Хрустальный блеск их глаз.

      Чистая страница только открывшегося дневника для записей, так и манила написать на ней хоть что-нибудь. И вот листа нежно касается ручка, оставляющая после себя плавные черные линии, что превращаются в буквы. И первая надпись:       ***Дорогой дневник… POV. Мика.       Дорогой дневник, впервые я решила тебя вести и записывать свои мысли, чувства и переживания. Меня зовут Мика Лун. Я ученица последнего класса Академии для «Необычных детей». Нет, это не школа для детей с ограниченными возможностями или с умственной недоразвитостью, а и впрямь школа для Необычных детей. Здесь учатся дети тех существ, о которых мы слышали лишь в сказках, видели только в фильмах и в своих фантазиях. Сама же я являюсь простым человеком. Да, там присутствуют и простые люди, которые не могут учиться среди таких же как они. Мы обычные люди, но внешне немного отличаемся от остальных. Моя «необычность» заключается в моих глазах и в моей шее, ну и еще в моей коже.       Думаю для начала стоит немного описать свою внешность. Итак, я девушка 19-ти лет. У меня черные длинные волосы, кончики которых скошены на манер ласточкиного хвоста. (Не спрашивайте почему так, я попозже объясню). Глаза у меня ярко-желтые, но моя подруга вечно вздыхает и говорит, что они золотые. Бледноватая кожа и ярко-красная полоска на шее — родимое пятно. Вот собственно и все. Моя внешность и вправду не подходит под слово «обычный». В прежней обычной школе меня ругали за цвет глаз, считая что я ношу линзы, а когда оказалось, что они такие из-за недостатка пигмента в глазах, дети начали считать, что я больна и это заразно, а особенно это мнение усилилось когда я не могла скрыть свое родимое пятно. Я не знаю почему оно такое яркое, но мне говорят, что это из-за крови и тонкой кожи. Меня сторонились, а когда я подходила к кому-то, то дети шарахались и кричали «Фу зараза!».       Было обидно и трудно так учиться, а потому родители нашли выход. Это новая академия для детей с разными особенностями как у меня. Честно, когда я начала учиться здесь, стало до умопомрачения легко. Стало свободнее. Однако и на этом все не закончилось. Еще один небольшой факт обо мне — у меня очень чувствительная к ультрафиолетовому излучению кожа, то есть практически у меня аллергия на солнце. И о боги, как хорошо что здесь была ночная смена. Радости и облегчению не было предела.       Совсем скоро после поступления в эту школу у меня появилась лучшая подруга. Никогда не думала что буду разочарована в людях и дружбе настолько. Она бросила меня. Бросила, уехав куда-то и перестав со мной общаться даже в интернете. Я осталась практически одна в этой школе. Честно, с коллективом своего же класса я не сильно дружила, но и врагами мы не были, однако все же было одиноко. Моя подруга была простым человеком, как и я, а потому было легче. Честно сказать, не смотря ни на что, «не люди» не сильно жаловали таких как я, считая нас слишком слабыми, а потому многие старались с нами не общаться. И именно из-за этого я начала отчаиваться тогда, ведь…       Ведь черт возьми я увидела его. Шу Сакамаки. Этот парень с недавних пор мой одноклассник. Я заметила его когда вышла во внутренний двор академии. Как оказалось он не сильно любит ходить на занятия и чаще всего его в школе нет, а если он и есть, то почти все время ошивается в дальней части внутреннего двора.       Тогда я снова получила порцию натянутых улыбочек одноклассников и извинения за то, что якобы ничем помочь не могут (хотя они просто не хотели возиться со мной), а потому, все-таки чуток расстроившаяся я хотела пройтись во время длинной перемены. Я нечаянно забрела в ту часть и увидела его. Синеглазого ангела во плоти. Луна тогда светила так ярко, как никогда раньше. (Ну или мне так казалось). На лунном свете золотом отливали его волосы, фарфорово-бледная кожа матово поблескивала на свету, а когда он открыл свои глаза… Я думала, что утонула в них. Утонула в синей бездне океана и оттуда, почти со дна вижу этот стальной блеск. Я могла смотреть за тем, как он наблюдает за звездами, слушая музыку в наушниках, наверное вечность. Но моя неосторожность заставила быстро ретироваться с «места преступления», как иногда отшучивались мои нынешние подруги.       Кстати и о них. Они появились тогда же, когда и Шу Сакамаки собственной персоной стал моим одноклассником. Дело в том, что учеников в одном из классов было слишком мало и их распределили в наши, где их так же не доставало. Рин и Наги стали моими лучшими подругами с тех пор. Единственные, кто все еще рядом и поддерживают (кроме родни) это они. Но даже не смотря на то, что они мои лучшие подруги рассказывать о своем маленьком секретике я не спешила, считая, что им покажется будто это не их дело, хотя отчасти это было и так. Да в принципе мне самой не хотелось рассказывать, пока Наги не рассказала мне свою «историю» любви. Я не могла не поделиться с ней чем-то таким же, ведь видела, что она пытается положиться на меня, надеясь, что я пойму её чувства. Ох, до сих пор иногда жалею, что рассказала ей.       Нет, Наги конечно же не рассказала о моем секрете всем на свете. Даже Рин еще не в курсе, но иногда, когда она видела Шу в коридоре или же недалеко по горизонту, то вечно шутила всякие пошлости и поддразнивала меня. Я смущалась и возмущалась, а Наги громко и заливисто смеялась, тараторя, что она «ШУТИТ!», а потом вечно издевалась над моей реакцией, считая её милой, хотя я не думаю, что розовые пятна на лице это мило.       Еще один факт о мои подругах. Наги — наполовину ламия, а Рин — наполовину эльф. Таких вот полукровок как они в нашей академии много и их двоих я видела не редко, а сейчас вижу их еще чаще, почти постоянно. И это греет душу. Вечные подколы Рин, которые она посылает Наги, её смешные реакции, вечные проколы, смешные истории обеих и черт возьми, я наверное самый счастливый человек на свете, не считая того, что страдаю от безответной любви.       Да, я уже давно решила, что эта моя любовь будет безответной, ведь Сакамаки-старший не терпит обычных людей. Даже ту девушку Юи, он недолюбливает, хотя она и живет вместе с ним в одном доме. Я хорошо помню его холодный и отчужденный взгляд, которым он смерил тогда Комори. И елки палки, может я извращена, но этот взгляд как пугал, так и будоражил, то есть очень сильно волновал меня. Интересно он хотя бы раз смотрел на кого-то не таким взглядом? Думаю это его лучший друг…или мама…кто знает этого «ледяного принца». (Хи-хи)       Если честно, единственное что я знаю о Шу, так это то, что у него есть пять братьев, из которых только один истинно родной, а остальные от других женщин. Еще знаю, что его мать умерла при пожаре, отец является крупным бизнесменом, и сам он не сильно жалует общество кого бы то ни было. Я знаю что этот синеглазый «демон» любит классическую музыку и постоянно слушает музыку через наушники, что крепятся у него на шее. Он (я нечаянно, ЧЕСТНО! , услышала его игру в кабинете музыки) играет на скрипке и немногословен. Ну, а самое главное, как я считаю, — он вампир. И именно из-за этого факта я и отчаялась надеяться хоть на что-то. Ведь вампиры практически презирают людей. Чего только стоят эти косые взгляды от них в сторону простых «смертных» и взгляды самих братьев Сакамаки на Юи.       В общем, честно, я и не надеюсь, что когда-нибудь Шу хотя бы взглянет на меня, а потому, уже на последнем году обучения, смирилась с тем, что эта любовь сильная симпатия утихомириться и перестанет давать о себе знать, когда мы наконец разойдемся как в море корабли. Я думаю, что он даже имен своих одноклассников не помнит, даже их лица кажется не видел, так что думаю стоит забы…  — Хай, Мика! Что делаешь? — я испугалась до чертиков, от чего чуть не выронила свой дневник, правда все же пару сальто он сделать успел. Я быстро убрала его в сумку и недоуменно посмотрела на нарушителя, точнее нарушителей моего спокойствия и единения со своими…мыслями. Ну и конечно же предо мной стоят никто иные, как Наги и Рин. Пухляш Наги склонилась надо мной и пыталась высмотреть мой дневник, но конечно же я ей этого сделать не дала и просто нахмурилась.  — Наги, может перестанешь так голосить на всю улицу? У меня чуть сердце не остановилось от твоего крика, — начала бурчать я, в привычном жесте, оглядевшись, в надежде что на нас обратили внимание не все, кто был на улице.  — Что? Громко? Я же и вполсилы не кричала, — вновь как всегда удивилась Наги, не понимая. Нет, ну как так можно?  — Серьезно, это было слишком громко для академии, а особенно для меня, — так же вставила Рин, помассировав ухо. Рин была невысокой стройной девушкой с иссиня-черными волосами, что отливали на свету бирюзой, а также карими глазами. Совершенная противоположность Наги, что была выше нас двоих, но при этом, так сказать крупного телосложения, но с отличной фигурой. У Наги были каштанового цвета волосы ну и такие же карие глаза, разве что темнее и меньше. Если Рин была бледной, то Наги наоборот была смуглой. А еще если Рин говорила тихо, то Наги будто пыталась докричаться кого-то. Как я уже писала, Наги на половину ламия, а потому у нее узкий, змеиный зрачок и у нее кожа, словно чешуя, хотя если не присматриваться, то этого и не заметно. У Рин же, как и у эльфов уши чуть заостренные, но тех белых рун у нее не сильно видать и то, все считают, что это на самом деле просто сильно выраженные вены, что видны через тонкую кожу.       Да, у меня подруги и не такие обычные, и одновременно с этим кажутся даже обычнее меня. Хотя все же пара секретиков в них есть. К примеру никто не знает, что у Наги яд в большей степени находиться в ногтевых прослойках, и он лишь парализует, а вот в клыках, что кстати были не сильно длиннее обычных клыков, имеют яд настолько опасный, что при медленной госпитализации может привести к летальному исходу. Рин же умеет колдовать лучше многих волшебных существ этой академии.  — Эй, ты чего в прострации летаешь? — помахала мне перед носом Рин, которая уже успела снова вставить в ступор Наги и потрепать самой себе нервы. Я, моргнув пару раз, удивленно воззрилась на них, не понимая что произошло.  — Да, ты какая-то чересчур задумчивая ходишь… Неужели ты так беспокоишься из-за экзаменов? — удивилась Наги, что тоже вышла из ступора и теперь обеспокоенно оглядывала меня. Мда, не зря я её «мамочкой» называю.  — Ой, да не переживай ты так из-за них, мы все сдадим! — вот так вот, «Мы» — это «мы», так согревает и обнадеживает, что я не могу не улыбнуться.  — Да, конечно мы все сдадим, но все же мне тревожно. Что будет после этого? Мы ведь…наверное больше не увидимся, — печально, но это правда. Рин собиралась уехать художественный колледж в другой стране, а Наги в медицинский в совершенно другой. Мы расстанемся после экзаменов и вступления в наши ВУЗы. Это очень грустно, но я понимаю что это жизнь, что мы бы все равно разошлись бы и…возможно больше никогда не увиделись.       Видно Наги и Рин подумали о том же самом и конечно же, Наги, как самая чувствительная к таким сентиментам почти разрыдалась и крепко нас обняла.  — Дурочка, конечно же мы все увидимся еще не раз. Мы ведь навсегда останемся друзьями и всегда будем общаться друг с другом, пускай и по сети, — наивно, но и обнадеживающе. Я ведь знаю, что Наги не всегда отвечает на сообщения, даже если и прочитала их. Из-за этого мы не раз ссорились и дулись на нее, но все же без этого недоразумения было бы скучно. Эхх, и все же не хочу я расставаться с ним.       Я обнимаю их в ответ, силясь не заплакать, а Рин только цокает и закатывает глаза, но так же обнимает нас, явно пытаясь скрыть за своим ворчанием легкую грусть от назревающего будущего.  — Ладно, ладно, пообжимались и хватит, а ну-ка брысь с территории моего личного пространства, — смешным хрипящим голоском проговорила Рин, поднимая руки, а после, ими же, будто брезгливо дергая в жесте «брысь-брысь от меня». Это меня и Наги рассмешило, от чего уже в приподнятом настроении мы направились обратно к главному корпусу.  — Слушай, Мика, а что ты оденешь на выпускной бал? Слышала, что он будет в стиле бала-маскарада, — мечтательно вздохнула Наги и заулыбалась, как маленькая девочка, мечтающая о принце, хотя я знаю, что мечтает эта девушка скорее о принцессе, ну, а может и об обоих сразу. Да, Наги является бисексуалкой и не редко она шутит на эту тему и рассказывает о своем идеале, конечно же не при Рин, которое подобное терпеть по большей степени не может (нет она не гомофоб, но предпочитает не слышать о «вкусах» своей подруги).  — Какой бал-маскарад? — удивилась я. Я серьезно не знала об этом почти ничего…хотя скорее всего я опять задумалась о нем.  — Во даешь, — удивилась Рин, а Наги принялась искать свою челюсть на полу. Ну что? Я же не виновата, что о таких важных вещах говорят именно тогда, когда я «не в настроении».  — Мда, совсем в своих облаках залеталась. После окончания экзамена, родительский комитет наших классов, а точнее конкретно один родитель, поставил ультиматум о том, что выпускной будет проходить в его вилле, недалеко от академии. Папаша Шу, заверил родителей в том, что ничего сильно спиртного «дети» не выпьют, а так же приглашены и сами родители этих «детей», то бишь наши. Он сказал, что все устроит сам, весь выпускной, а от родителей требуется лишь фотограф и видеосъемочная группа. Он предупредил, что бал будет в стиле светских балов-маскарадов, а еще о том, что на этом самом балу будет выбрана невеста для его старшего сына. Он сказал, что это некая традиция их вампирского рода, ведь после экзаменов, именно тогда когда у нас будет выпускной, Шу стукнет 217 лет, а в этом возрасте все поколения Сакамаки венчались, выбирая себе невесту/жениха на бале-маскараде. В общем это будет выпускной и бал в честь завершения нашей учебы и в честь взросления Шу, ну заодно и его венчания. Короче, три праздника в один вечер, — размахивая и жестикулирую руками, а еще вечно строя гримасы поведала мне Наги, которая все это услышала от своей мамы.       Мдааааа. Вот это я отстала от последних новостей. То-то я думаю почему Шу все чаще не появляется на уроках. Он видимо раздражен таким исходом событий. Черт. Больно. Как же больно и одновременно как-то радостно. (?) Этот бал…боже. Меня охватывает дикий восторг и безудержная радость, ну, а самое главное надежда. Черт побери ЕСТЬ! Еще не все совсем потеряно…хотя сразу за этими эмоциями, я испытываю еще большее отчаяние и обреченность. Он ведь наверняка выберет себе в жены какую-нибудь красавицу. Даже вон та Лили чего стоит. Нимфа, красота которой затмевает почти всех остальных девушек. А в мою сторону тот синеглазый не то ангел, не то демон (сама не пойму) даже и не взглянет. От этого-то и больно.  — Хээй, — видя мои переживания, Наги закидывает руку мне на плечо и треплет по нему, понимающе, добро и ободряюще улыбаясь. — Не кисни, — уже тише говорит она. — Шу обязательно заметит такую красавицу как ты, уж я-то в этом помогу. Да, Рин? — резко громко спрашивает она. Ну вот вечно так. То она говорит так тихо, что почти не слышно, то кричит будто оглохла.  — А? — не сразу поняла полу-эльф, недоуменно на нас взглянув.  — Мы же будем там самыми красивыми, не так ли? — перефразировала на нужный для нее лад Наги, радостно улыбаясь, как всегда. Я не могу не улыбнуться вместе с ней, а Рин лишь гаденько ухмыляется.  — Ооо мы сделаем так, что никто не посмеет не посмотреть на нас, — проговорила она, потирая руки на манер безумного ученого-злодея, что придумал коварный и страшный план. Я, аж, засмеялась с этой ассоциации. А что? Рин очень идет эта роль. Эхх, и все же как хорошо, что у меня есть такие подруги.       До экзаменов оставалось две недели и помимо них, нас завалили кучей зачетных работ практически по всем предметам. За эти две недели полной суматохи я еще ни разу не увидела того, кого хотела увидеть всем сердцем. Наги всячески подбадривала меня, заверяя в том, что я еще увижу его до экзаменов. Мы несколько раз ходили в магазины с роскошными платьями, подбирали наряды, костюмы, иногда даже просто смеялись, напяливая костюмы шутов. Наги он шел до ужаса, на что она притворно дулась.       Прошла торжественная линейка, на которой школа «проводила нас в мир будущий». Наги конечно же расплакалась, но быстро взяла себя в руки. И вот, наконец-то настали длиннющие дни с кучей экзаменов.       Зайдя в аудиторию, я не сразу поверила своим глазам, когда возле своей же парты увидела самого Шу Сакамаки. Я подумала что у меня глюки, даже глаза потерла, но «глюк» не развеялся. Конечно же такую реакцию заметила Наги, с гаденькой ухмылочкой и глазами так и говорящими «опа, к кому-то прибежал «ледяной принц», смотри не сдохни от счастья», хлопнула меня по плечу и уселась за свою парту. Я сначала, возмутилась и покраснела, но ничего больше, кроме того, как просто успокоиться, взять себя в руки и сесть за парту, мне не оставалось. Все-таки сейчас важнее экзамены, а не тот факт, что за соседней, слева от меня, парте сидит сам Шу.       Честно сказать я поразилась своей воле и самоконтролю, ведь просидела я весь экзамен спокойно и даже, как-то слишком спокойно. Странно: но кажется или это спокойствие идет от самого Сакамаки? Как-будто…это чувство обволакивает, придает силы и уверенности в своей победе, в том, что все же лучший, ну или один из самых лучших, что никто и ничего не важно, что музыка в наушниках блондина звучит еще и в моей голове. Я с легкостью и уверенностью пишу свой тест, почти не отвлекаясь ни на что. Это чувство такое приятное, успокаивающее. От Сакамаки веет им, тянет, хочется окунуться в это чувство с головой, ощутить безграничное спокойствие. Ведь оно вызвано тем фактом, что силен и сможешь сделать все, что тебе нужно.       Я не заметила, когда закончила свой тест, а то странное чувство пропало, оставляя после себя лишь отголоски и приятные ощущения. Так же как не заметила, когда парта рядом опустела. Я невольно улыбнулась, увидев на столе полностью написанный тест Сакамаки.       Примерно тем же ключом и продолжились остальные экзамены. Каждый экзамен, я обнаруживала Сакамаки Шу в аудитории, сидящего по левую сторону от моей парты. Каждый экзамен я писала с такой легкостью, и с такой уверенностью, что Наги и Рин начали обвинять меня в принятии запрещенных лекарств, «дарующих» уверенность в себе. Наги считала, что я напиваюсь валерьянкой, а Рин уже придумала новое психотропное средство, которого наверняка и не существует. Я лишь отмахивалась и шутила, говоря что это от того, что я хорошенько подготовилась. И конечно же за такими беседами после окончания экзаменов, когда мы оставались в аудитории по просьбе экзаменатора, я совсем не замечала брошенных украдкой взглядов столь любимых мне глаз.       Экзамены закончились. Еще неделя осталась до самого выпускного бала-маскарада. И снова я в компании своих подруг направилась в один из оставшихся магазинов нужной нам одежды.  — Хм… Мика, иди сюда, — попросила меня Наги, что стояла у раздевалок. Конечно же я подошла. Если честно, я не знала, абсолютно не знала что надевать, какое платье брать, вообще какие цвета смотреть… Конечно же я выбирала в том цветовом круге, который был по нраву мне. Но ни одно из понравившихся мне фиолетовых, красных или черных платьев, мне не шло, по крайней мере, так мне казалось. Конечно, я примерила не все платья, но, если честно, я уже расхотела идти.  — Вот, примерь-ка вот это, — сказала мне Наги, суя в руки платье и маску. Я невольно скривилась. — Не морщи нос, чертенок, — усмехнулась Наги, видя мою реакцию. — Просто примерь, а мы посмотрим идет или нет, — хмыкнула она и загнала меня в раздевалку. Рин и Наги, на самом деле уже выбрали себе платья, хотя и не прочь были попримерять на себя другие платья, может что и приглянется. Фыркая и недовольно бурча я все же переоделась. Честно, мне не нравятся такие фасоны, а особенно такие, да и цвет…в смысле цвет хороший, но не самый мой любимый.  — А может не стоит? — все же на всякий пожарный спрашиваю я, но конечно же слышу возмущенное «ДАВАЙ БЫСТРЕЕ!» и ничего не остается, кроме как горестно вздохнуть и напялить это платье. Я не смотрю в зеркало и сразу же, завязав маску, выхожу «на свет».       Не ожидала я такой реакции: Наги роняет челюсть на пол и как под гипнозом наблюдает за мной, а Рин присвистнув «Ваукает». Я тут же оборачиваюсь к зеркалу и понимаю — это оно, то самое платье.  — Думаю, что так ты даже саму Лили затмишь по красоте, — довольно хмыкнула Наги, догадавшаяся все-таки отчего в тот раз я и унывала. Что же, теперь я более уверена в себе, потому что теперь сама от себя глаз оторвать не могу (нет я не самовлюбленная зазнайка).  — Я беру это платье, — с довольной и радостной улыбкой почти пищу я, оборачиваясь к своим подругами и тут же обнимая их. И все-таки, я самый счастливый человек на свете. Конец POV. Мика.