Волшебство псевдоимитация

      Минерва МакГонагалл повидала на своём веку много странного и предполагала, что удивить её сложно. К нервирующим в первые годы работы в Хогвартсе типичным розыгрышам вроде маггловского кошачьего корма и подброшенных под дверь котят она относилась философски. Раздражало, правда, то, что шутники никак не могли запомнить факта наличия у декана Гриффиндора аллергии на корень валерианы, но и с этим были свои способы борьбы. Волшебница успешно пережила времена Мародёров, первые годы преподавательского стажа Снейпа, последующие годы его же преподавания и даже уже привыкла к шуточкам близнецов Уизли. Что уж говорить про старого доброго Пивза, казавшегося уже почти родным. Да, Минерва заслуженно считала себя достойной звания «мисс Невозмутимость», но кошачье чутьё на неприятности заставляло её всё утро нервно оглядываться.       Декан Гриффиндора была искренне рада, когда к её факультету присоединился сам народный герой, победитель того-кого-нельзя-называть, хоть и разительно отличающийся от того запуганного паренька, которого описывал Хагрид. Это, впрочем, минусом не было. Как и то, что Гарри в первый же день пребывания в школе умудрился найти двух друзей. Удивлял как раз-таки один из последних. МакГонагалл помнила младшего из сыновей Молли достаточно ленивым и неуверенным в себе и теперь пыталась понять, как же мальчик смог так сильно измениться за какие-то три месяца. На завтрак Рональд приволок бессовестно зевающего Поттера и порывающуюся куда-то сбежать Грейнджер буквально за шкирки, после чего с невозмутимым выражением лица сел… поглощать пищу, судя по отсутствующему выражению лица, о чём-то раздумывая. Рон, конечно, всегда отличался завидным аппетитом, но два десятка блинчиков со сладкой начинкой могли бы накормить даже Хагрида, не то что первокурсника. Покончив с едой, рыжий по-прежнему не показывая никаких эмоций, утащил друзей куда-то дальше. И вот тут начались неприятности, потому что кто-то, воспользовавшись тем, что профессор трансфигурации потеряла бдительность, подлил ей в кофе зелье, шутливо прозванное «минервиной обороткой». И волшебница на сорок минут оказалась заключена в своей анимагической форме. Кошка вздохнула, глядя на оставшуюся почти полной чашку. Директор питал какую-то странную страсть к гаданиям, одно из которых заключалось в том, что в случае, если Минерва в первый же учебный день падёт жертвой какого-нибудь розыгрыша, то год будет нескучным. Утешало одно: теперь коллеги должны были успокоиться.       Неприметная серая кошка скользнула под ногами учеников и пробралась в гостиную родного факультета вместе с чьим-то наглым пушистым белым котом. Минерва пробралась в давно ею облюбованный тёмный угол, чтобы понаблюдать за учениками. Кормак выбежал из башни следом за отмахивающимся Оливером, убеждая того в своём исключительном квиддичном мастерстве. Анджелина отвешивала подзатыльники Фреду и Джорджу, не успевшим даже умыться, зато уже окрасившим волосы Кэти в малиновый цвет. Алисия втолковывала что-то Парватти и Лаванде. Рон лежал на диване и задумчиво просматривал какие-то исчерканные листки, время от времени отвечая на вопросы сидящей рядом Гермионы. Минерва взглянула на висящие на стене часы. До начала занятий оставалось ещё около получаса, преподавательница на пару секунд прикрыла глаза.       — Ой, какая кошечка! — перед МакГонагалл внезапно возникла умилённо улыбающаяся Гермиона. Гостиная практически опустела, и кроме двух друзей Поттера преподавательница никого не видела.       
— По имеющимся у меня данным, около сорока процентов привозимых в школу животных — это кошки, оставь её в покое, — не отвлекаясь от своего чтения, проговорил Рон Уизли.       
— Ну ты посмотри, какой интересный фенотип, у неё как будто квадратные очки на мордочке! — девочка потянулась, чтобы приласкать животное. Превратиться было невозможно, как и уклониться от руки, а царапать школьницу Минерва бы себе не позволила. 
      — Я не думаю, что она будет в восторге, если ты её схватишь, Гермиона, — Уизли лишь на пару мгновений перевёл взгляд на однокурсницу. Девочка замерла, но всё ещё находилась в опасной близости от кошки. — Она нервничает.       
— Но…
       — Я вижу, что ей не по себе, — по-прежнему рассматривая листы, сухо сказал Рон.       Воспользовавшись моментом, МакГонагалл выскользнула из гостиной и медленно двинулась к лестнице, но портрет прикрылся неплотно, и кошачий слух позволял уважаемой преподавательнице слышать разговор.       — Лучше сходи к нашему дорогому Избранному и помоги ему найти палочку.
       — Эй! Там вообще-то ваша спальня!
       — И что?
       — Я же девочка! Это не слишком прилично!       
— Почему? — удивление в голосе Рона было вполне искренним. Минерва замерла, подняв лапу.       
— Эм-м… — Гермиона, видимо, пыталась подобрать слова. — Потому что в обществе не принято вламываться в комнату к незнакомым мальчикам.       — Ты их знаешь, они твои однокурсники. Более того, Невилл, Дин и Шеймус уже ушли на занятия.       — Это не считается!       — Учту, — странным голосом произнёс Рон после короткого молчания. — Вламываться нельзя только к мальчикам?       К своему стыду Минерва поймала себя на том, что с любопытством прислушивается к дискуссии. С кошачьим слухом, увы, всегда шло и пресловутое кошачье любопытство, а тема обсуждения оказалась достаточно занятной.
       — И к девочкам тоже! К ним, кстати, ещё неприличнее.
       — Это зависит от пола вламывающегося объекта?
       — Да. Но мальчикам заходить к девочкам всё равно неприличнее, чем девочкам к мальчикам.       — А если при этом не ломать дверь?       — Прости… что?       — Ты говоришь «вламываться», а если просто войти?       Гермиона тяжело вздохнула, но не ответила.       — И изменится ли что-то, если объект постучится прежде, чем предпримет попытку проникновения в помещение?       Девочка топнула ногой и прорычала:
       — Если тебе просто лень идти, то так бы и сказал!       
— Я вообще-то занят. Переходы в этом замке достаточно нетривиальны, данных для построения оптимального маршрута критически мало, а до начала урока осталось четырнадцать минут и тридцать две секунды. Но помимо этого мне действительно интересно кто куда может заходить, не рискуя при этом попрать какие-то моральные столпы общества. Или я снова как-то не так спрашиваю?       
— Нет, нет, всё… нормально, — голос Гермионы стал тише. — Как тебе с твоими навигационными делами помогают эти каракули?       
— Тут есть занятные заметки на полях. Иди, времени действительно мало.
       Минерва поспешила к своему кабинету, радуясь тому, что эффект зелья пройдёт уже через пару минут. В коридоре было пусто, но преподавательницу не покидало ощущение чьего-то пристального взгляда. Дёрнув шкурой, она перешла на бег.



***

      Северус Снейп привычно мрачно нёсся по коридорам замка. Сегодняшний день, и без того поганый, обещал стать в ближайшее время ещё хуже, ведь пришло время впервые встретиться на занятии с отпрыском Джеймса и Лили. Распахнув дверь, преподаватель чёрным вихрем ворвался в класс. Первокурсники, как им и положено, заворожённо и немного испуганно рассматривали банки с заспиртованными уродцами. Кроме разве что рыжего и его лохматой соседки. Лицо первого просто ничего не выражало, а вот во взгляде второй читалось неприкрытое любопытство.       Достав журнал, профессор начал перекличку.       — Гарри Поттер, — дойдя до ненавистной фамилии скривился он. А когда упомянутый школьник поднялся из-за стола, со всем возможным ехидством произнёс: — Наша новая знаменитость!       Слизеринцы тихо захихикали, а вот сам объект насмешки вместо того, чтобы стушеваться, расправил плечи и широко улыбнулся, поправляя… чёрный платок?       — Мистер Поттер, что у вас на голове?       — Очки! — к хихиканьям несмело добавились несколько гриффиндорцев.       — Сэр, мистер Поттер, — прошипел маг.       — Сэр? — мальчишка удивлённо поднял брови.       — При разговоре со мной, вам следует использовать обращение «сэр» или «профессор», мистер Поттер.       — Таким образом, сэр, мистер Снейп? — в голосе паршивца не было ни капли раскаяния.       — Минус один балл с Гриффиндора за невежество. Я полагал, что к одиннадцати годам люди уже овладевают простейшими вербальными навыками взаимодействия с окружающими, иными словами, умеют пользоваться речью, — процедил Северус.       — У меня в детстве была травма головы, сэр, — первокурсник тяжело вздохнул, указывая на свой лоб. Смех в классе стал ещё смелее.       — Что, увы, не освободило меня от сомнительной чести попытаться преподать вам основы зельеварения. Повторяю свой вопрос, мистер Поттер, что за странный головной убор на вас надет? Это тоже как-то связано с событиями десятилетней давности?       — Это бандана, сэр, — Гарри продолжал широко улыбаться, что здорово раздражало.       — Минус балл с Гриффиндора за неподобающий внешний вид. В списке допустимой школьной формы банданы не фигурировали.       — Но ведь это соответствует требованиям техники безопасности, сэр! — мальчишка был возмущён. — Чтобы волосы не попадали в котёл!       — Ещё минус балл с Гриффиндора за грубость преподавателю. В таком случае вам следовало проконсультироваться у меня, прежде чем нарушать устав школы столь вопиющим образом. Специалисты обычно используют защитный гель или чары невыпадения волос, которые, к слову, постоянно действуют в этом классе. Садитесь, мистер Поттер.       — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — закончив перекличку, начал вступительную речь Снейп. Пусть эффект и был уже смазан нелепыми препирательствами с Поттером. Профессор говорил почти шёпотом, но никто не решался переговариваться, с интересом внимая. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки. Не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как закупорить смерть, — скептически поднятая левая бровь Рональда раздражала, а крайне умилённо глядящая на преподавателя Грейнджер так и вовсе вызывала желание поскорее свернуть речь. — Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада баранов, которое обычно приходит на мои уроки.       В классе воцарилась тишина. Северус оглядывал учеников, выжидая положенную паузу.       — Поттер! Что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?       Мальчишка кинул взгляд на рыжего соседа, но тот лишь пожал плечами.       — Не знаю, сэр.       Преподаватель презрительно скривился.       — Так, так… очевидно, известность — это далеко не всё. Но давайте попробуем ещё раз, Поттер. Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?       — На полке с ингридиентами, — гриффиндорец был предельно серьёзен. А вот со стороны других учеников вновь послышались тихие смешки.       — Ещё минус балл за нахальство, — голос Снейпа становился всё тише и резче, что свидетельствовало о его повышенной раздражённости. Выражение лица Гарри стало обиженно-удивлённым. — Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер?!       — Именно так, сэр. Я полагал, что всё необходимое должно быть рассказано преподавателем на уроке или выдано в качестве материалов для самоподготовки, — в голосе отпрыска Джеймса не было ни капли раскаяния, лишь искреннее недоумение пополам с возмущением. Заготовленный третий вопрос про клобук монаха смысла задавать уже не было.       — Гриффиндор теряет ещё один балл, а вы, Поттер, приходите сегодня вечером на отработку. А теперь запомните: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. А безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. Грейнджер, что у вас за вопрос?       — Сэр, простите, но безоары образуются не только в желудках коз! Это достаточно распространённое явление у жвачных животных. Помимо того от него страдают, например, кошки. Поскольку они в гигиенических целях вылизывают шкуру и…       — Сядьте! Магическими свойствами обладают только камни из желудков коз… Уизли!       — Сэр, а принципиально, чтобы это была именно коза, а не козёл?       Класс замер. У Северуса не было достаточно ёмкого слова для описания этой странной компании, зато были практически дёргающийся глаз и внезапное желание срочно кого-нибудь прикончить. Только вот директор будет не в восторге, если с урока зельеварения не выйдет пара-тройка первокурсников, так что придётся удовлетворять свою жажду жестокости с помощью вот того нахального слизняка, показывая ученикам, как правильно его разделывать.

***

      — Директор, мне кажется, что с Хагридом что-то не в порядке.       Альбус оторвал взгляд от кипы бумаг и посмотрел на стоящую в дверях Минерву. Та в свою очередь разглядывала странное чёрное маслянистое пятно на ковре.       — Да, ты не первая, кто так решил. Я уже беседовал с нашим лесничим.       — В самом деле?       — Да, — Дамблдор поморщился. — Не далее как час назад я вызвал его сюда и предложил чай с сывороткой правды. Сама понимаешь, я опасался, как бы кто-нибудь из последователей Волдеморта не решил навредить Гарри через сотрудников Хогвартса. Это не тот случай, когда мы можем забывать про безопасность…       — Ох, он отказался пить? — глядя на недовольное лицо директора предположила МакГонагалл.       — Нет, выпил две чашки, но…       — Она не подействовала?       — Почему же, Хагрид поведал мне много… занятного. Только вот одна беда, Минни, я к своему стыду совершенно не смог расшифровать, что же значит «нткятмхлчмхнкксмчскмзгд» и «збвншррскгршк»…