Боль

—…Зачем тебе понадобился я? Чтобы поиздеваться надо мной и моими чувствами? Чтобы причинить мне боль? —взвился хилый кот, чувствуя, как его охватывает слепая ярость. — Когда ты впервые послал меня в прошлое, ты уже знал, что я полюблю её? Чудовищный лысый кот, стоящий перед ним, кивнул, подтверждая его слова. — Ты обладаешь силой Звёзд, Воробьиное Крылышко. И тебе придется исполнить свой долг, как бы это ни было тяжело. — Это не справедливо! — прошипел Воробей, выпуская когти. — И ты не заставишь меня сделать это! Он повернулся хвостом к собеседнику и кинулся прочь, надеясь удрать. Внезапно Утёс появился перед ним, совершив стремительный удар с пугающим проворством, которого Воробей никак не ожидал от этого слепого духа. — Я могу тебя заставить, если понадобится, — холодно ответил Утёс. «Он… Он видит будущее… Я никак не смогу убежать от своей судьбы, » — горько подумал кот, в его глазах полыхнула ярость, смешанная с невыносимым отчаяньем. Внезапно для самого себя Воробей сорвался с места и понесся на гору. Казалось, что Утес на мгновение опешил, но он быстро взял себя в лапы и погнался за Воробьем. — Что ты творишь? — заглушая бурю, крикнул старик. Но Воробей уже ничего не слышал… Или не хотел слышать. Некогда слепой целитель зажмурился и, наперекор ветру, как можно быстрее взбирался по скалам, издавая оглушительный крик. Он больше не хотел сдерживать эмоции. — Я обречен на вечное одиночество! И это все из-за тебя! Я проклинаю тот день, когда встретился с тобой, тот день, когда я вообще родился! Оставь меня в покое! — верещал он, взбираясь все выше. Утёс не догнал его. Он мог бы запросто вырасти перед ним и поставить «страдальца» на место, но он остановился. Даже себе он не отдавал отчет в том, что делает. Тем временем Воробьиное Крылышко достиг вершины. Вой пурги оглушил его, но кот не хотел сдаваться. Сбиваемый с лап ветром, он сел на вершину и мокрыми глазами посмотрел вниз. То, что он увидел, заставило его зажмуриться. Внизу стояла она... Видимо, растерянная кошка искала своего навсегда пропавшего друга. — Половинка Луны! — прошептал он и резко обернулся, почувствовав на себе взгляд столь ненавистного кота. — Воробей, ты же понимаешь, что от этого ничего не изменится? — предугадав его намерения, все так же обжигающе холодно спросил Утес. Серый кот ничего не ответил. Он только вскочил на лапы и кинул на старца испепеляющий взгляд. После минутного молчания он произнес: — Это не тебе решать мою судьбу, слышишь, блохастый кот? Хотя что я говорю, блохам было бы негде жить на твоей противной, лысой шкуре! — безжалостно насмехался тот, но, видимо, Утеса это не тронуло. Он помолчал, видимо, подбирая слова утешения, и вдруг заговорил: — ...Ты можешь смеяться надо мной сколько угодно, Воробьиное Крылышко... Но я не решаю ничью судьбу. Я всего лишь знаю будущее. По сравнению с ношей, которую несу на плечах я, твои проблемы — ничто. Ты можешь умереть и быть вечно счастливым, а я буду жить. Жить, пока живут коты-воители, пока они следуют Закону, который установился за много лун до их рождения. Жить, пока существует этот мир. И выслушивать глупые нытье котят, таких, как ты, и в сотый, нет, в тысячный, миллионный раз задумываясь над тем, чем заслужил такое наказание. Подумай над этим. С этими словами кот исчез. Нет, не растворится в воздухе, не ушел, просто исчез. Моментально, не оставив ни следа своего присутствия... И Воробей задумался. Впервые после разговора с пределом котов-воителей, он задумался над его словами. Но ведь теперь ничего не изменить, правда? Может быть, он еще встретит свою Половинку... Целитель в ярости отбросил эту мысль. — Нет никого, кто занял бы место в моем сердце вместо тебя, Половинка Луны! — сглатывая слезы, крикнул он, — Ты слышишь? Я никогда тебя не забуду!.. Тут же кот кинулся вниз, прямо на острые, как когти врага, заснеженные, ледяные скалы. Ни одной мысли не пронеслось в его голове, прежде чем он ощутил нестерпимую боль. Пронзенный насквозь равнодушными к крови когтями, он зажмурился. Открыв глаза, Грозовой кот резко попятился. Перед его взором была ужасная, нет, очень жуткая картина. Воробей увидел самого себя, безжалостно болтающегося на конце скалы. Запах падали ударил в ноздри призраку. В мгновение снег, принесенный вихрем, окрасился в кроваво-красный цвет. Взгляд кота был прикован к постепенно разлагающемуся телу. Две огромных птицы с криком камнем полетели вниз, забирая с собой так удачно умершую пищу. — Так вот, в чем было мое предназначение. Оказывается, я был рожден для того, чтобы накормить бедных птичек в пору Голых Деревьев, — без тени смеха прошептал он и опять зажмурился... — Воробей! Воробей! — услышал он сладкий, обеспокоенный до боли знакомый голос. В это мгновение в его душе пронеслась целая буря эмоций. Коту захотелось кинуться к своей любимой и просто прижаться слегка окровавленным боком к теплому боку Камнесказительницы. Когда разум все-таки взял верх над сердцем, Воробей понял, что тут что-то не так. Ответ вертелся у него в голове, и наконец целитель смог поймать его за ухо. «Половинка Луны никогда не называла меня Воробьем!» — страшная догадка пулей пронеслась в его мыслях, и мертвый вскочил. Звавший его голос постепенно становился угрожающим, хриплым и даже жестоким. — Щербатая! Снова ты! — в сердцах воскликнул он и открыл глаза. Миллионы пар глазок уставились на него так, словно целитель невзначай отрастил себе второй хвост или пятую лапу. — Ты не должен был умирать! — ахнула Медобока. И тут он все понял. Словно поджаренный, он бросился бежать. До его чуткого слуха донесся писк котят: — Но Воробей! Неужели мы никогда не родимся?.. Отгоняя возгласы совести, кот мчался между вереницами звездных воинов Вот мимо него промелькнула Синяя Звезда, а там Желудь нежится на солнышке.. Камень играет с Мошкой, а Пестролистая («Кажется, так звали эту целительницу») лакомилась мышкой. Надежда и Желание копошились в траве. Внезапно кот перестал узнавать предков, и прошло несколько минут, прежде чем он увидел знакомые лица. Вон там Ловец Облаков мечтательно смотрит на небо, а Робкая Лань любуется своими детьми. Сломанная Тень с изумлением оглядывается в поисках Листопада... Тут у Воробья заныло сердце. Они все были настолько прозрачными, что стволы деревьев просвечивали сквозь них. — Половинка Луны! — отчаянно позвал мертвый кот. Пробегая мимо Стремительного Коня, Воробьиное Крылышко заметил едва белеющее пятнышко... Он бросился на давно умершую Сказительницу Остроконечных Камней. — Тебе не стоило этого делать, любимый... — только и успела прошептать она, прежде чем ее унес ветер. Кот шлепнулся на траву и душераздирающе завыл... Ему хотелось провалиться сквозь земли и разорваться на части, лишь бы не ощущать эту боль... Теперь она навсегда потеряна во времени. А он пришел слишком поздно, чтобы ее сберечь...