно так разморило, раз он умудрился вырубиться. Посмотрев на настенные часы, Коохи хмыкнул, почесывая затылок. — Четыре часа утра… и, главное, спать больше не хочется… Изуна потянулся до хруста в спине и, немного подумав, побрёл на кухню. Мозг всё еще плохо работал, да и телу требовалось топливо. А что может быть лучше чашечки крепкого сладкого кофе? Включив свет, Коохи взял в руки любимую медную турку и полез за остатками любимого сорта кофе. — Как говорится, сон есть симптом кофеинового голодания, — поставив посуду на медленный огонь, мужчина облокотился об кухонный стол, краем глаза следя за тем, чтобы драгоценный напиток не убежал. — Эх, прав был Макс Фрай, — Изуна невольно зевнул, хрустнув челюстью. «— Настоящая любовь — это кофе, который варишь дома с утра. Свежемолотый, желательно вручную. С корицей, мускатным орехом и кардамоном. Кофе, рядом с которым надо стоять, чтобы не убежал, иначе безнадежно испортится вкус. Надо проследить, чтобы он поднялся три раза, потом налить ложку холодной воды в джезву, подождать пару минут, чтобы осела гуща. Кофе, который наливаешь в старую любимую чашку и пьешь, чувствуя каждый глоток, каждый день. Наслаждаясь каждым глотком». — Твоя любовь к этому напитку даже пугает, — Изуна обернулся, посмотрев на неожиданную гостью. Йотуа, в одной длинной ночнушке, заспанно протирала глаза кулачками. — С чего решила встать? — поинтересовался мужчина, снимая турку с огня и переливая дымящийся кофе в специально приготовленную чашку. Неко, протяжно зевнув, обнажая небольшие выступающие клыки, прошлепала к стулу и, забравшись на него, легла головой на стол. — Сама не знаю… Изуна, задержав взгляд на девушке, вздохнул и сам занял своё место, уже собираясь по привычке закинуть ноги на стол, но передумал. — А мне даже не предложишь своей «амброзии»? — фыркнула Йотуа. — Ты же не переносишь кофе, — пожал плечами мужчина, делая первый глоток и довольно щурясь, чувствуя, как любимый вкус буквально заполняет его с ног до головы. — Так ради приличия хотя бы… — Я и приличие — вещи диаметрально противоположные, — проронил Коохи, подтаскивая к себе вазочку с вчерашним имбирным печеньем. Отправив несколько штук в рот, мужчина довольно ими захрустел. — Да-да, — проворчала Йотуа, с трудом подавив зевок. В кухне наступила тишина. — Слушай, а почему ты так любишь кофе? — первой нарушила молчание неко. Коохи замер. Почесав подбородок, на котором опять начала выступать щетина, мужчина хмыкнул: — Да чёрт его знает. Просто сколько себя помню — всегда его пил. Хотя первое время вкус казался отвратным. Можно сказать, привычка с первой жизни, — Изуна залпом допил остатки кофе и развалился на стуле, от скуки перебрасывая печенье из руки в руку. — Первой? — Йотуа приподняла голову, и, опершись подбородком о локти, задумчиво посмотрела на Коохи. — А их у тебя было много? — Угу, — кивнул мужчина и, подбросив печенье в воздух, поймал его ртом. — Насколько? — Около двух десятков. Неко, услышав ответ, поперхнулась воздухом. — Да ты, я посмотрю, старик ещё тот, песок не сыпется? — фыркнула девушка. — У меня под одеждой мешки, куда он собирается. — А по тебе и не скажешь, что обладаешь таким количеством жизненного опыта, — покачала головой Йотуа. — Так я и не обладаю, — слегка улыбнулся Изуна. — Как говорил мой хороший друг: «Ты тупой, и это — твоё призвание!». — Дай угадаю, — Йотуа села нормально и приложила указательные пальцы к вискам, изображая натужные размышления. — Этот тот чокнутый маг, вечно някающий посреди фразы? — Бинго, — Коохи пару раз лениво хлопнул в ладоши. — Шерлоку Холмсу есть чему у тебя поучиться. И да, лучше радуйся, что Сева някает. Неко приподняла бровь, не обратив внимания на подколку. — Каждое его «ня» — это мат, — пояснил Изуна. — Оу, — девушка застыла, вспоминая, сколько раз Севастиан использует в речи то самое доставшее её до печёнок междометие. — А чего он так? — Боженька наказал за грехи его тяжкие, — сложив руки в молитвенном жесте, ненатурально шмыгнул носом мужчина. — А если серьезно? — А я и серьезно, — Коохи улыбнулся. — Достал Бога — получил наказание. — Достал… Бога?.. — Йотуа пыталась осознать, насколько нужно быть «умным», чтобы лезть к высшей сущности. — Он может… — что хотел договорить Изуна — так и осталось тайной, так как на кухню, двумя белоснежными ураганами, залетели близняшки. — ПА-А-АП-О-ОЧКА-А-А! — издав громкий крик, девушки запрыгнули на мужчину, заваливаясь вместе с ним на пол, создавая клубок из человеческих тел. — Мы… — … хотим… — … поиграть! Коохи, тяжело вздохнув, смотрел в глаза своих «дочерей», где ярким пламенем горели азарт и желание развлечься. Тихое томное утро перестало таким являться, но мужчина был рад тому, чтобы хотя бы успел спокойно выпить кофе. — О, оргия? — на кухню зашёл Севастиан. — Неплохо, ня. Изуна на эту фразу лишь закатил глаза. — Дядя Сева! — Саша и Женя обернулись на мага, смотря на него полными мольбы глазами. — Папочка не хочет с нами играть! — Негодяй, ня, как ты можешь! — патетично воскликнул мужчина. — Встань и встреть свою судьбу достойно! — Я не могу, — спокойно ответил Изуна. — Это ещё почему? — Видать, у меня с твоим членом много общего, — ухмыльнулся Коохи. Йотуа, решившая выпить стаканчик воды, поперхнулась, оглушенная громким ржачем Севастиана.
