Не бывает бывших мафиози

После звонка Гин, Рюноске понятия не имел, что ему делать. И вот через 10 минут раздумий, он стоит около двери в комнату наставника. Сердце стучит очень быстро, и кажется, будто оно сейчас выпрыгнет. В голову лезли всякие мысли. Что наставник с ним сделает за все это? Он обещал, что неприятностей не будет, но как назло они произошли. Идти одному в полицейский участок, он явно не мог. Он несовершеннолетний, к тому же в розыске. Тяжело вздыхая, Акутагава стучит в дверь. Когда ему разрешают войти, он входит. Дазай немного удивленно смотрит на ученика и спрашивает: — Что-то случилось? Акутагава сначала молчит, собираяь с мыслями, но позже отвечает. — Да, кое-что случилось. Дазай выжидающе смотрит на него, и Акутагава продолжает. — Это касается Гин и Хигучи. Их забрали в полицию. — Что? Акутагава рассказал всю правду о том, как их поймали. Глаза Дазая сверкнули злым огоньком. Через двадцать минут они уже были в участке. Акутагава был не похож сам на себя (определенно маскировка). Пока Дазай разговаривал с полицейскими, Акутагава разговаривал с Хигучи и Гин. — Что вы, черт возьми, творите? — Рюноске ясно понимал, что ему и его сестре будет весьма плохо по возвращению домой. — Мы не хотели, чтобы все так вышло, — ответила Гин. — Оправдание века. Разве вы не говорили, что неприятностей не будет? И ты разве не должна была следить за моей сестрой? — сказал он, обращаясь к Хигучи. В этот момент к ним зашел Дазай. — Я все уладил. Идемте. Когда они вышли, Акутагава прошептал Хичуги, что поговорит с ней позднее и ей лучше приготовиться. Хигучи испугалась, злось начальника могла кончится ее смертью. Попрощавшись светловолосая пошла домой, мысленно придумывая завещания. Пока они шли домой, Рюноске уже много раз пожалел, что отправил сестру с Хигучи. По возвращению домой, всех ждал серьезный разговор. Оба прдростка были подавлены и шли готовясь будто то к казни. Они прошли в гостиную, и Дазай начал: — Разве вы не утверждали, что все пройдет хорошо? Оба опустили головы, не зная, что ответить. Оправдываться было глупо, они должны были думать о последствиях, ведь они работают в Мафии не один день. А Дазай между тем, продолжал их отчитывать. — Акутагава, чем ты думал, отправляя эту идиотку с Гин? А если бы они мне не поверили и не захотели их отпускать? У этой алкоголички с головой все нормально? Как можно было взять с собой пиво на концерт? И как можно было спалиться на задании? Неужели, твои подчиненные отсталые идиоты? — спокойно говорил Дазай, — Гин, ты вроде взрослая девушка и являешься частью «Черных ящериц». Неужели, ты не могла ничего придумать? — Господин Дазай, Рюноске ни в чем не виноват, — сказала Гин, решив защитить хотя бы своего брата. Особенно зная насколько учитель может быть жесток. Если бы она не просила брата помочь, ему могло и не влететь. Эта мысль не давала ей покоя и чувство вины захлестнуло девушку. — Это мне решать. Неужели, он не знал, что его подчиненная засветилась на людях? Это могло обернуться ужасно не только для вас, но и для Мафии, - от спокойного тона Осаму было ещё страшнее. На это ответить было нечего. Поскольку уже было много времени, Осаму отправил детей по комнатам, спать. Сам пошел на кухню и заварил себе кофе. Рюноске, зайдя в комнату, думал о том, как убьет Хигучи. И как умрёт сам от рук наставника. Подросток долго не мог уснуть, обдумывая слова учителя. Он не понимал, почему все идёт так. Ему хотелось, чтобы Дазай признал силу ученика, но казалось, что все идёт наоборот. И учитель его ещё больше стал воспринимать того как неразумно дитя. На следующий день, у Гин было не самое лучшее настроение. Акутагава был рад, что его просто отчитали. Он думал, что Дазай прибьет его. Но видимо сегодня солнце взойдёт на западе, так как Рюноске жив и без синяков. Хотя может это только пока... Зайдя в свой кабинет, Рюноске увидел Хигучи, которая явно нервничала. Она ведь прекрасно знала, как Акутагава боится Дазая. Но повела себя настолько глупо и подставиоа его. Как только она увидела Рюноске сразу встала с дивана, и хотела уже было объясниться, как к ее горлу был приставлен рашемон. — Чертова идиотка! Ты хоть понимаешь, что ты натворила? Если бы они не отпустили тебя? И какого черта, ты светишься на миссиях, при этом, не говоря об этом мне? Хигучи боялась, что-либо ответить. В ее глазах ясно читался страх. Акутагава убрал расемон, а затем ударил ее в живот, отчего она упала. схватив за волосы юноша прошипел: — Следующего такого раза быть не должно. А если произойдет, я тебе, ой как, не завидую. Он отпустил ее волосы. И добавил. — Не смей больше пить и тем более что-либо от меня скрывать. Твоя обязанность докладывать обо всем мне. Он сел за свой стол и начал заниматься своими делами, пытаясь отстраняться от подчинённого и успокоиться. В это время в ВДА. Куникида и Рампо смотрели записи с камер наблюдения. Ёсано была в своей лаборатории и «лечила» Ацуши. Дело было в том, что напали на один из банков. Это были «Черные ящерицы». Ацуши тогда был не очень далеко и решил помочь, за что и поплатился. Кёка очень переживала за тигра, она жалела, что ее не было рядом. Прошло минут 20, из лазарета вышел Ацуши. — Как ты? — сразу спросила Кёка. — Все хорошо, — ответил тигр. — К сожалению, на камерах ничего не обнаружено, — сказал Доппо. — Вот как, — расстроено, произнес Ацуши. И добавил, — И что мы теперь будем делать? По-моему, они нас ни во что не ставят. — Они нас никогда ни во что ни ставили, — произнес Кенджи. — Даже если так. А что насчет Дазая? Все с яростью посмотрели на него. — Не упоминай этого идиота. Ушел, так ушел, — сказал Куникида. — Но если бы не он, то кто знает, чтобы со мной было, — чуть ли не сквозь слезы ныл Ацуши. — Он сам решил уйти, — безразлично ответил ему Рампо, — и ты так говоришь, будто его в мафии насильно держат. По-моему ему там нравится, иначе он бы туда не вернулся. — Да, но все же, — сказал Ацуши. — Хватит уже ныть! Ты уже взрослый. Нежели не понимаешь, что здесь мы бессильны? Что мы по-твоему должны сделать? — не выдержал Куникида. — Если так хочешь к Дазаю, то отправляйся к нему в мафию. Ацуши удивленно смотрел на Доппо. — Я не хочу в мафию. Там все слишком жестокие. — Дазай тоже по-своему жесток. Ацуши не поверил этим словам. Как его спаситель может быть жесток?