***
Прошло три дня. Сегодня Сочельник, а завтра уже Рождество! Вечером в Хогвартсе устраивался праздничный ужин по этому поводу. Гермиона стояла у зеркала и поправляла причёску. Она надела красивое пышное платье розового цвета, подол которого почти касался пола. Девушка вышла из комнаты в коридор, где её ждал Драко. Прямо перед тем, как он поднял взгляд, чтобы посмотреть на неё, она запнулась и начала падать. Драко тут же среагировал и схватил её за талию. — Неужели я настолько сногсшибательный? — ухмыльнулся он, помогая ей восстановить равновесие. Ах, как красиво она выглядела: волосы аккуратно уложены, платье подчёркивает стройную фигуру, на губах блеск. — Извини, — сказала Гермиона, неловко опустив длинные ресницы. Они пошли в Большой зал. Уже издалека была слышна красивая музыка и громкие, всё портящие, песнопения полтергейста Пивза. Гермиона с Драко вошли в зал: под зачарованным потолком парили свечи, в углу стояла большая ёлка, которую принёс из леса Хагрид и украсили домовые эльфы, стол был полон праздничных яств. Драко сел рядом со слизеринцами, которые остались на каникулы в Хогвартсе, а Гермиона подсела к Полумне Лавгуд. — Гермиона, — сказала та, посмотрев на неё своим туманным взглядом, — Ты выглядишь, как радужный единорог на зелёном лугу в солнечный день, — невзирая на столь странное сравнение, это был комплимент под стать Полумне Лавгуд. — Спасибо, Полумна, — улыбнулась Грейнджер, — Ты тоже выглядишь очень красиво. На когтевранке было платье тыквенного цвета, серьги-тыковки и зелёные балетки — она как всегда выглядела необычно. Директор поздравил всех с наступающим Рождеством, произнеся праздничный тост, и велел «лопать от души, пока Пивз не начал проказничать». Через минут пятнадцать никто уже не ел: одни встали из-за стола, чтобы покружиться в медленном вальсе, другие просто разговаривали о том и сём. Гермиона как раз хотела завести разговор с Полумной, но к ней пошёл какой-то пуффендуец и пригласил на танец. Не смея отказать, Грейнджер пошла с ним. Драко разговаривал со своим однокурсником, когда увидел, что Гермиона танцует с каким-то парнем чуть ниже неё. «Да у этого коротышки руки сползают ей на задницу» — подумал Малфой и нахмурился. Не долго думая, он пригласил на танец Дафну Гринграсс. Гермиона кружилась в вальсе, но ей было не очень удобно, так как её партнёр был чуть ниже неё. Его руки то и дело ложились ей на бёдра, но он тут же поднимал их. Из-за головы пуффендуйца она увидела, как Драко грациозно ведёт партнёршу в танце и говорит что-то ей на ухо. Отчего-то Гермиона разозлилась. Опять он обжимается с какой-то фифой, опять у неё на глазах. Что ж, раз ему можно, то почему ей — нет? В момент, когда их глаза встретились, Грейнджер придвинулась ближе к пуффендуйцу. Драко немного нахмурился и теперь не отрывал взгляда от парочки, танцуя с Дафной. Гермиона ещё больше приблизилась к парню, отчего их тела тесно соприкасались, она чувствовала дыхание на своей шее. Драко нахмурился ещё больше, и в его взгляде читалась злость. Гермиона, довольная собой, прошептала на ухо пуффендуйцу: — Можешь не убирать руки. Парнишка словно того и ждал: опустив руки на бёдра девушки, он больше не поднимал их. Лицо Малфоя исказилось от гнева, он отпрянул от Дафны и стремительно подошёл к Гермионе. — Я не могу больше на это смотреть, — зло прошипел он. — В чём дело? — недовольно спросил пуффендуец, отстранившись от Гермионы. Драко посмотрел на него сверху вниз, от него исходила волна злости и ненависти, уничтожающий взгляд метал молнии. — Вали отсюда, — прорычал слизеринец. Парнишка невольно съёжился и, бросив напоследок «ненормальный», ушёл прочь. — Что ты себе позволяешь? — возмущённо спросила Грейнджер, — Хочешь испортить мне праздник? — Нам лучше поговорить не здесь, — он схватил её за руку и повёл в коридор. — Отпусти! С ума сошёл? — Какого Мерлина ты позволяешь этому недоростку лапать тебя? — спросил Драко, отпустив её руку. — Тебе то что до этого? Может мне нравится! — вскипела Гермиона. — Не нарывайся, Грейнджер! Ты специально устроила этот спектакль, только я не понимаю — зачем?! — Ни какой это не… — она задыхалась от возмущения, — Это не спектакль! Делать мне нечего — только для тебя спектакли устраивать! — Для меня, значит? — ухмыльнулся Драко. — Ты просто не выносим! — фыркнула она, — Иди и дальше развлекайся со своими подружками, а меня оставь в покое!!! — вскричала она и повернулась, чтобы уйти. Но он поймал её за руку, грубо притянул к себе и страстно прижался губами к её губам. Она ответила на поцелуй, но он продолжался лишь мгновение: Гермиона яростно оттолкнула Малфоя от себя и в ужасе на него посмотрела. В его глазах было недоумение и испуг, он сам не ожидал, что поцелует её, но он не жалел, что сделал это. — Нет… — прошептала Гермиона, её глаза налились слезами, — Ты просто… Нет, нет! Она развернулась и убежала в тёмный коридор, заливаясь слезами. Гермиона бежала и бежала прочь, рыдая и проклиная его и себя. Она остановилась в темноте и стала просто плакать. Вдруг, кто-то сзади неё крикнул слова заклинания, красный луч осветил коридор, и она упала без сознания.***
Гермиона Грейнджер проснулась в тёмном и холодном подземелье. Ей было страшно и одиноко. От голоса, который она услышала, побежали мурашки по коже. — Наша красавица проснулась, — сказала Беллатриса Лестрейндж, — Осталось только дождаться, когда за тобой придёт Поттер! Громкий, злой и душераздирающий смех разнёсся по подземелью.