Central Station

      Больше недели Ричи пытался достучаться до Эдди, поговорить с ним, но всё безуспешно. Стэн тоже настроился против Тозиера, всячески запрещая ему приближаться к Каспбраку. От Билла объяснений было не дождаться: Урис ничего не рассказывал ему. Отныне Ричи приходилось лишь гадать. И это явно не радовало. Как же он поймёт, что случилось, если не поговорит с Эдди? Да это хуже девчачьей логики! Нужно ведь разговаривать в отношениях и не бояться сообщить о своих переживаниях. Судя по всему, Эдди так не считал. — Мне что с ним делать-то?! — воскликнул Тозиер, залпом осушив стакан с водкой, которую слегка разбавил соком. Напротив него сидели Билл с Майком и Беном, молча охреневая. Они ведь и сами не понимали, в чём проблема. Никто из них ничего не знал. — Может, всё же попытаться с ним поговорить? — предложил гениальную мысль Денбро. Ричи взглянул на него, как на придурка. — Ты, кажется, резко деградировал на пару ступеней, ебучий австралопитек. Я, очевидно, уже пытался с ним поговорить. Но я понять, чёрт возьми, не могу, в чём проблема! Он не позволяет с ним даже словом перекинуться и быстро уходит. — Попробуй его подловить так, чтобы он убежать не смог. И настойчивее, тряпка! Знаю я, как ты там с ним начинаешь мямлить, чучело, — Майк закатил глаза, тут же получая толчок в плечо. Бен с Биллом засмеялись. Ричи задумался. А что, звучит не так уж и бредово. — Ладно, я подумаю, — в итоге изрёк он, допивая уже неизвестно какой по счёту стакан водки.       Майк поехал от друга сразу же к Виктору, потому что планировал доехать до работы вместе с ним. Жил Вик на Виндвард авеню в Марина-дель-Рей, так что поездка от Ричи ему встала в копеечку. Хэнлон уже который раз приезжает к ухоженному домику, выходит из такси и удовлетворённо вздыхает. Сейчас его точно встретят уже родные объятия. Дверь как всегда не заперта, поэтому Майк беспрепятственно зашёл в дом, закрывая за собою дверь. Встретил его как всегда счастливый Банни, милый хорёк, прыгая вокруг ног гостя. Майк заулыбался и присел рядом, почесав питомца за круглыми ушками. Пройдя в кухню, Хэнлон обнаружил Виктора, который пытался приготовить ужин. Получалось неплохо, но этот парень определённо ужасно орудует ножом. Мало того, он передвигается с ним максимально опасно, будто маньяк, крепко сжимая в руке, опущенной вдоль туловища. Майк подождал, пока Крисс опустит «оружие» и лишь затем подошёл со спины, нежно обнимая. Сначала юноша вздрогнул, но, почувствовав родной запах, улыбнулся, прикрыв глаза. — Твоя привычка не запирать дверь когда-нибудь доведёт до дурного. — Да, вот такой я, — ответил Виктор, заметив, что метка его пульсирует. — Ты уже так сильно настроен? — Всегда, когда вижу тебя. Одного твоего взгляда хватает, — Майк недвусмысленно поцеловал Виктора в шею, медленно опуская руки ниже вдоль живота. — Подожди, я ещё не пожарил мясо, — нервно отозвался Виктор, почуяв, что ещё немного, и он сам захочет. — Так уж и быть, — Майк убрал руки и отошёл в сторону. — Но учти, на конвейере жарки ты следующий.       Виктор засмеялся, взяв в руки лопаточку, чтобы перевернуть еду в сковороде. За время их долгого общения они довольно неплохо узнали друг друга. Однако активность в их взаимоотношениях началась с момента, когда Вик узнал правду. Тогда они точно знали, что являются соулмейтами друг для друга. Криссу тяжело пришлось с этой информацией, он долго привыкал к Майку. Хэнлон оказался довольно терпеливым и дождался момента, когда Виктор окончательно смирится со всем. Терпеливому достаётся всё самое лучшее, не так ли? — На чём мы там остановились? — улыбнулся Виктор, выключая плиту и поворачиваясь к Майку с хитрой ухмылкой на бледном лице. Хэнлон в ответ только усмехнулся, хватаясь за тонкое запястье юноши и притягивая к себе. О да, он не просто так терпел.

***

      Тем временем Ричи так и думал над тем, что же ему сделать, чтобы подловить Эдди и заставить его обо всём рассказать. На работе он буквально гипнотизировал Каспбрака, пытаясь застать момент, когда тот пойдёт проветриться. Примерно в половину второго Эдди берёт холодный латте и идёт на улицу освежиться. Последние пару недель первый пункт с напитком отменялся. И вот долгожданное время настало. Эдди покинул зал, а Ричи, решив не терять ни минуты, отправился следом. Накинув куртку, Тозиер вышел из запасного выхода, где легким снегопадом наслаждался Каспбрак, хрустя снегом под ногами. — Прекрати бегать от меня и скажи уже, что тебя так разозлило, — подошёл к нему Ричи. Эдди вздрогнул, затем вдруг взгляд его похолодел. Тозиер почувствовал, как метку пронзила боль, танцор собрался войти обратно в здание, как вдруг Ричи перегородил ему дорогу. — Не пущу, пока не поговорим. — Мне нечего тебе сказать, — цокнул Эдди, закипая. Ярость на то, что Ричи прикидывается, только нарастала внутри, раздражая всё больше. — Как это нечего? Я же не понимаю, в чём дело! — растерянно воскликнул Тозиер. Эдди нервно улыбнулся, кивнув, затем прошептал: — Не понимаешь, значит…       В следующую же секунду Эдди со всего размаха ударил Ричи прямо в лицо кулаком, да так, что юноша не удержался на ногах и шлёпнулся прямо на снег, головой ударяясь о стену, очки отлетели в сторону. Рефлекторно схватившись за разбитый нос, рыжий ошарашено уставился на Каспбрака. Он выглядел так пугающе, что это вызвало обратную эмоцию в Тозиере. Он вскочил, ударяя в ответ. Эдди не ожидал подобного, потому увернуться не успел, падая на снег, но долго ему думать и осознавать ничего не пришлось. Вскочив, он продолжил махать кулаками, как и Ричи, притом ни один из них не защищался. По мере нанесения ударов мальчики слабели, кровь заляпала их одежду, снег вокруг окрасился в багровый цвет. Эдди вдруг перевернул Ричи на спину и громко, почти визжа, прокричал: — Как ты… Посмел… Мне… Изменить! — он уже вцепился в куртку того, зажмурившись. — Что?! — Ричи скинул с себя растерянного Эдди. Юноша только сейчас заметил в глазах Каспбрака слёзы. Что происходит, чёрт подери?! Утирая кровь с губы, Тозиер добавил. — Какая к чёрту измена! — Я видел тебя в випке с той блядью! — Эдди кинулся с очередным ударом, но Ричи схватил его за запястье и уставился прямо в глаза. Каспбрак замешкался, обнаружив неподдельное изумление во взгляде светлых глаз. — Что ты такое несёшь?!